Первые Лица
Шрифт:
Тем не менее тут нет особенных сложностей. Государство определяет стратегию. Задача бизнеса в том, что он должен участвовать как самая активная сила в выработке решений по стратегии. А когда все решения выработаны, то должен в этих направлениях и работать. Но наш бизнес – и это его беда, а не вина – зачастую к этому не готов.
– Кто гарантирует адекватность выбора стратегии государства, чиновники которого, вообще говоря, не занимаются бизнесом?
– Государство – это не только чиновники, но и граждане, и бизнес.
– Но то государство, которое ставит задачи, – это правительство, администрация президента, региональные власти, но никак не граждане.
– Но забора-то нет? Есть связи между реальными лицами: властной элитой, бизнес-элитой и даже рядовыми
Если у бизнесмена есть концептуальная идея, нет проблем донести ее до власти. Когда я, возглавляя «Норильский никель», подходил с нормальными системными проектами к власти, я всегда встречал ее поддержку. В качестве примера можно привести и водородную энергетику, и проекты по меди в Читинской области. Мы там взяли месторождения, отбурили их, сделали аудит, отработали крупный инвестиционный проект и показали власти. Вот рабочие места, вот доходы, вот усиление российской позиции на границе с Китаем. И все – вообще проблем нет! Пришли, инвесткомитет рассмотрел заявку, мы выслушали замечания, доказали, где правы, где не правы, – и получили большие деньги на инфраструктуру.
Если занимаешься бизнесом, им и занимайся, только ставь вопросы, интересные государству. Зачастую ведь ставят вопросы из 90-х – «надо поделить какой-то актив», ну и так далее. Соответственно, не надо удивляться, что тебя не понимают.
У нас в стране закончился этап стабилизации и начался этап развития. Для этого развития и надо приносить интересные государству проекты – и бизнес это должен делать в первую очередь. А сейчас количество проектов, интересных государству, крайне ограниченно. Бизнес должен лучше других понимать, какие конкурентные преимущества есть у нашей страны. Если он этого не понимает, он не может рассчитывать на содействие государства.
– То есть идите к государству, а иначе государство придет к вам?
– Это неважно. Имеет значение лишь то, что государство, бизнес и граждане взаимосвязаны. Есть поговорка – народ получает то государство, которое заслуживает. То же относится и к бизнесу. Если он не понимает текущих задач, к нему и приходит государство.
– То есть проблема Михаила Ходорковского заключалась в том, что он не приносил интересных проектов? Вы правда думаете, что пара сотен крупных госчиновников лучше вас понимают, как вести бизнес?
– Знаете, как я проверяю свои идеи? Я иду к рабочим и пытаюсь на пальцах им объяснить. Если они меня понимают, тогда идея правильная. Это касается и развития компании, и мирового лидерства. Надо уметь объяснить свою мысль кому угодно. Бывают плодородные почвы, а кое-где цветочкам приходится пробиваться сквозь асфальт. Бизнес должен уметь пробивать свою идею сквозь асфальт.
– А у государства не должно быть своих идей?
– Это дорога с двусторонним движением. Совершенно необязательно, что бизнес сам придумывает. Я не считаю, что у власти находятся некомпетентные и глупые люди. У нас сейчас гораздо более компетентное правительство, чем 15 лет назад. Но каждый должен заниматься своим делом. Нельзя быть одной ногой в бизнесе, а другой – в политике. Чудес не бывает. Хочешь быть бизнесменом – занимайся бизнесом. Хочешь быть политиком – продавай бизнес.
– Но почему тогда в мире эта практика существует?
– Просто в западных странах существует цивилизованный институт лоббистов. Вы где-нибудь видели, чтобы CEO крупной компании делал политические заявления? Никогда такого не было. У него для этого есть бывшие сенаторы и губернаторы.
– Может ли государство стать новым партнером Вла димира Потанина в «Норильском никеле»?
– «Норильский никель» – сложный актив для государства. При этом я убежден, что государству вообще все равно, какая форма собственности у предприятия, – главное, чтобы оно приносило доход и развивалось. Государство получит с этого налоги, рабочие места и так далее. Если посмотреть развитые государства, в них в госсобственности обычно оказывалось то, что не приносило доходов – проблемные активы. Когда бизнес поднимался, государство его продавало. Ну и, конечно, важен
– Но такие же экспортно-ориентированные нефтегазо вые активы государство покупает...
