Первый рейд Гелеарр
Шрифт:
— Это называется вовремя?!
— Представляешь, каким для них это было сюрпризом? Судя по тому, что они передвигаются неизвестным нам способом, видать, проводили разведку в секторе так, что вы и не видели. Ну прилетел бы я вовремя, оставил бы новобранцев, вас бы забрал. А через два дня их бы стерли с бескрайнего небосклона. К атаке они явно долго готовились.
— Но базу все равно уничтожили.
— Да, но разница в том, сколько бы людей тогда погибло.
На руке у меня запищал сигнал вызова. Я отключил передачу с рации и щелкнул кнопку на запястье. На удивление, это была не Джессика.
— Билл,
— Так, зацепило пару раз, а ты?
— Я… а, нормально. Билли, есть разговор. Я не хочу, чтобы Джессика или кто-то другой нас слышал. Я об этом умолчала в лазарете.
— Никто не слышит. Хотя ты меня пугаешь. Что с тобой стряслось?
— Не со мной. С тобой.
— О, а что уже со мной?
— Ты же сам знаешь, Билли…
Да, я знаю. Она уже сидела у меня на коленях. На этот раз появилась без эффектов. Но все равно мертвая. Такое впечатление, что она при каждом появлении специально намекает на свою безвременную кончину. Что было странным, ведь я ее намного больше знал живой.
— Тебе известно, как мне от нее избавиться?
— Нет, Билли, это тайна покрытая мраком.
— Тогда о чем разговор?
— Послушай меня внимательно. Панди сказала, что у тебя сементарис вышел на терминальную стадию. Что его удаление чревато тем, что твое сознание, возможно уже никогда не удастся собрать воедино. Я этого не хочу. Она, кстати, тоже.
— Ты хочешь сказать, что я с ума сойду? Но я уже с ума с ней схожу. Какая мне разница? Есть же все-таки шанс, что не свихнусь я в самом конце… а даже если все пойдет по худшему сценарию… я готов рискнуть. И мне плевать, что там и кто хочет…
— Есть другой способ… Ему ведь что-то нужно от тебя? Его конечной целью не является твое сумасшествие, ведь так?
Я промолчал. Да, мне известно, что он хочет. Но я и это не устраивает.
— Чего молчишь?
— Да, ты права.
— Билл, послушай, иногда в этой жизни все выходит не так, как хотелось бы нам. Я вот, когда меня Панди похитила, столько всего боялась и очень сильно переживала. Сколько я тогда нервных клеток спалила… Но сейчас, осознавая все, что произошло, если бы мне была дана возможность выбирать в той ситуации, я бы сама отправилась к ней в руки. Просто, если ты сейчас не поддашься, то я боюсь, что сементарис окончательно уничтожит твое понимание разницы между вымыслом и явью. А после ты станешь ему полностью подконтрольным, и будущего у тебя уже не будет.
— А почему ты считаешь, что не именно этого он хочет?
— Потому что он не умеет управлять твоими способностями. Это же ясно как божий день. Те, кто вложил в… нас… столько сил, дабы их плоды не достались другим и в случае, если что-то пойдет не так, а также иметь возможность вернуть столь драгоценные… средства для достижения каких-то целей, поставили нам очень подлую защиту, которая в узких кругах известна под названием "сементарис". Непонятно, что послужило сигналом для активизации его у тебя, но так уж случилось. Я знаю, что ты увлекался военным делом и всем, что связано с армией, очень давно. Значит, тебе лучше меня должно быть известно, что иногда, чтобы выиграть войну, нужно проиграть какой-то бой. И даже не один. Билл, давай смиримся с тем, что этот бой мы
— Знаешь, это всегда была довольно опасная тактика. Сдаваясь, поединок за поединком, можно и войну проиграть и не заметить. А я не хочу оставаться с ними навсегда, и быть им послушной марионеткой. Не хочу, понимаешь! Пусть мне лучше сейчас мозги прожарят и высушат, чем я достанусь этим сволочам.
— Я тоже не хочу этого Билл. И я даю голову на отсечение, Алекс с Джессикой этого тоже не хотят. Просто им еще кое-что неизвестно о сементерисах и о том, как помочь нам. И если с остальными у них есть время, то с тобой уже нет. Они придут за тобой, Билл. Я обещаю. Придут, и за тебя с ней всем головы с плеч поснимают. Им только нужно немного времени, совсем чуть-чуть, чтобы во всем разобраться. А последние события, как ты, возможно, заметил, не позволяли даже одного часа выделить на то, чтобы подумать об этом.
— Сюзи, я не могу.
— Бывает так в этой жизни, что иногда приходится делать то, что нам не нравится, заставляя себя подчиниться обстоятельствам, изменить которые нам не под силу в данный момент. Так уж вышло, что у тебя этот период настал сейчас. Билли, сделай то, что он хочет. Я тебя очень прошу. Ради меня, ради себя и ради своей Каролины.
Невозможно передать те чувства, которые сейчас одолевали меня. Да наверно, и описать это невозможно, пока сам не окажешься в подобной ситуации.
— Скажи, а у меня вообще есть выбор?
— Есть. Ты можешь выбрать провести остатки своего мысленного существования в борьбе с сементарисом. В борьбе, которую ты, скорее всего, проиграешь. И помни, что твоя единственная отправится с тобой, чтобы ты сейчас не выбрал… Потому что любит тебя даже больше, чем сама думает. А потому, если не жалеешь себя, то пожалей хотя бы ее.
— А… как ты собираешься заставить Алекса с Джессикой прийти за нами?
— Я не собираюсь их принуждать что-либо делать. Или я, по-твоему, совсем рехнулась? Нет, они сами за вами придут.
— Это тебе Панди сказала?
— Да. И я ей верю, она их знает намного дольше и уж тем более лучше, чем мы с тобой. И чтобы они о ней не говорили, я пока что не вижу причин не верить ей в этом.
Я глубоко вздохнул. Ну, вот бегали-бегали, а теперь я лично пойду им сдаваться. К чему тогда было вообще начинать…
— Билл, они придут за вами. Будь уверен в этом. И не жалей ни о чем. Это тебе не к лицу. Но уходить нужно сейчас, когда есть такая возможность, в этом хаосе…
— Хорошо, — сказала я. А что мне оставалось? Покойница по-прежнему сидела у меня на руках. Я не смогу с ней справиться, пытался уже. — На всякий случай… прощай Сьюзен.
— Нет, Билл. До свидания. Только до свидания. И я надеюсь, что до скорого.
Не было нужды уточнять, как вторая узнает… Скорее всего, Сьюзен просто дала ей возможность подслушать наш разговор.
Я развернул истребитель и, выжав тягу на максимум, полетел прочь. В той стороне не было портала, но я был уверен, что он нам не понадобится. Следом за мной отправился еще один истребитель.
— Так, народ, не отдаляться. Вы там увидели что-то? Эй! Прием, меня слышит кто-нибудь?
Конечно, я слышу тебя, Элая. Только ответить не могу.