Первая жена
Шрифт:
Дмитрий, находясь в игривом расположении духа и почувствовав не совсем ровное настроение соседки, решил слегка поухаживать за ней. Почему нет? И сам развлечется, и время быстрее пройдет.
– Не желаете поменяться местами? Возможно, у окошка вам будет удобнее. Сделать послабее кондиционер? Попросить плед у стюардессы? По-моему, немного прохладно. А хотите выпить? Сейчас вроде бы не очень разрешают, но мы с вами потихоньку… А?
Лена принимала его нехитрые ухаживания как должное, даже не особенно вглядываясь в лицо своего попутчика. Что ж, раз не повезло с местом, то пусть хоть внимание соседа
Но Дима в какой-то момент почувствовал: он не играет. Или если продолжает играть, то искренне и с интересом. Или ему в самом деле нравится эта женщина? Как-то упустил это состояние перехода, смены ощущений. Просто вдруг почувствовал ее тепло, просто хотелось разговаривать, просто нравилось быть рядом.
Он взял ее телефон, оставил свою визитку. К удивлению группы, которая воссоединилась в зале прилета в ожидании багажа, помог ей с чемоданом, проводив до машины сына, который встречал ее со своей молодой женой.
«Во Ленка дает! Мужика себе какого отхватила!» – обсуждали женщины из группы. Кто-то даже пытался шутить по этому поводу, крича ей через транспортную ленту: «Ленка, молодец! Так держать!», но она ничего не слышала. Дмитрий не дал ей толком попрощаться с группой, она лишь махнула девчонкам издалека, мол, счастливо, созвонимся, до встречи! И исчезла среди встречающих. Новый ее спутник что-то постоянно говорил, тянул два чемодана – свой и ее – и при этом умудрялся красноречиво острить. У дверей машины жал ее руку и даже поцеловал на прощанье.
Лена уехала из аэропорта буквально сама не своя. К тому же не успели они доехать до дома, как Дмитрий уже позвонил ей:
– Проверка связи! Леночка, как вы?
Вот, собственно, и вся история их знакомства. А через два месяца они уже жили вместе. Через три он развелся, через пять – зарегистрировали брак.
Свою Елену Прекрасную Дмитрий обожал. Более того, ему казалось, что он влюбляется в нее все сильнее. И некая ее прохладность, некая успокоенность лишь дополнительно возбуждали его, вызывая желание взбудоражить, зажечь, увлечь с новой силой.
И тут вдруг на тебе – старый приятель! Нет, Дмитрий, конечно, не деспот, не тиран. Он понимает, что у нее до встречи с ним была своя жизнь. И притом бурная, активная жизнь, но это ничего не значит. Лично он свою Елену Прекрасную не отдаст никому! Ни за что и никогда!
Так, так, так… Проверим, что это за приятель такой.
*
Служба безопасности подтвердила: да, есть такой – Иван Витальевич Донцов. Житель Питера, прописан в двухкомнатной квартире вдвоем с матерью. Имеет высшее образование, небольшой бизнес, недвижимость в виде дачного коттеджа и недавно купленной квартиры в новостройке. Не был, не участвовал, не привлекался. Холост, детей нет. В данное время находится на лечении в клинике города Санкт-Петербурга. Состояние стабильно тяжелое.
Дмитрий расстроился. Все бы хорошо. Никаких претензий к Лене, ни-ка-ких! Кроме одной: институты разные. У нее Плехановский, у него Ленинградский университет. Только и всего. Значит, все-таки соврала. Зачем? Кто он ей, этот Иван?
Ой-ой-ой, как заныло где-то в груди… Как мучительно больно потянуло и заныло… Ну зачем он полез? Ну не знал бы всех подробностей, и ладно! Нет, надо ему обязательно копаться!
Он набрал ее номер:
– Как ты там?
– Нормально, – почему-то вздохнула она.
– Навестила приятеля?
– Да. Сейчас у его мамы дома. Ужинаем. Через час буду выходить. Мне до вокзала минут тридцать ехать. Как ты?
– Я соскучился по тебе, Лена! Очень… Как будто месяц тебя не видел. А ведь всего-то день без тебя.
– Да, я тоже… Утром буду! Знаешь, я билет поменяла, поезд рано прибывает. Так что успею перед работой домой забежать. Вместе позавтракаем!
– Лен, это счастье! – сказал серьезно, без улыбки, проникновенно.
– Да, счастье, – просто согласилась она.
*
При встрече не выдержал, все же задал мучивший его вопрос:
– Слушай, а этот Иван, он что, вместе с тобой учился?
– С чего ты взял?
– Ну как же? Ты же сама сказала: старый институтский приятель.
– Я сказала, что знаю его с институтских времен. А что мы вместе учились, я не говорила. У нас специальности одинаковые, это да.
У него отлегло от сердца. Значит, не обманула! Ну и слава богу!
– У нас небольшая компания сложилась. Странная, на первый взгляд, но очень сплоченная. Я, Маринка, ты ее знаешь, и еще две девчонки. Ну и двое ребят. А у одного из них друг был близкий – этот самый Иван. Приезжал часто к нам, мы к нему в Питер всей компанией мотались. Потом растерялись как-то. Кто-то «всплывает» изредка, но уже ни дружбы, ничего такого ни с кем из них…
Зачем она врала? Ведь решила для себя, что отношения с мужем должны быть прозрачными, чистыми. Что уже в их солидном возрасте нет никакого смысла в недоговоренностях, хитростях. И все же… Не поворачивался язык говорить о том, что ездила к бывшему любовнику. Считала, что таким образом щадит своего мужа. Тем более что Иван продолжает объясняться ей в любви, а когда есть такого рода отношения, пусть даже и односторонние, то их или рвать, или скрывать. Так Лене казалось.
– Ну и как он? – Дмитрий задал вопрос, скорее, из вежливости, но она разволновалась.
– Плохо… – даже слезы навернулись.
– Ну ладно… ладно… – он махнул рукой, будто стирал неправильно заданный вопрос. – Извини, что напоминаю. – И чтобы перевести разговор в другое русло, заговорил о планах на выходные.
*
Начальник службы безопасности Головин Петр Степанович выглядел для своей должности довольно странно. Небольшого роста, худощавый. Стрижка, хоть и короткая, но стремящаяся к кудрям, делала его, скорее, забавным, чем угрожающим. Внешне сухой, но при общении достаточно эмоциональный, что опять же не слишком соответствовало высокой должности. При этом очень цепкий взгляд и многолетняя безупречная служба. Его держали, за него держались. Он не просто неоднократно спасал фирму от неприятностей, он большое количество возможных неприятностей предотвратил.