Первая, вторая, третья
Шрифт:
Нечаянно последней фразой попал в точку, Рената закусила губу, задумавшись, еще чуть‑чуть, и диалог пойдет. Подход — дело тонкое, главное в данном случае допрос превратить в дружескую беседу. А что сближает? Конечно, спиртное. Стриж взял со стола соседнюю рюмку, налил туда коньяк, пододвинул Ренате, но она отодвинула:
— Не надо меня спаивать, мне нельзя, я же на работе, да и не пью я. Значит, вас интересует Родион. А что именно вам интересно?
— Хм. Все. Хоть вы и отрицаете, но, как я понял, с Лизой были подругами…
— Я была ушами.
— То есть?
— Ну, Лиза приходила
— Родиона вы хорошо знали?
— Только со слов Лизы. Бывало, Роди — так она его называла — заезжал сюда, короче, я видела его несколько раз.
— Ну и как он вам?
— Трудно судить, меня же подготовила Лиза, я воспринимала Роди уже с ее подачи.
— А что она о нем рассказывала?
— Ничего хорошего. Сначала она его любила, потом разлюбила — обычная история. Только Роди не дал ей… как это… права выбора. Он не позволил Лизе расстаться с ним. То она его жалела, то презирала, то ненавидела… У меня нет опыта, чтобы понять, какие между ними кипели страсти, но что-то происходило нездоровое. Потом вдруг Лиза начала пить. Сидит у нас и заказывает одну выпивку, вижу: не лезет в нее, а она пьет. Это не все. Лиза рассказывала, причем веселилась жутко, что закатывает сцены мужу при людях. Я спрашивала, зачем она это делает.
— Зачем же?
— Чтоб Роди увидел, какая она ужасная — пьяная, скандальная, грубая, — и сбежал от нее, чтоб он сам бросил Лизу.
— Странный способ избавиться от мужа.
— Она сама странноватая была, думаю, немножко задержалась в развитии, поэтому поступала как капризный, вредный ребенок. Знаете, в ней какой-то надрыв был… Вроде бы все есть, не надо ни о чем заботиться, обвешана бриллиантами, машины меняла, как одежду, а я когда смотрела на Лизу, мне становилось ее жалко. Очень жалко, до слез. Обычно богатые не вызывают жалости, но они же и ведут себя по-свински. Лиза… мне показалось, у нее не было друзей, она выглядела несчастной, по-настоящему несчастной, хотя никогда не говорила: «Как мне плохо…»
— А что там с Филиппом Лисовским у них было?
— Роман, конечно. Примерно с полгода назад они познакомились на вечере… Лиза известная тусовщица, но как я поняла, ей лишь бы дома не торчать. Филипп младше на четыре года, лично мне не нравятся мужчины младше меня. Вот… Закрутилось у них все быстро, как крышу снесло у обоих. Вы же знаете, что с влюбленными происходит на первой стадии, они дуреют. Тем более у Лизы окончательно созрело решение разойтись с Роди, но он-то не дурак, заметил перемены в жене и взбесился. Избил Лизу раз, избил второй, третий… Она как партизанка — Филиппа не выдала, а у Роди только догадки, конкретных фактов не имел. Роди просто чувствовал, видел: что-то не то, Лиза выскальзывает из его лап…
— Это все со слов Лизы вы знаете?
— Ну да. Роди пригрозил, что убьет ее, если узнает про измену.
— Значит, любил ее, само собой, ревновал.
— В том-то и дело, что нет. Незадолго до того «последнего раза», как выразились вы, она примчалась сюда, ее трясло. Лиза нечаянно подслушала разговор Роди с… уж не знаю, кто там они… типа телохранителей
— Так у Роди план был по захвату папы?
— Типа того. Еще он… Марат… ругал Роди за несдержанность в отношении Лизы, мол, теперь им всем надо поторопиться, иначе эта истеричка сведет на нет годы трудов. В общем, Лиза поняла, какой фарс разыгрывал Роди, разозлилась до смерти, но и перепугалась не меньше, к счастью, у нее хватило мозгов не закатить истерику мужу. Прямо отсюда она позвонила отцу, он находился в Америке. Что-то там ему объясняла, немного успокоилась и сказала мне: «Папа приедет через три месяца, потерплю». Прошло буквально дня два, Лиза снова появилась, но уже с Филиппом, нарядная, счастливая — я ее такой никогда не видела. Пробыли они здесь недолго, она просила меня никому не говорить о том, что мне стало известно. Ну, что это опасно и для меня, и для нее.
— Почему возникла такая необходимость?
— Потому что она понимала: их будут искать, все же не рядовая гражданка пропала. А заходила она сюда частенько, ее видели вышибалы, официанты, знала администраторша, они указали бы на меня, что и было сделано, когда обоих стали искать.
— И Роди заходил к вам?
— Не он, какой-то тип приходил, я поняла, что он от Роди, спрашивал, что мне известно о Лизе Татарских. Я разыграла психованную, мол, достали меня этой куклой. На самом деле Филипп с Лизой решили сбежать из города до возвращения ее отца из-за границы, а Роди с его бандой накануне уехали, то есть выдалось благоприятное время. Решение принято было прямо на тусовке, они поехали к Лизе домой за вещами, по пути заскочили ко мне с просьбой. В том случае, если их начнут активно искать, я должна была говорить… то, что говорила милиции. Вот и все.
— Так… — задумался Стриж.
— Поможет моя информация вашему жениху и его невесте?
— Пока не знаю, подумать надо. Рената, а Лиза звонила вам?
— Нет. Она, кстати, предупредила, что звонить не будет, Роди боялась.
— Да-да… да… Местонахождение телефона сейчас определяется просто. Значит, Лиза и Филипп живы.
— Я надеюсь, — рассмеялась девушка. — Они спрятались, потому что Роди на все способен. Лиза надеялась на отца, и как только он приедет, ребята сразу объявятся.
— Насколько я помню числа, прошло уже четыре месяца, а Лиза и Филипп…
— Значит, отец задержался по делам, он ведь у нее фигура. Африканскими алмазами занимается, еще чего-то там из Черного континента качает, по всему миру мотается. Думаю, ей с Филиппом хорошо, а месяц-два не играют роли. Так что успокойтесь по поводу парочки, с ними порядок, потому что ни одна живая душа не знала, включая меня, куда они поехали.
— Спасибо, Рената. Вы хорошая подруга.
— Я разве подруга? Я уши, которые умеют слушать и не выдают чужих секретов… — Девушка вздохнула: — Выдала. Вам. Лиза приедет, повинюсь перед ней.