Первая исповедница
Шрифт:
— Солдаты доложили, что обнаружили множество следов, указывающих на то, что армия прошла в обратном направлении и пересекла дорогу, направляясь на юг. На земле остались борозды в тех местах, где, по-видимому, тела стаскивали в кучи. В этих местах на земле было еще больше крови. Борозды оканчивались там, где начинались следы повозок. Большого количества повозок.
Магда нахмурилась.
— Вы хотите сказать, армия Куно все-таки вернулась и… забрала их?
Исидора подтвердила ледяным тоном.
— Они возвратились и собрали мертвых.
Рука
— Собрали мертвых? — она повернула голову в сторону женщины. — Но для чего?
Исидора повела плечом.
— Командующий мог только сказать, что, судя по всему, они забрали мертвых с собой на юг, обратно в Древний мир.
Магда прижала кончики пальцев ко лбу в попытке это понять.
— Но почему они так сделали? Что они собирались сделать с телами?
Руки Исидоры открылись немного в неопределенном, уклончивом жесте.
Магда могла только представить, в каком ужасном состоянии были тела.
Собирать сотни и сотни тел, пролежавших несколько дней, и увозить их в повозках, должно быть, было отвратительным занятием. Никто бы не взялся за такое дело без веской причины.
Исидора не дала немедленного объяснения загадки, что это могла быть за причина. Магда подумала, что, может быть, она просто была так возмущена, что даже не хотела думать об этом, не говоря о том, чтобы это обсуждать. Но по осторожному ответу Исидоры Магда подозревала, что она знала больше, чем рассказывала.
Магда решила не оказывать давление, а попытаться смягчить ужасные воспоминания женщины и позволить ей рассказать историю по-своему.
— Безусловно, это ужасно. Я понимаю, что вы имеете в виду, говоря о том, что кошмар только начинается.
Голова Исидоры повисла. Она не поднимала ее.
— Нет. Это не то, что я имела в виду, когда говорила, что кошмар только начинается.
Магда уставилась на женщину от удивления.
— Тогда что именно вы имели в виду?
Глава 28
Исидора наконец подняла голову.
— Ну, после этого отряд проследовал на юг за армией Куно, чтобы убедиться, что она не собиралась вернуться и снова направиться на север в Новый мир по другому пути. Кроме того, командующий считал, что, поскольку армия Куно отягощена таким большим количеством повозок, высока вероятность догнать ее, если гнать лошадей посильнее. Он был уверен, что у него достаточно сил, чтобы сполна отомстить, когда догонит ее.
В тот момент я не знала, что делать. Когда уехал командующий со своим отрядом, я опять осталась одна. Большинство жителей Гранденгарта погибли, остальных забрали в плен, а мой друг Джоэл был мертв и похоронен. У меня не осталось никого.
Я решила вернуться в Уитни.
Магда решила, что в этом был определенный смысл — от Гранденгарта ничего не осталось, а Уитни был ближайшим городом. Хотя были варианты и получше, например, отправиться в Эйдиндрил, где она могла передать имеющуюся
Магда подозревала, что за таким решением Исидоры стояло нечто большее.
— У вас были другие причины, чтобы решить вернуться в Уитни, кроме того, что там похоронен Джоэл?
Исидора некоторое время водила большим пальцем по своему колену туда-сюда, прежде чем ответить.
— Да. Я вернулась, потому что знала, что там есть говорящая с духами.
— Говорящая с духами? — нахмурилась Магда. — Почему вы хотели увидеть говорящую с духами?
— Я была в таком смятении от всего произошедшего и, наконец, от той несправедливости, что тела были увезены, что хотела посоветоваться с этой женщиной. Думаю, я желала того же, что и большинство тех, кто приходит к говорящей с духами. Я хотела убедиться в том, что Джоэл в безопасности среди добрых духов. Хотела исполнить данное ему обещание.
Магда продолжила гладить кошку.
— Кажется, я понимаю, что вы чувствовали. Так говорящая с духами помогла вам обрести душевный покой?
Магда наблюдала за тем, как Исидора продолжала водить туда-сюда большим пальцем по колену. Она отвечала, не поднимая головы.
— София была гораздо старше, и очень опытной, хотя и сказала, что в последние годы не пользовалась своим умением. Она сказала, что хоть и гордится своей работой, но потратила на нее всю жизнь, и уже покончила со всем, связанным с миром духов. Она хотела лишь спокойно прожить остаток жизни. Она отказалась мне помочь.
Я продолжала настаивать. Сказала, что это очень важно, что я дала обещание. Обещание не только как друг, но и как колдунья. Она раздраженно отмахнулась от моей просьбы и ответила, что мои обещания ее не касаются. Я спросила, неужели она не понимает, что могла бы помочь из сострадания ко всем невинным жертвам, чтобы я могла убедиться, что они теперь обрели покой. Она ответила, что даже если бы захотела, а это совсем не так, она не смогла бы помочь, потому что моя утрата была слишком свежей, и я была в слишком большом смятении.
Я спросила, не могу ли вернуться позже, когда смогу рассматривать события в перспективе. Она ответила, что изучение мира духов — совсем не то, чем это считает большинство людей, что ее умение не предназначено для общения с мертвыми ради утешения живых. Она сказала, что с этим связана такая опасность, что я даже не в состоянии осознать. София вновь, и очень решительно, отказалась помочь мне. — Исидора улыбнулась. — Кажется, от Софии я большей частью переняла свое нежелание встречаться с людьми, желающими посоветоваться с духами. Она посоветовала мне, как одна колдунья другой, забыть обо всем этом, — улыбка исчезла. — Оказалось, что это был весьма мудрый совет. Возможно, мне стоило прислушаться.