Первыми сдохнут хипстеры
Шрифт:
– А у меня для тебя две новости: хорошая и хорошая. С какой начать?
– Начни с хорошей,– устало ответил студент, отпивая кофе и постепенно начиная ощущать свои дрожащие пальцы.
– Новость первая. Мы с тобой сегодня ни разу не прогуливаем, потому что универ закрыли из-за террористической угрозы.
– Снова кто-то позвонил, что бомбу заложил?
– Да пока непонятно…– пожал плечами Толян, изучая посты на канале.– Говорят, захват городской больницы. Подробностей мало. Туда сейчас ментов стягивают и спецназ ФСБешный. И это вторая хорошая новость, потому
– Это радует.
Почти двое суток Лёня просидел у Толяна, прикидывая, что будет лучше: дождаться, когда полицейские начнут копать и надеяться, что пронесёт, или сразу самому пойти сдаваться. Так и не остановившись ни на одном из вариантов, он прислушался к фирменной народной мудрости от Толяна «утро вечера мудренее», лёг на диван и залип в какой-то триллер про зомби.
Толян разбудил его, сильно тряся за плечо.
– Вставай, убивец! Пошли в магаз!– послышался из темноты голос приятеля.
– Не, ты что? Сам иди. Я тут посижу,– начал возражать Лёня, но приятель не слушал возражений.
– Да хватит ссать! Хоть продуктов поможешь мне набрать и сам развеешься.
– А что там с террористами?– поинтересовался Лёня.
– Да я хз… Не читал телегу. Я сидел гамал, а свет пропал.
– Может, не стоит выходить?
– Ты теперь террористов боишься? Взорвут тебя? Аллах акбар! Херли дома сидеть без света, как два педика. Пошли! Тут до ТРЦ пара кварталов,– продолжал Толян в своей активно-позитивной манере, в потёмках роясь в шкафу.– На вот, надень! Там как-то прохладно.
На ощупь, напялив на себя тёплую толстовку и куртку приятеля, Лёня вместе с ним отправился в торговый центр.
Глава 4. Хипстер
в которой Лёня и Толя совершенно не разбираются в современных трендах, не могут оценить модного лука, но начинают что-то понимать
На улице было холодно. И многоэтажка Толяна, откуда, спустившись по тёмному подъезду, вышли парни, и окружающие дома тоже стояли совершенно тёмные. Ни в одном из многочисленных окон сейчас не горел свет. Но в полумраке чуть светящегося неба до сих пор был хорошо различим плотный желтоватый туман, стелящийся по дворам.
Лёне почудилось, что за пеленой этого тумана он видит какое-то движение, словно странные фигуры колыхались во тьме. Но Толян, похоже, выпивший слишком много своего кофе с коньяком, был на удивление бодр и весел.
– Ну, что за погода?!– посетовал он, поглубже натягивая свою нелепую вязаную шапку в виде триколора с помпоном и наматывая длинный шарф с надписью «Спартак» на еще один дополнительный оборот вокруг шеи.
– Похоже, по всему кварталу свет вырубило,– пробурчал Лёня,– тревожно всматриваясь в далёкие огни ТРЦ.
– Темноты испугался?– приятель включил фонарик на смартфоне и продолжил в своей фирменной глумливой интонации.– Я вот тут книжку перечитывал. «Преступление и наказание» называется. Так вот там чувак после мокрухи тоже каждого столба пугался.
– Заткнись, а?!
– Топор
– Ты мудак?
– Что? Топор забыл?!
– Мудак.
Преодолев пару тёмных дворов, приятели вышли на небольшую улочку, выводящую прямиком к зданию торгового центра. Вокруг по-прежнему было безлюдно, пропали даже почудившиеся Лёне фигуры.
– Тебе не кажется это странным? Словно вымерли все…– спросил студент у приятеля.
– Да чего странного? Ты думаешь, кому-то нравится в темноте шататься? Сидят вон там,– Толя кивнул на светлую махину ТРЦ,– кинчик смотрят. В «Бургере» хавают. Ну, кто-то может и дома сидит в жопу ебутся.
– Почему именно в жопу?– искренне удивился Леонид этой детали в описании досуга.
– Пидоры, потому что…– логично заметил Толян и сразу философски добавил.– Ну, может, и не в жопу… Но всё равно пидоры.
Решив больше не задавать вопросов, чтобы не развивать тему жоп, Лёня почему-то вспомнил Кристинку, которая решила уйти от него после первого же раза. Он ведь так и не осуществил свою маленькую месть и не выложил её интимный видос в телеграм-чат. «Да и хер с ней! Пускай трахается теперь со своим Петровым,– благородно решил Лёня, мысленно уже отказавшись от своей затеи, и вдруг повторил логику своего друга.– Он всё равно пидор».
– Вон как раз один!– словно услышав его мысли, вдруг выпалил Толян, указывая на идущего навстречу парня в грязно-рыжем полупальто, серых сильно зауженных брюках-дудочках и ярко-жёлтой шапке.
– Обычный хипстер,– спокойно заметил Лёня.
– Не люблю я их.
– Вот только не надо докапываться до него.
– Да не…– тихо и уже совсем миролюбиво протянул Толян, когда парень уже существенно приблизился.– До него уже кто-то докопался.
Это оказалось довольно справедливое замечание, потому что парень и правда выглядел, как после серьёзной драки. Один рукав пальто был наполовину оторван, одежда и даже шапка перепачканы в крови, лицо сильно разбито.
Парень, пошатываясь, прошёл мимо друзей, как бы не замечая их. Но оказавшись сзади, вдруг резко повернулся, неестественно вывернув шею, и, издав какой-то нечеловеческий приглушённый крик, вдруг схватил рукой Толяна за куртку. Тот на считанные секунды замер от неожиданности, явно не рассчитывая встретить угрозу в лице этого тщедушного человечка. Но парень, вцепившись в Толю мёртвой хваткой, продолжал тянуть его к себе и шипеть, по животному скаля свой рот.
Подвыпивший студент резко дёрнулся и, освободившись, с размаху врезал в омерзительно искривлённую рожу. В следующий миг он почувствовал, что кулак упёрся в совершенно безжизненную плоть, холодную и немного липкую, как кусок размороженного мяса. Хипстер отпустил его, но, получив вдогонку ещё один удар, всё равно устоял.
– Ты ему челюсть сломал!– воскликнул Лёня, заметив, что рот нападающего скривился и остался в таком положении.
– А нехуй меня трогать! Бессмертный что ли?!– рассвирепев, выпалил Толян, обращаясь скорее к нападавшему, чем к своему другу.