Первые уроки
Шрифт:
Никому ничего поручить нельзя, вы же понимаете…
На улице ее ждали крестьяне — и мэр города.
— Ваше сиятельство…
— Достопочтенный Торий, — тут же оборвала его Лиля. — Я буду раду видеть вас у Хельке сегодня в полдень, вы не возражаете?
Мэр явно не возражал. Так что Лиля распрощалась — и отправилась в таверну.
Надо было поговорить с Али, поговорить с Лейфом — и отправляться к Хельке.
Соглашение-то они так в магистрате и не заверили… а хорошо бы, очень хорошо…
Ладно. Мэра
Домой охота…
В Иртон… как там спокойно было! Только что углы отмывали…
В гостинице Лилю уже ждал злющий, как черт, Лейф. Ну да, графиня ушла, охрана лоханулась… куда ж еще-то?
Мало того, ночью еще и покушение было — пусть не на Лилю, но на человека, который находится под ее… защитой? Да, пожалуй… И Лейф это дело пролопоушил…
Сейчас двое охранников обтекали в буквальном смысле. Видимо, их круто помакали в бочку с водой. И Лиля им не сочувствовала. Вместо этого она вкратце рассказала Лейфу, кто и как опоил охрану — и отправилась к Али.
Там обстановка была не лучше. Лайла скорчилась в углу и выглядела, как побитый щенок. Алим Омар сверкал глазами на связанного племянника — они с Нилей валялись рядом с кроватью, обвязанные веревками в три слоя.
Али что-то говорил на своем языке. Явно нелицеприятное. Но при виде Лили он замолк — и тут же рассыпался в благодарностях — вперемешку на родном языке и языке Ативерны.
Лиля отмахнулась. Присела рядом. Пощупала лоб, проверила пульс…
— Надо сказать — сон пошел вам на пользу. Давайте я посмотрю рану…
Рана была отличная. Можно было снимать швы… вечером — или завтра?
Хоть бы и завтра. Все равно там немного, дальше процесс заживления лучше пойдет.
— Ваше сиятельство, как я могу отблагодарить вас?
— Ваше здоровье станет лучшей наградой. Я столько труда вложила, что сейчас просто не могу потерять больного…
Лиля улыбалась. Благодарность — вещь ценная, на баксы не меняем!
Али это тоже, кажется, понимал… и тоже улыбался.
— Ваше сиятельство я ваш вечный должник. Вы помогли мне найти змею в моем доме…
— Даже двух.
Глаза Омара сверкнули. Что они будут делать со «змеями» — Лиля уточнять не собиралась. Хотя и предполагала. Море — оно глубокое, а камни и мешки здесь в избытке. Дальше же…. Нет тела — нет дела. И вот не надо мне за гуманизм.
Покушение было?
Было!
А вот юристов тут, хвала богам, не водится. Не отмажут.
И вообще — рано ввели мораторий на смертную казнь. В чем-то Лиля была полностью согласна с незабвенным Иваном Васильевичем: «лукавый презлым заплатил за предобрейшее — смерти повинен…»
А гуманистов оставим за кадром. Не надо портить ими картину. Их бы убить пытались — визгу было бы — враз забыли бы про все на свете.
Лиля осмотрела
Знала, на что шла! Знала. И золота на себя, кстати, вагонами цепляла. Не брезговала. А потом решила убить супруга… из-за великой любви?
Тоже мне, Леди Макбет Альтверского уезда. Вот и не жалуйся теперь. Лиля подозревала, что ее не пожалеют — но плевать! Ей было это не то, чтобы безразлично. но как-то… лезть в семейные дела совершенно не хотелось. Что бы там не произошло — ее это НЕ КАСАЕТСЯ! И точка.
Внизу Лейф сам вызвался ее сопровождать к ювелиру. И по дороге попытался покаяться. Пришлось сказать ему, что она не обижается. Пусть сам накажет своих людей — а ей голову не морочит. Чтобы на посту не зарились на вино из рук смазливой вертихвостки.
Судя по глазам Лейфа — он собирался на весь корабль распространить принудительную трезвенность.
Ювелир встретил Лилю радостной улыбкой — и несколькими заколками. Застежками и крючками.
Лиля же обрадовала его предстоящей встречей с мэром. Хелькке тихо выругался, но деваться было некуда. Откат властям — и в Африке откат. Ладно!
Лишь бы жить не мешал!
* * *
Достопочтенный Торий Авермаль все новинки оценил. И весьма высоко.
Покивал, поахал — и предложил взять его в долю. Тридцать процентов.
Лиля даже пальцем у виска вертеть не стала. Так, намекнула, что Хельке может и в Иртоне творить. Ему непринципиально.
Ювелир тихо злорадствовал. Графиня оказалась не только милой женщиной с интересными идеями. Она еще и торговалась, как истинный эввир. Он бы в жизни не осмелился так торговаться с благородным — а то и плетей можно отхватить. А графиня уверенно сбила цену до десяти процентов, выторговала за это полное содействие, помощь при постройке мастерских, ну и оговорила кое-что для себя.
Лиля собиралась домой. Но скотина нужна?
Да!
Вот пусть мэр и обеспечит ее доставку в Иртон. Авось, справится. И здесь где-нибудь передержит. Не только скот. Еще и почтовых голубей. И голубятника. А то им надо как-то связываться с Хельке. Так — не наездишься. Ладно еще раз в месяц. А с помощью птичек — все будет намного легче.
А еще мастера. Кузнец, стеклодув… вот пусть мэр и договаривается с гильдиями, чтобы под ногами не мешались. С подмастерьями Лиля и сама договорится, но лучше, чтобы им не мешали пройти испытание. А тут уж Торию карты в руки. Кому охота спорить с властью?