Перворожденный
Шрифт:
Все поднялись и друг за другом вышли из комнаты.
Чтобы попасть в шахту, предварительно надо было одеться.
Они пошли в Банку номер шесть, из нее спустились вниз по лестнице в небольшой купол, вырубленный в толще льда. Здесь Байсеза, Майра и Алексей должны были снять с себя всю одежду. Вспомнив о том, что всего в нескольких метрах от них лютует полярная марсианская ночь, Байсеза, оказавшись всего лишь в собственной коже, непроизвольно поежилась.
Доктор Грендель произвела быстрый медицинский осмотр.
— Если учесть, что в клинике анабиоза все ваши ткани девятнадцать лет подвергались
— Спасибо.
Сперва тела вновь прибывших были смазаны каким-то маслом. Затем они должны были надеть на себя «биоодежду», то есть жилеты, которые накрепко прилипли к их оголенным телам и осуществляли взаимодействие со всеми биометрическими системами их организмов. Во время спуска жилеты должны были отслеживать все жизненно важные параметры их тел. Затем они облачились в ярко-зеленые комбинезоны, наглухо застегнули их, а также в шлемы, башмаки и перчатки. Им за спины повесили маленькие рюкзачки. Грендель сказала, что эти комбинезоны сами по себе являются полностью укомплектованными космическими скафандрами, так как они хорошо загерметизированы с помощью натяжения эластичной ткани. Они могут сохранить человеческую жизнь в течение нескольких минут, может быть — даже в течение часа, в случае возникновения нештатной ситуации, например, отказа защитных механизмов.
Но этот скафандр был всего лишь первым, внутренним слоем в сложной системе их полного облачения. На него они должны были натянуть те самые внешние скафандры, которые Байсеза видела на борту вездехода.
Они подошли к небольшому люку, который вел прямиком к этим скафандрам, прикрепленным к стене купола снаружи. Они одевались по очереди. Сперва каждому из них помогли натянуть на себя штанины, затем рукава, затем приладить отделы, защищающие туловище, грудь и голову. Эти скафандры были сделаны из твердых сегментов, и облачаться в них было все равно, что облачаться в рыцарские доспехи. Но сами по себе эти костюмы были сделаны так, что помогали человеку себя надевать; одеваясь Байсеза явственно слышала жужжание их внутренних вспомогательных систем. Самым трудным делом было просунуть голову в шлеме сквозь отверстие, ни обо что при этом не ударившись, а затем натянуть на нее еще один шлем, гораздо большего размера.
Грендель позвала Байсезу:
— Как вы себя чувствуете?
— Хорошо. Только непонятно, как я отцеплюсь от стены.
— Скафандр сам вам подскажет, когда придет время.
Под конец Грендель застегнула на спине у Байсезы герметичные панели, и скафандр совершенно неожиданно сам оторвался от стены купола, так что Байсеза едва не упала.
Шлемы у всех внешних скафандров были непрозрачными. Внезапно шлем Байсезы прояснился, и в окружении черной марсианской тьмы она увидела на нем круглое, облаченное в такой же шлем лицо инженера, которого звали…
— Ханс, — сказал он, улыбаясь. — Я просто проверяю работу вашего скафандра. Когда вы освоитесь, то сможете точно также проверить работу моего скафандра. Мы все работаем в связке… Скафандр номер пять? Каков твой статус?
Байсеза услышала в своем ухе тихий мужской голос:
— Штатный, Ханс, как ты сам видишь на табло. Байсеза?
— Все нормально.
— Я буду помогать вам во время спуска в шахту. Ханс сказал:
— Наверняка конструкция скафандра должна была показаться вам странной, Байсеза. Но все дело в ППЗ.
— ППЗ?
— Протоколы планетарной защиты. Мы никогда не вносим
— Даже несмотря на то, что они близкие родственники?
— Может быть, для них это еще хуже. И, кроме того, здесь остро встает вопрос пыли. Марсианская пыль содержит много ржавчины, токсинов и перекиси водорода. Она очень агрессивна. Лучше всего вообще не вносить ее в модули, а следовательно, и в наши легкие. Все детали скафандров должны быть абсолютно чисты от пыли, в противном случае с ними будет очень трудно иметь дело. Ведь вы же не хотите застрять в этой штуке, не так ли? Впрочем, я вам потом все покажу.
В поле зрения Байсезы появилось лицо врача.
— С вами все в порядке, Байсеза, — сказала она. — Попытайтесь пройтись.
Байсеза подняла и опустила руку, жужжание вспомогательных систем внутри скафандра не прекращалось. Сам скафандр казался легким как перышко.
— Мне кажется странным, что я не могу до конца опустить руки. Или почесать лицо. Надо полагать, что это пройдет.
— Я могу почесать ваше лицо за вас.
— Если мне потребуется, я вас об этом попрошу, Скафандр номер пять. — Она огляделась кругом. Почва под ногами была плоская и белая, небо — темным и грязным. Модули станции возвышались темными массами, возле опор было сложено оборудование и ящики. Неподалеку был припаркован транспорт: два вездехода со снегоуборочными лопастями, очень похожие на снегомобили. «Дискавери» давным-давно уехал обратно в Лоуэлл.
Рядом с ней были все, кроме Паулы: Алексей, Майра, полярная команда в полном составе. Все были одеты в зеленые скафандры, у всех были подсвечены лица, и все смотрели на нее. С сумрачных небес продолжал огромными хлопьями падать снег.
— Неужели я на марсианском полюсе? Милосердный Бог! — Она подняла руку и пошевелила над головой пальцами в перчатке.
К ней подошел Юрий.
— Сейчас нам придется совершить небольшую прогулку, — сказал он. — Всего несколько сотен метров. Ради безопасности буровая установка расположена чуть в стороне от жилых модулей. Кроме того, так положено по правилам планетарной защиты. Вы просто нормально шагайте, и все будет хорошо. Прошу вас, идите вместе со мной. Майра, вы тоже.
Байсеза решилась. Один шаг, второй. Эти шаги давались ей так же легко, как трехлетнему ребенку. Скафандр, несомненно, ей помогал. Юрий шел между Майрой и Байсезой. Другие ушли вперед. У инженера по буровым установкам Ханса Гритчфилда на рюкзаке было написано «Хулиган» и нарисован нефтяной фонтан. Его скафандр казался тяжелее, чем у других. Вполне возможно, что его конструкция была сверхсложной, специально предназначенной для тяжелых работ в шахте или на буровой.
Марсианский снег падал на шлем Байсезы, но тут же испарялся, оставляя на нем только чуть заметные следы.
— Между прочим, я могу помочь вам в любой ситуации, что бы вам не потребовалось, — сказал Скафандр номер пять.
— Я в этом не сомневаюсь.
— Сейчас я отслеживаю все ваши параметры и потребности. В мои функции входит очень многое. Например, если вас заинтересует геология, то я смогу незамедлительно предоставить вам нужные данные и картинки, и при этом помогу разобраться в узловых моментах: особенностях скальных пород, типах льда, сдвигах напластований.
— Думаю, что сегодня это вряд ли потребуется.