Первый герольд
Шрифт:
"как будто у меня есть выбор".
– так точно.
– Удивительно, но ответ прозвучал четко и спокойно, и даже возрастающее волнение, не отразилось в голосе.
– тогда выпейте это.
Мне к лицу поднесли стакан с какой-то жидкостью, не имеющей запаха, и помогли выпить все, до последнего глотка. Буквально через минуту, в голове образовалась легкость, одновременно с этим, все мысли куда-то пропали. Я чувствовал, как на виски легли чьи-то горячие ладони, после чего в ушах появился тихий звон.
– мы можем начинать, сыворотка подействовала.
– Объявил телепат.
–
– ваш возраст?
– какую по счету жизнь вы проживаете?
– что вы помните о своей смерти?
– кто такой "Плакальщик"...
Допрос продолжался долго, но точного или даже приблизительного времени я назвать не могу. Стоило прозвучать очередному вопросу, как в моей голове появлялись картинки из прошлого, и чем менее четкими они были, тем сильнее становился звон в ушах. Иногда, после моих ответов, свои дополнения вносил мужчина, копающийся в моей голове, как в личном складе.
Не смотря на все усилия, но вспомнить подробности встречи с богом, обеспечившим мое перерождение, так и не удалось, а при усилении давления, из моего носа по лицу потекла струйка крови. Эту тему решили отложить, и перешли к подробному изучению моих знаний о тактике и вооружении прошлого, а так же о военной технике. Быт простых людей, никого не заинтересовал, а вот компьютеры вызвали ажиотаж.
В какой-то момент все прекратилось, и меня напоили жидкостью с мерзким вкусом, от которой начало клонить в сон. Последнее, что зафиксировало сознание, это как мое тело укладывают на носилки и выносят в коридор.
***
Проснулся я лежа на кушетке, застеленной теплым пушистым пледом и свежими простынями. В голове ощущалась непривычная легкость, блокираторов на руках, ногах и висках, не обнаружилось, а это значило что я больше не заключенный.
Открыв глаза и осмотревшись, понял что нахожусь в местном аналоге больничной палаты, рассчитанной на двух пациентов... только вторая кушетка была пуста. Комнатка оказалась небольшой, но чистой, теплой и даже немного уютной. Из обстановки здесь были две лежанки у правой и левой стены, две тумбочки стоящие у изголовья, одна вешалка, закрепленная на стене напротив входной двери. Освещение обеспечиваемое тусклой желтой лампой, создавало ложное ощущение тепла, а еще в воздухе пахло свежим деревом.
Вероятно за мной каким-то образом следили, так как стоило проснуться, как буквально через пять минут, явился молодой лысый мужчина, одетый в серое трико и белый медицинский халат. Напоив меня лекарствами, он проверил реакцию зрачков, задал несколько уточняющих вопросов, а затем удалился, предупредив что скоро за мной придут.
Так как проснулся я голым, как только ушел врач, пришлось приступить к поиску одежды. В тумбочке у изголовья, обнаружилось черное трико, оказавшееся немного великоватым, но зато чистым, да и другого варианта все равно не было.
"и все же за мной следят... не ужели здесь есть видеокамеры?".
Подумал я, когда входная дверь открылась, и на пороге появились двое охранников в комбинезонах темно синего цвета. Парни примерно моего возраста, с короткими "ежиками" черных волос, и хмурыми лицами, оказались
После гигиенических процедур, меня отвели в уже знакомый зал для конференций, где произошел разговор со стариком, являющимся местным главой.
– Алексей, я надеюсь у тебя нет претензий к нашим методам работы? Сам понимаешь, обстоятельства не располагают к длительным церемониям.
– никак нет, претензий не имею.
– Стоя перед треугольным столом с обрезанной вершиной по стойке "смирно", чувствовал себя школьником, которого вызвали в кабинет директора.
– вот и славно.
– Старик, сидящий ровно в той же позе что и при нашей предыдущей встрече, изобразил улыбку взглядом.
– Тогда ты не будешь возражать против пары экспериментов? Нам бы хотелось убедиться в полезности и действенности жертвоприношений... да и оперативники, отправляющиеся на границу, для повышения выживаемости, должны пройти инициацию.
И что кроме, "так точно", можно было на это ответить? Тем более что способствовать созданию культа, это в моих же интересах.
А дальше события понеслись неудержимым потоком, и так как с базы на поверхность меня не выпускали, сложно было даже определить, день сейчас или ночь. Под мои нужды выделили тренировочный зал без тренажеров и манекенов, зато с ровным белым полом, отлично подходящим для рисования любыми красками.
Как не странно, первым инициируемым оказался Борис, для которого в подземелье спустили сразу трех молодых кабанчиков. За всем процессом, с начала рисования круга разделенного на две части ровной линией, и до момента, когда кровавый пар впитался в тело сотника, наблюдала группа людей, среди которых не сложно было узнать тех, кто находился в зале совещаний во время допроса.
Вторую и третью жертвы, Борис приносил самостоятельно и без моей помощи. Рисунок одноразового алтаря у него получился с первой попытки, и не смотря на некоторую кривизну, сработал как следовало. После убиения третьего хряка, сотника куда-то увели, а меня приблизительно на пол часа, оставили в гордом одиночестве.
Когда наблюдатели вернулись, то по отдельным фразам можно было сделать вывод, что только что прошло измерение сил подопытного, и результат их впечатлил. Без лишних объяснений, меня настойчиво попросили инициировать еще пятерых добровольцев, после чего пришлось произносить лекцию об одноразовых алтарях, о жертвах и проценте получаемой от них силы, и о возможности перерождения, в которой по правде я и сам был не до конца уверен.
К разочарованию исследователей, "Плакальщик" не спешил показывать каких-то чудес вроде исцеления всех болезней или воскрешения мертвых, да и своих последователей особыми способностями не награждал. Возможно, никто из нас еще не доказал ему свою преданность, а может быть он и не мог устраивать чудеса как в фантастических романах.
"это вряд ли, все же мое перерождение он устроил, а это само по себе можно считать чудом. Может быть нужно просто принести больше жертв? Или же безмозглые животные, это недостаточная цена за мистическую силу".