Первоочередной
Шрифт:
– Ты далеко?
– Ну прикинь по эху, – отозвался незнакомец.
– У меня что, секундомер есть? Часы здесь, вообще-то, не работают!
– Тогда не морочь голову и просто иди.
Воин, собственно, и пошёл.
С удивлением он рассматривал, как всё меняется вокруг. Если в начале пути залы казались огромными и заброшенными, то каждый следующий был ухоженнее и меньше предыдущего. Наростов паутины становилось меньше, а на стенах появлялось убранство. Пустоту заполнили картины, которые складывались в единый сюжет. Хотя, судя по манере,
Воин поморщился и отвернулся.
Еще несколько минут ходьбы – и служителю встретилась первая мебель. Два кожаных кресла и коробка на ножках между ними. Платяной шкаф. Воину даже показалось, что из-за дверей на него смотрел лев. Высокий кривой ящик, из которого вылетела птичка. А потом и вовсе пошли комнаты, полностью обставленные, словно кто-то в них жил. Бывший прислужник наткнулся на приличную библиотеку, но толком не успел разглядеть названия, потому что его окликнули:
– Где ты там бродишь?
– Иду-иду!
Единственное, что служитель смог прочитать, – название “Тентакль”. Что ж, ничего удивительного. Кальмары нынче в моде. Или эта книжка совсем о другом? Ах, какая разница. Главное, что обложка симпатичная. При жизни служитель тьмы любил синий цвет.
Да ну что ты будешь делать. Он и так живой.
Живой!
Последний коридор был до того узким, что пришлось протискиваться боком. Воин с ухмылкой наблюдал, как латы царапают стены. Совершенно свежие, будто вчера шпаклевали. Откуда шёл свет, позволяющий что-либо видеть, сказать было трудно. Главное, что он присутствовал.
Выпутавшись из тяжёлого испытания для живота, бывший прислужник оказался на берегу подземной реки. Водная гладь почти не колыхалась, создавая гипнотическое ощущение невесомости, когда не понимаешь, где верх, а где низ. Если бы ещё не болотистый цвет, который всё портит. И запах, кстати говоря…
У берега заунывно качалась лодочка, внутри которой сидел человек.
Воин не придумал, что бы умного сказать, и повторил свой любимый крик:
– Эй!
– Чо орать-то так, – встрепенулся лодочник. – Залезай.
– Это ты меня звал? – прислужник недоверчиво посмотрел на человека в маске.
– Ишь, сбрендил. Я тут просто извозом занимаюсь. Маловато мне платят, чтобы я ещё кого-то звал.
– А кто же тогда кричал?
– Полезай в лодку, сам всё увидишь!
Воин уже было поднял ногу, чтобы ступить на борт, но в последний момент замешкался.
– Не заразный я, – сказал лодочник. – Просто у нас карантин. Главный заболел.
– Так это главный меня звал? – нетерпеливо уточнил прислужник.
– Всё, достал.
Человек в маске потянул воина за руку, и тот приземлился аккурат лицом на банку 1 .
– Ай!
– Не придумывай, тут никому не больно.
Бывший прислужник нащупал дно руками и оттолкнулся, вновь обретая равновесие. Поднёс
– Я не ушибся.
– Конечно, не ушибся, – натужно ответил человек, делая первый толчок вёслами.
Тысячи лампадок, отражённые рекой, заходили мелкой рябью, уступая место небольшому корпусу из дерева. В отличие от исполинских залов, эха здесь не было совсем. Воин удивился, как же до него вообще докричались с такого расстояния и совершенно без акустики. Может, голос звучал только в его голове? Да вроде нет, лодочник же тоже слышал.
1
Банка – специальное название для скамейки в лодке (прим. авт)
Противоположный берег не спеша приближался, и прислужник отметил, что выглядел он точно так же: тонкая полоска суши и крайне узкий проход в стене. Какой умник решил, что это удобно? Только если с целью поиздеваться.
Но этот вопрос не особо заботил воина, потому что плавный ход лодочки убаюкивал. Веки стали тяжёлыми, и он провалился в дремоту. Увидел залитый солнечным светом луг, улыбнулся. Но всего на пару секунд.
– Не спи, замёрзнешь! – с этими словами лодочник легонько огрел воина веслом по голове.
– Ты что себе позволяешь? – встрепенулся прислужник, готовясь пустить в ход кулаки.
– Мы через минуту причалим, – спокойно произнёс человек в маске. – Не заставляй главного ждать.
– Да кто этот ваш главный, в конце-то концов?
– Хорошо, что он такой один, – шепнул себе под нос лодочник, закатив глаза.
– Что?
– Ничего! Вылезай.
Нос лодки аккуратно воткнулся в рыхлую землю.
Интересно, на том берегу она была сухая и совсем не пахла. А здесь к аромату сточных вод добавился ещё один – едва пробившейся травы в весеннюю пору. И, может, он даже пробудил бы у воина воспоминания, да только нечего было пробуждать.
Прислужник ступил на землю и повернулся к лодочнику.
– Возьми две монеты, – человек протянул тонкую руку, в которой действительно сжимал два медяка.
– Зачем? – тупо спросил воин.
– Подземная экономика, – вздохнул лодочник. – Пассажиры в ту сторону платят нам, обратно – мы им.
– А-а, – многозначительно протянул служитель, притворившись, что понял.
– Ну всё, ступай, – человек в маске громко зевнул. – Я хочу досмотреть сон. Там такой вестерн шуровал, а ты меня разбудил.
– Сладких снов, – язвительно ответил воин и пошёл вперёд.
Новое отверстие оказалось ещё уже предыдущего, но было чётко по размеру. От скрежета лат сводило челюсть, однако прислужник упорно двигался вперёд, пока не увидел хорошо освещённую комнату из чистого мрамора. Посреди комнаты возвышался стол. Рядом на огромном кресле сидела непропорционально маленькая девушка и с суровым взглядом разгребала бумаги. За её спиной находилась дверь с табличкой, как это не удивительно: “Главный”.