Первый рейд Гелеарр
Шрифт:
Он утвердительно кивнул.
— Если хотите, расследование можно ускорить, но только в том случае, если вы предоставите больше информации.
— Мы не можем…
— А я вас и не заставляю.
Капитан "Такара" постоял, помялся и спросил:
— И что никак нельзя выяснить побыстрее?
— Можно, конечно. Я же говорю, чем больше информации… Кстати, а вы записи камер смотрели? Покажите — я своих всех в лицо знаю. Тоже ведь делу подсобит…
— Мы не можем.
— Записи камер тоже под грифом секретности?
— Да.
— Быстро
— Но это вам бы все равно не помогло.
— Почему? — удивилась капитан.
— Потому, что на камерах никого не видно.
— Та-а-а-ак… А на каком основании вы вообще сделали вывод, что это кто-то из моих людей, если камеры никого не засекли?
— Мы знаем…
— Вот же упертый осел! Капитан, а вы в своих людях уверены? Может, это саботаж? Может, ваши драгоценные ящики и не покидали вашего корабля?
— Капитан, поймите…
— Нет уж! Это вы поймите, что я не врубаюсь из-за чего вообще весь сыр-бор. У вас же на корабле есть охрана? Вот они даже в доке стоят, и, кстати, очень нервируют моих людей. Если все действительно так, как вы говорите, то скажите мне: как же все-таки кто-то проник на ваш корабль?
— А мы можем сейчас проверить, кто отсутствовал на базе последние полчаса?
— Да кто угодно! У нас патрули, личный состав постоянно сменяется…
— Нет, капитан, из тех, кто должен был находиться на базе в этот период времени.
— Ну, и как мы это установим, если они были, но вернулись, то они все равно уже здесь.
— Мы считаем, что они еще не вернулись.
— В каком это смысле?
— Есть вероятность, что они все еще прячутся на нашем корабле.
Капитан резко переменилась в лице. Джессика тоже. Не знаю к чему готовилась последняя, но лицо у нее было недоброе. Анг сделала шаг вперед и сказала, натянутым тоном давая понять, что ей все это не нравится, и она готова принять любые меры, которые в ее власти и даже те, которые вне:
— На что это вы намекаете, капитан? Если я узнаю, что вы удерживаете, хоть кого-то из них силой, учтите — из сектора вы не смоетесь. Даже если инцидент произошел, я хочу видеть своих людей, выяснить, зачем они это сделали, и взыскать с них по закону. Но не дай бог до вашего отлета у меня не будет хватать хотя бы одного человека…
— Мы поняли вас, капитан. Ничего такого мы предпринимать не намерены. И все-таки, мы можем это проверить?
Анг несколько секунд молчала. Играя желваками на лице, она внимательно изучала оппонента.
— Хорошо. Я проверю.
Она обернулась и скомандовала трубить общий сбор в кают-компании.
— Извините, — остановил ее капитан "Такара", — но почему бы не провести проверку здесь?
Анг усмехнулась и повернулась к нему.
— А я смотрю, до вас туго доходит, да? Эта база была атакована ипоморфными паразитами, но
— Так не надо давать им подходить к нам, держите их на расстоянии.
Капитан разогнула правую руку в локте и показала им свои вены. У меня у самого рука была страшно исколота. Как и у всех остальных обитателей базы.
— У нас у всех сначала кровь брали каждые три часа, потом раз в день, сейчас уже раз в неделю. И это при том условии, что было установлено, что никто из нас не заражен. Вы что думаете, что я шучу? А вы никогда не видели, как эта зараза на расстоянии человека превращает в чудовище? А я видела. У меня уничтожили почти всю команду меньше, чем за сутки. И за эти сутки я очень много увидела. Кошмары меня до сих пор мучают.
— Но при чем тут…
— ДА ПРИ ТОМ!!! У меня есть приказ! И, согласно его, любой извне, кто появится на расстоянии прямой видимости с любым членом экипажа из группы риска, автоматически переходит под мое командование как потенциально зараженный.
— Но рабочие доков…
— Рабочие доков, в отличие от всех остальных, по-прежнему сдают кровь на анализ каждые 12 часов. Это была вынужденная мера ввиду сложившихся обстоятельств. А вас я бы сюда ни в коем случае даже близко не подпустила, если бы вы не привезли так нужные нам истребители и людей и не взялись оказать нам помощь в ремонте. Людей, кстати, я до сих пор не видела.
— Они перейдут под ваше командование завтра.
— В таком случае, пусть это будет перед самым вашим вылетом. Я не хочу их подвергать излишним медицинским процедурам, которых и так хватит им в будущем.
— Хорошо, пусть будет по-вашему.
— Но дела их я хочу видеть через два часа.
— Но…
— Я не буду брать на борт неизвестно кого, предварительно не ознакомившись с их делами!
— Хорошо, — теперь желваками заиграл он. От злости.
— И еще одно — перед отлетом все члены вашего экипажа в обязательном порядке должны будут сдать контрольную пробу крови.
— Это еще зачем?
— Затем, чтобы вы не утащили ипоморфного паразита с собой. Если вы откажитесь, то автоматически считаетесь поголовно зараженными. Что делают в таких случаях, я думаю, напоминать не стоит. И все члены вашего экипажа будут сдавать кровь лично в моем присутствии, дабы потом не оказалось, что кто-то подменил свою кровь чужой.
— Вы знаете, капитан, некоторые мои люди больны трайпанофобией.
"Ага, а еще белонефобией, айчмофобией и аглиофобией. Вот не выдумывал бы уже". Я с интересом посмотрел на Джессику. Неужели она знает значения всех этих слов?