– В сырьевом цикле экономики это нормально. Когда цены на нефть будут падать, пойдет обратный процесс.
– Занятная картина: государство покупает на пике конъюнктуры компании по высокой цене и продает тогда, когда стоимость падает. Что-то в этом не так, не находите?
– В нашей стране, с ее молодой рыночной экономикой, по-всякому бывает.
– И в этом нет ничего неестественного?
– У нас есть проблема – низкий добавленный продукт. В такой ситуации фетиш обладания сырьевыми компаниями очень вы сок – и для государства тоже. Будем делать добавленный продукт, ситуация изменится.
– То есть все объяснимо, все устроится, у вас нет повода ни для опасений, ни для критики государства?
– Я привык начинать с себя. Свои проблемы я решаю сам. Если меня кто-то не понимает, проблема во мне: надо все делать так, чтобы поняли.
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
Михаил Дмитриевич Прохоров.
Родился 3 мая 1965 года в Москве. В 1989 году с отличием окончил Московский финансовый институт и поступил на работу в Международный банк экономического сотрудничества. С 1992 го да работал в структурах Владимира Потанина: АКБ «Международ ная финансовая компания» (председатель правления), ОНЭКСИМбанк (председатель правления, президент), НК СИДАНКО (член совета директоров). В ноябре 2000 года назначен президентом Росбанка. С июля 2001 года – гендиректор, председатель правления ГМК «Норильский никель» (владеет 25,5 % акций). В марте 2006 года возглавил совет директоров ОАО «Полюс Золото» (владеет 28,3 % акций). Возглавляет благотворительный Фонд Михаила Про хорова, входит в высший совет общества «Спортивная Россия». По данным СМИ, ежегодно тратит несколько миллионов долларов на поддержку хоккейного и футбольного клубов ЦСКА. 31 января 2007 года объявлено о его выходе из совместного с Владимиром Потаниным бизнеса. Российская версия журнала Forbes оценивает его состояние в $7,6 млрд (10-е место), международная – $6,4 млрд (89-е место). Награжден орденом Дружбы.
COMPANY PROFILE
ГМК «Норильский никель».
Производитель цветных и драгметаллов «Норильский никель» создан в 1989 году на основе построенных в 1935–1940 го дах Норильского комбината, «Печенганикеля» и «Североникеля». В ноябре 1995 года 38 % акций через залоговый аукцион получил ОНЭКСИМбанк. В настоящее время основными собственниками ГМК являются Михаил Прохоров и Владимир Пота нин, контролирующие по 25,5 % акций. Главными добывающими подразделениями компании являются Заполярный филиал на Таймыре и Кольская ГМК. В структуру также входит крупнейший российский производитель золота ОАО «Полюс Золото» и ряд вспомогательных перерабатывающих и электроэнергетических активов. Для экспорта созданы компании Norilsk Nickel Europe, Norilsk Nickel USA и Norilsk Nickel Asia. На долю «Нор никеля» приходится более 18 % мирового производства никеля (244 тыс. тонн в 2006 году), 2,5 % меди (425 тыс. тонн), почти 50 % палладия (98,4 тонн) и 13 % платины (23,4 тонн). Чистая прибыль по МСФО в 2005 году составила $2,352 млрд, выручка от реализации металлов – $7,169 млрд. По результатам шести месяцев 2006 года – $2,367 млрд и $4,191 млрд соответственно.
ХРОНИКА
9 ноября 2006 года Росбанк стал номинальным держателем 29,33 % акций «Нор никеля». 20 ноября «Норникель» объявил о покупке никелевых активов американской OM Group Inc. за $408 млн.
31 января 2007 года Владимир Потанин и Михаил Прохоров объявили о разделе бизнеса. Планировалось, что господин Про хоров получит все энергоактивы «Интерроса» и деньги за долю в «Норникеле» (25,5 %). Остальные активы, в том числе «Полюс Золото» (по 28,3 % у каждого), будут поделены пополам.