Первые уроки
Шрифт:
Лиля поглядела на вирман, сжимающих рукояти мечей. На сынка мэра. На бледную, как смерть, красотку.
Обежала взглядом таверну. Упс…
А это кто? Стражники?
Буквально через два стола от нее сидели, выпивали и закусывали несколько человек в плащах красно-синего цвета.
Женщина взмахнула рукой, подзывая Арта. За одним столом с ней слуги сидекть не могли — не ровня-с… Поэтомцу сидели в отдалении и ждали ее знака. Арт не заставил себя ждать. Подлетел — и поклонился.
— Это стража? Красно-синие?
— Кажись, да,
Тогда понятно, почему эти трое придурков еще живы. То, что еще ничего не развернулось — это ведь чисто потому что здесь стража. Вот местная молодежь и оборзела. Вирман двое, если начнется заварушка, их тут как пить дать положат, они не могут этого не понимать… А что с девчонкой будет? Блин да что ж я за скотина! Девчонке лет шестнадцать, она перепугана до истерики…. Здесь, если это не остановить — такой половецкий перепляс сейчас начнется, что никому мало не покажется, не-ет… и вообще — это профи. Военные.
И женщина принялась выползать из-за стола.
— Госпожа, вы куда? — забеспокоился Арт.
Лиля только отмахнулась. Еще отчитываться она ни перед кем не отчитывалась!
— Потом объясню.
Ухватила одной рукой кувшин, а второй горшок с похлебкой — и зашевелила ногами.
… тебе место в хлеву рядом со свиньями, — закончил свою блестящую речь «арыстократ».
Лиля прицелилась.
Плюх!
Похлебка из горшка равномерно распределилась на всех трех молодчиков. Следом полетел горшок, разбившись об голову неизвестного спутника сынка мэра.
Парень охнул и осел на пол. Представитель золотой молодежи и его оставшийся спутник повернулись — и получили в лица винный душ.
— Остыли, болваны!? — ледяным тоном осведомилась Лиля. — А теперь отвечайте, как вы смеете затевать безобразную ссору в присутствии графини Иртон!? Вас что — на конюшне воспитывали!?
Она отлично знала, что видят перед собой парни. Пропыленную и грязную, но все же дорогую одежду. Аристократическое лицо (у крестьян нет шанса ТАК отожраться, разве что с голоду опухнуть). Дорогие изумрудные серьги в ушах. Перстень с графской короной на руке. Золотой с изумрудами обручальный браслет.
И потом, она действительно графиня, так что преимущество на ее стороне. А уж ставить на место таких дураков с претензиями она умела и в своем мире.
Парни наливались дурной краской и готовились ответить. И Лиля заговорила, на долю секунды опередив их.
— Если бы мой сын вел себя так, я бы выпорола его на конюшне. Выйдите вон и не возвращайтесь, пока не научитесь пить, а не нажираться до скотского состояния. Или я прикажу этим вирманам выкинуть вас отсюда. И они исполнят приказание графини Иртон, которая желает отдохнуть с дороги.
На плечо Лиле легла массивная лапища.
— С удовольствием. Прикажете выкинуть их отсюда, госпожа? — низкий басовитый голос прогудел тетивой лука.
Лиля на миг задумалась. Даже не оборачиваясь, она знала — это один из вирман.
— Господа,
Даже не поворачивая головы, она знала — за ней встали оба вирманина. И двое молодчиков отлично поняли, что никто им не поможет. Выкинут. С огромным удовольствием!
Смерили всех злобным взглядом, подхватили своего друга — и вылетели за дверь. Но на пороге сынок мэра обернулся.
— Вы мне…
Лиля не глядя протянула руку назад.
— …за это…
Рука сжалась на глиняном стакане.
— ответи…
Бамц!
Стакан разбился точно над головой парня, осыпав его осколками. «Униженный и оскорбленный» шарахнулся, поскользнулся и неловко взмахнув руками, уселся на задницу прямо на пороге. Грянул хохот.
Молодчик побагровел, дернулся, вскочил и вылетел вон.
Лиля довольно улыбнулась.
Еще бы. Один вопрос — когда злобные вирмане нагло наехали на бедненьких и беленьких аристократиков. Это — одно. Гуляли себе приличные мальчики, понравилась им девочка, они вежливо предложили, а тут агрессоры с мечами… В таком раскладе вирманам приходится солоно и кисло.
С ее вмешательством ситуация приобретает другой расклад.
Знатная дама желает и изволит вкушать ужин с дороги. Тут трое наглых хамов начинают при ней безобразный скандал, мешая жить и дышать. И дама запускает в них кувшином. А когда они не унимаются, приказывает отдыхающим тут же вирманам обеспечить ей покой и тишину. При этом раскладе вирмане вообще не при делах. Разве что повиновались графине. Ну так почему бы нет. Не холопке ж?
А чтобы закрепить вторую версию.
— Трактирщик! Извольте больше не нарушать мой покой подобными скандалами! Всем вина за счет графини Иртон!
Все радостно загомонили. За плечом Лили кашлянули.
— госпожа…
Лиля обернулась и увидела того вирманина, с которого все началось. М-да. Арни Шварц нервно курит в сторонке. Этакий лось любого в блинчик раскатает, свернет обратно и сожрет без соли. Выше ее сантиметров на тридцать, мышцы так и ходят под кожей, лицо со шрамами, но голубые глаза на нем — живые и умные. Нет, этот парень кто хотите — убийца, головорез, пират, но не дурак. И Лиля дружелюбно улыбнулась ему.
— Лилиан Иртон. Графиня Иртон.
— Лейф Торвальдсон. Из семейства Эрквиг.
— Рада знакомству. Надеюсь, у вас больше не будет проблем с этими наглецами?
— Надеюсь, что нет.
— Если что-то случится — можете рассчитывать на мою помощь. Терпеть не могу таких уродов. Я буду тут еще несколько дней. Но на вашем месте я бы тут не задерживалась.
— Я последую вашему совету, госпожа.
— Графиня Иртон. Вы можете найти меня в этой таверне. Пожалуй, я сниму здесь комнату на пару дней.