Первый паладин
Шрифт:
– Ладно. – Пожала плечами она.
Я повернулся в сторону деревни и увидел корчащегося на земле атамана.
– Ой. А я совсем забыл про него.
Подойдя поближе, мы узрели нелицеприятную картину. Поверженный мною противник валялся на земле в позе эмбриона, схватившись за то место где совсем недавно у него еще был последний оставшийся глаз. Щупальце в другой глазнице нервно дергалось, как будто пытаясь выползти наружу.
– Какая мерзость! – Скривилась Алисия.
– И не говори. – Покачал головой я.
Атаман тем временем тихонько стонал то ли от боли, то ли от досады о потерянном зрении. Присущее ему отвратительное
Я смотрел на одного из злейших своих врагов, по вине которого моя жизнь покатилась в странном направлении за последнее время, и пытался понять что я чувствую. При виде этого жалкого падшего человека, валяющегося у моих ног, я больше не испытывал былого гнева. И даже отвращение не преобладало над моими чувствами. Лишь недоумение, заключающееся в том, насколько же может пасть человек.
– Это ты? – Протяжно спросил он, переворачиваясь на спину. Из пораженной глазницы у него всё еще шел легкий дымок. Он шумно сглотнул и простонал. – Добей меня.
Мне совсем не хотелось становиться палачом, но мертвое должно оставаться мертвым и я вновь призвал в руке меч, сотканный из концентрированной энергии света.
– Да будет так. – Короткий укол в грудь, и тело атамана испускает последний вздох.
Щупальце на его лице всё еще дергалось несколько секунд, но потом утихомирилось и оно.
– Ты свершил свою месть. – Тихо декларировала рядом Алисия.
– Это не месть. Уже нет. – Покачал головой я. – Это правосудие.
Я же просто стоял и смотрел на того кто убил мою сестру. Ненависти больше не было. Чувствовал ли я облегчение или радость? Скорее всего, нет. Просто произошло то, что должно.
Я уже было хотел отвернуться и уйти, как почувствовал нечто необычное. Там где зияла широкая рана в груди мертвого атамана, я почувствовал искру. Свет? Не может быть. Свет внутри столь мерзкого человека?
Я наклонился и протянул руку ладонью вверх к павшему врагу, и из его груди, медленно проплывая, ко мне устремился едва различимый огонек и неуверенно разместился у меня на ладони.
Я чувствовал его не так как обычно. Энергия, теплящаяся в нем, была как будто немного иной. Явно ощущалась сила света, вот только еще чувствовались помехи, как будто примеси чего-то грязного.
Я выпрямился, и предо мной предстал призрачно-золотистый силуэт убитого мною минуту назад разорителя. Он смотрел на меня немигающими глазами. Причем оба его глаза были на месте, без этой отвратительной мутации в виде щупальца.
Призрак шумно вдохнул в себя воздух полной грудью, что выглядело странно, ведь едва ли ему нужен был кислород, и заговорил:
– Я уже и забыл эту легкость. Забыл, что значит быть человеком.
– Как тебя зовут, призрак?
– Мое имя Лектасий.
– Что же с тобой произошло? Как ты стал таким? – Я кивнул в сторону мертвого тела.
– Тебе, правда, интересно? – Удивился призрак и после секундной паузы ответил – Что ж. Я был капитаном наемников. Наш отряд назывался «Степные Орлы». Э-э-э-х, давно это было. Мы были малочисленны, но хорошо подготовлены, дисциплинированы, а главное, имели безупречную репутацию. Каждый знал, что Орлы строго выполняют условия договора и никогда не предают нанимателя, а также не занимаются грязными делишками, которые часто замечают за другими, нечистыми на руку отрядами. Так было до того момента когда нам не подвернулась, казалось бы, большая удача. К нам
– Дай угадаю? Это был он? – Я кивнул в сторону того места где лежало тело мертвого колдуна.
– Именно. – Кивнул Лектасий. – По-началу, мы были воодушевлены. Маг хоть и не блистал выдающимися силами, но свою работу знал, хоть и выглядела его «магия»… странновато. Я приблизил его к себе, и мы стали проводить всё больше свободного времени в одной компании.
– И он начал на тебя влиять? – Помог я продолжить рассказ задумавшемуся призраку.
– Так и есть. Была у меня одна страсть – женщины. Обычно я обходился любовью за деньги, но однажды он нашептал мне на ухо, мол, зачем платить за то, что можно взять силой. И я поддался. В одном из взятых замков, я также силой взял женщину. И меня стало не остановить. В ход шли все, подвернувшиеся крестьянки, заблудившиеся горожанки, взрослые и не очень. – Призрак зажмурился, качая головой. Было заметно, что воспоминания причиняют ему боль. Он сделал драматическую паузу, собираясь с мыслями, вздохнул, а потом продолжил. – Мало кому понравились изменения в его командире, и они ушли. Те же, кто брал с меня пример, превратились в конченых ублюдков, как и я. Ушедших заменил всякий сброд и нам перестали поступать заказы. Мы скатились на самое дно.
– Так вы пришли к тому, что стали обращать в рабство людей?
– Это была идея Дамина. – Понуро кивнул призрак. – Он говорил, что это нужно для какого-то ритуала, который даст нам огромную силу, и я послушался. Мы только начали пленить людей, и я не успел узнать, в чем заключается ритуал, но теперь осознаю, что это должно было быть что-то ужасное.
– Более чем. – Подтвердил я его предположения. – И на этом этапе ты и пришел к нам в Сатус?
– Сатус? Ах, да. Та деревня. Там я и принял смерть от тебя… В первый раз. – Призрак оглянулся по сторонам. – И я тебе благодарен. Не могу представить до чего бы мы еще дошли в этом падении.
– О чем еще рассказывал колдун? Как вы должны были получить силу? Аваурс вам помогал?
– Я не знаю всех нюансов, ибо не сведущ в магии. Дамин всё твердил о необходимости ритуала и жертв. А Аварус должен был разделить с нами эту силу, в обмен на укрытие.
Значит колдун не солгал. Аварус также во всем этом замешан.
Я задумался. И что же мне с тобой делать, Лектасий? Похоже, что у меня в руке сейчас твоя душа. Полагаю, будь моя воля, я бы смог её пленить, или даже выжечь, создав неимоверный выброс энергии. Такой податливой казалась эта субстанция у меня в руке. К тому же, ты этого заслужил. Или нет? Как должен согрешить человек при жизни, чтобы после смерти обрести даже не вечные муки, а кое-что пострашнее – небытие?
Я колебался несколько минут, после чего мотнул головой, будто отгоняя наваждение.
– Будь у тебя шанс прожить жизнь заново, как бы ты ею распорядился? – Поинтересовался я у мертвого.
– Я бы хотел прожить достойную воина жизнь. И умереть как воин. А не жить как блудливая собака и умереть так же. – Разоритель уставился на свой труп.
– Тогда я дам тебе этот шанс. – Я сжал в кулаке подобранную искру и применил на нее такое мощное очищение, на которое сейчас был только способен.