Первый поцелуй

Хьюит Кейт

– Мне нужно с тобой поговорить.

– Разве мы уже не все сказали друг другу? – пожал он плечами.

– Нет, – с усилием произнесла она.

В спальне снова стало тихо. Аариф вдруг вздохнул, надел рубашку и включил настольную лампу. Уже немного зная его характер, Калила ничуть не удивилась почти спартанскому убранству его комнаты.

– Хорошо. Если тебе есть что сказать, я слушаю. После этого ты должна уйти – не хватало только, чтобы тебя увидели в этом крыле дворца, да еще ночью!

– В последнее время я много думала. – Пытаясь

справиться с волнением, она подняла выше голову. – Я верю, что у нас с тобой все же есть будущее, Аариф. Если только мы дадим ему шанс.

– У нас нет никакого шанса, – почти равнодушно возразил Аариф.

Калиле казалось, что под маской безразличия, которую надел на себя Аариф, он так же безоружен и уязвим, как она.

– Я думаю, что есть! – с жаром воскликнула она. – Может быть, Закари до сих пор не приехал со мной познакомиться, потому что, как и я, не хочет, чтобы этот брак состоялся?

Она с надеждой смотрела на Аарифа, но он молчал. Калила сжала руки в кулаки и заставила себя остаться на месте.

– Я могла бы поговорить с Закари, – сделав над собой усилие, продолжила она. – Может быть, тогда мы могли бы… – Нет, это выше ее сил! Не может она сказать «пожениться», когда он смотрит на нее так, словно для себя уже все решил и ее мольбы ничего не изменят. – Пожалуйста, помоги мне! – прошептала она, глядя на Аарифа умоляющими глазами. – Я ведь тебе не безразлична, правда? Ты сам об этом говорил. – Она сглотнула и подавила подступившее к горлу рыдание. Глубоко вздохнув, Калила шепотом задала тот единственный вопрос, от которого теперь зависела ее жизнь: – Ведь ты меня любишь, правда?

Глаза Аарифа потемнели, по лицу пробежала судорога. В нем снова шла борьба, поняла Калила, борьба между долгом и любовью к ней.

– Ты любишь? – повторила она чуть более окрепшим голосом, так как его молчание давало ей право надеяться. Все, что у нее оставалось, – это надежда.

– Не важно, – наконец глухо сказал Аариф. – Как я уже говорил, мои чувства не имеют значения…

– Но почему?! – срывающимся голосом воскликнула Калила. – Как твои чувства могут ничего не значить? Кто это сказал?

– Я сказал, – коротко ответил он. – Моя жизнь не принадлежит мне с того дня, как… – Аариф не стал заканчивать фразу, но Калила сама все поняла. – Я не опозорю себя и не оскорблю своего брата, отобрав у него то, что по праву принадлежит ему.

Калила неожиданно пришла в ярость.

– Ты говоришь обо мне? – осведомилась она. – Так вот, я живой человек, а не вещь, и у меня есть свои чувства и желания. Я не принадлежу Закари.

– Ты выходишь за него замуж.

– Я бы вышла за него замуж, если бы не встретилась с тобой! – воскликнула она. – Но раз это произошло, я не собираюсь, в отличие от тебя, сдаваться без борьбы. Почему ты даже не хочешь поговорить с Закари? Может, твой брат тоже только о том и думает, как избежать этого союза? Почему ты боишься поверить, что у нас есть будущее, от которого ты так легко отказываешься?

Аариф

затряс головой, маска слетела с его лица, и Калила увидела отразившуюся в глазах боль. Она удвоила усилия, понимая, что второго шанса переубедить его ей больше, может, и не предоставится.

– В ту ночь, когда мы были как одно целое, ты сказал, что я только думаю, будто влюблена в тебя. Тогда ты был в чем-то и прав, – признала она. – Но как объяснить, что те чувства, которые я испытывала к тебе, – и это было со мной впервые! – никуда не делись? Я уже уверена, что моя жизнь связана с тобой. Не знаю, откуда у меня эта уверенность, но я не собираюсь отказываться ни от одного своего слова. Я…

– Ты не… – перебил ее Аариф.

– Люблю тебя? – не дала закончить ему Калила. – А почему нет? Почему тебя нельзя полюбить? Со мной это произошло, даже когда я не знала, что ты за человек. Дело не в твоих недостатках или достоинствах. Дело в том, что я полюбила тебя таким, какой ты есть. И к тому же у нас уже есть кое-что общее, помнишь? – Калила улыбнулась ему. – Мы оба любим Агату Кристи. – Она не стала продолжать свою мысль, надеясь, что Аариф ее поймет. – Я люблю тебя, Аариф, и думаю, что ты меня тоже любишь. Если же я ошибаюсь, я хочу, чтобы ты сам мне об этом сказал.

Молчание длилось целую вечность. Калила даже перестала дышать в ожидании его ответа, который значил для нее так много.

– Нет, – наконец неожиданно мягко сказал Аариф. – Ты не ошибаешься.

От затопившего ее облегчения и нахлынувшего счастья Калила даже пошатнулась и была вынуждена ухватиться за спинку кресла, чтобы не упасть.

– Но тогда мы должны беречь то, что так нечаянно нашли! – с жаром сказала она. – К сожалению, не всем везет так же, как повезло нам. Не отказывайся от счастья, Аариф!

Аариф тяжело вздохнул, плечи его ссутулились.

– Ты ведь не понимаешь до конца, о чем меня просишь, верно? – Страдание исказило его черты. – Представь, я скажу Закари, что мы любим друг друга… что мы уже любовники! Даже если он тебя не любит и не хочет, это ведь уже оскорбление. Я никогда не смогу избавиться от чувства вины и стыда.

– Почему мы должны стыдиться? – не поняла Калила. – Чего стыдиться?

– Я украл твою невинность.

На секунду Калила даже потеряла дар речи.

– А это здесь при чем? К тому же ты ничего не крал. Если бы я хотела, чтобы ты остановился, то сказала бы.

Аариф покачал головой:

– Ты можешь считать как угодно, но основная вина лежит на мне. Это не ты, это я должен был остановиться. А я не смог… Я забыл про долг, про брата, про все, о чем должен был помнить. Я лишь знал, что не хочу тебя отпускать. И боюсь, что больше ни одна женщина не сможет мне дать то, что я чувствую, когда ты рядом.

– Тогда почему ты не хочешь побороться за нашу любовь?! – в отчаянии вскричала Калила.