Первый эпизод
Шрифт:
– Только еще вот...- один из проводников невольных достал свисток и птицей заверещал.
На удивление ему быстро ответили такой же трелью с той стороны ворчащей массы, и, как мне кажется, копья замелькали чаще, или просто их стало больше, но нам это только на руку. Я чуть не заорал, пытаясь ринутся в атаку, как обычно делают это в фильме при броске на врагов или своей цели, еле сдержался, думалка остановила вовремя, спасибо ей. Но и мужики местные тоже не стали бросаться нахрапом, тихонько подошли к толпе мертвяков и стали тюкать копьями затылки ворчащих зомбя, успев заколоть с пяток воскрешенных. А когда остальные уже
Но мы ещепотом помогали баграми оттаранивать трупы ходячих к дороге, не самое приятное занятие, и помогали закрывать бобинами от кабелей, как мне их назвали, проход, как ворота , получилось, закрыли, отгораживая нас от всех опасностей карантинной зоны, ну наконец-то...Всё,Боже,всё. Закончилось.
– Эй, у неё укус на ноге!
У кого у неё? Смотрю на Женю, она смотрит на себя удивленно, потом в сторону. На Алису, которая растерянно подняла ногу и рассматривает рваную царапину на ноге, ту самую от забора больницы. А мы и не знали, что так сильно поцарапалась, да и не до этого было, думали о спасении.
– Нет, ребята, это ...-с улыбкой,с примесью подхалимажа,начала оправдываться Алиса,сейчас надо скорее рассказывать, как всё было,сейчас...
Копьё пробило её подбородок, задрав голову на мгновенье, открылся рот. Так она и завалилась на спину, ровно, как падающий оловянный солдатик. А на нас направили копья.
Ничего не закончилось, ничего!
Я думал, что устал бояться, но это не так, опять не так! И даже если вокруг люди, которые так же выживают, то оказывается расслабляться нельзя! Нафиг всех, больше ни к кому ногой не ступлю, за километр всякую живую душу буду обходить, звери дикие! Мы замерли, к каждому приставлено пару копий, губы у Жени дрожат, глаза на мокром месте. Гена злится, ворчит тихо, но чтоб всем было слышно, Игорь бледен, как и я наверно...Алиса, хоть и не нравилась мне тётка, но вот так...Зная, что не кусали её, ни за что. Поди им обьясни теперь, да что это изменит? Как не справедливо...
– Бузить не будете?
– спросил через десяток секунд высокий человек, с седым ежиком волос, до этого я его не замечал. Мы молчали ,мне лично страшно было даже кивнуть, острие впивалось в кожу горла, почти проткнув её, такое ощущение, что меня хотели вынудить напороться.
– Вы нас извините,- продолжал высокий, впрочем в голосе сожаления не было точно,-нас тут человек сто, меры предосторожности необходимы, место такое. А с женщиной надо было прощаться, выслушивать оправдания и уверения, что это не укус, мы это проходили. Поэтому и здание пока не наше, мертвые ходят...Повторяю вопрос, бузить не будете?
– Нет...-буркнул я,почти не слышно, а вот Игорь и Гена сказали погромче, их услышали, и острое лезвие, испачканное всё же моей кровью, отлепилось от кожи. Фуууух, как же хорошо жить! В такие моменты даже листочек красивым кажется, ветерок свежий, жить!
Но нас продолжали держать на копейной мушке. Все взрослые мужчины, как я посмотрю, человек десять или больше, от двадцати до пятидесяти лет всем, наверно, смотрят спокойно, но внимательно. С сочувствием,
– Слушайте, - Гена на шаг выступил вперед, - мы ищем временную защиту, отдохнем и уйдем, нам бы поесть чего, и пойдем дальше, к Кантемировской. И женщину надо похоронить...
Не пошел на конфликт, сдержал себя. Спасибо, наверно, не пойму как реагировать...
– Во-первых, - отзеркалил главный, сделав тоже шаг навстречу, поправляя маленькие очки, прерывая Гену,- и так покормим, еды пока много, вижу Вам и так досталось. И в качестве извинения за женщину. И сами её похороним.
Единоразовый паек за жизнь человека, ну-ну.
– И во-вторых. Вы, наверно, не в курсе, но зона карантина днём расширилась, в Москворечье теперь живых нет, ушли или погибли.
– Что???
– разом удивились мы.
– Теперь до самого Коломенского карантин, а там не знаю.- Он вытащил и показал нам рацию, - Друг военный, и он с часу дня продолжает удирать из Москвы, так что я бы на вашем месте не торопился никуда особо.
Черт черт черт...Женя всё таки расплакалась, навзрыд, пряча лицо в ладони, нас повели куда-то, я не смотрел пока по сторонам, приобнял ей ,шептал что-то ласковое, пытался успокоить, одновременно утирая свои собственные слезы, а с другой стороны её вел Игорь,тоже болтая, уверенней чем я, потому что она стала к нему жаться. Ну и славно...Баба с возу... А уже и осматривать нечего, прошли в здание.
Привели в какой-то кабинет, учебный класс, судя по партам, но на стенах развешаны обрезки труб, кабелей, инструменты не понятного назначения, в общем, муть и скука, не за что глазу уцепиться, ничего интересного, такому мне учиться не надо точно. Сказали садиться, и вскоре принесли еды - роллтон в тарелках. Расщедрились... Но ел я с удовольствием - дали чужакам что похуже, всё равно сваливать собираются, и на этом спасибо! Ам! И такой вкусной еды наверно я в жизни не ел, близость смерти все чувства обостряет, начинаешь всё ценить, лучше чувствовать. Но я бы предпочел, чтобы такое таблетками вызывались, пускай даже больнючими уколами, а не так.
Сначала нас оставили одних, даже оставив дверь открытой, но после окончания ужина пришел тот же высокий в очках ,в сопровождении двух мужчин, уже без копий, но с дубинками - железными прутами и пресловутыми кухонными ножами. Тщательно осмотрели нас, пришлось раздвеваться, на предмет укусов - чисто! Вот так, дали поесть перед возможной смертью даже.
– Давайте знакомиться, раз уж к нам прибило, - он дружелюбно улыбнулся и сел на стул, повернув его ножками себе назад и оседлав его, - я Машурин Евгений Викторович, можно просто Глава,так короче, и всем понятно кто есть кто.
Мы представились, он кивнул.
– Давайте я вкратце расскажу что тут у нас, - начал он, хрустнув неприятно пальцами, достав сигареты, - не против?
Я был против, но промолчал, Игорь только курил из нас, а остальные тоже ничего не сказали.
– Здесь база ээнергетиков, я был начальником, а потом случалась эпидемия,-он выдохнул противный дым прямо в нас, - пришли военные, приказали остаться здесь, видимо надеялись, что скоро всё разрулится,а свет нужен всем, в том числе и им, оставшимся в городе. И мы остались, собрались здесь, люди обычные еще набились к нам, укрепились, наделали копий и багров, набрали еды, засели по крупному, на недельку бы хватило точно.