Перстень с пардом
Шрифт:
– И ты здрав будь, Переслав. Что-то ищешь?
– Тебя.
Девушка вопросительно посмотрела на него. На голове шерстяной плат с яркими цветами, теплый зипун, подбитый мехом, сарафан, по которым, словно змея, струилась длинная русая коса – все казалось на этой простой девушке красивым и нарядным. Переслав залюбовался.
– Так что же хотел? Или просто заглянул по-соседски? – подсказала ему.
Он молчал. Добрина лукаво сощурила глаза. Какие у нее глаза! Как посмотрит – рублем одарит. Кажется, утонуть можно в ее синих очах! Темные ресницы и брови делали взгляд более проникновенным.
– Так что же?
– Я…, – Переслав не знал, с чего начать. Когда-то бегали вместе, играли. А теперь вон она какая стала, одно слово – красавица!
– Я, может, скоро уйду к князю в войско.
– Неужели и ты уйдешь? А как же родители? Отпускают? – с тревогой спросила она.
– Как не отпустить! Не на игрища пойду, воевать за землю нашу, за край Ярославский. Хотел тебе сватов заслать, но не вышло, не время сейчас…
Добрина посмотрела на него с болью.
– Сватов? Почему же раньше не сказал?
– Робел я, прости. Давно приглянулась ты мне, да не осмеливался я сказать о своих чувствах. Вышла бы за меня замуж?
– Вышла бы. Только прав ты, не время сейчас жениться, – она опустила глаза. – Ты тоже люб мне, не скрою. Честь для меня такого жениха иметь.
Переслав вздохнул и улыбнулся.
– Будешь меня ждать?
– Буду!
– Я кольцо тебе принес, чтобы помнила обо мне и носила постоянно. Так я буду думать, что всегда с тобой нахожусь, а ты – со мной. Считай, что мы с тобой помолвлены.
Он достал из-за пазухи перстенек и надел девушке на палец.
– Ой, в самый раз! Какое интересное кольцо! – Добрина посмотрела на свою руку. – Никак сам смастерил?
– Угу. Можно я тебя обниму?
– Обнимай, раз жених!
Они еще некоторое время стояли, обнявшись, возле покрытых снегом кустов. Так много хотелось сказать!
– Добрина! – раздался голос вышедшей из двери дома бабушки Новожеи. – Воду-то забыла принести, что ли?
– Сейчас! – Добрина улыбнулась Переславу. – Нужно идти. Тебя тоже, наверное, заждались.
Она не успела ничего сказать, когда могучие объятья сковали ее руки, а горячие губы прижались к ее губам. Потом Переслав перепрыгнул через изгородь, оглянулся, махнул ей рукой и исчез в кузне.
Она быстро направилась к колодцу, щеки горели, а губы еще чувствовали вкус первого в ее жизни поцелуя. Такой красивый, видный парень. Светлые волосы вьются, серые глаза смотрят открыто из-под прямых темных бровей, ничего не утаивая, небольшая бородка с мелкими колечками волос даже украшала лицо. Любая девушка вышла бы за него замуж, а он выбрал ее. Хотя, конечно, она все-таки видела, что он к ней неравнодушен, однако волю мыслям не давала. Ей исполнилось пятнадцать лет, в эти годы девушек уже выдавали замуж, только родители выбирали жениха. Но мать Добрины, Ладимира, год назад умерла при родах. Отец долго горевал, а недавно также подался в княжескую дружину, оставив единственную дочь на попечении бабушки. Новожея не была совсем уж старой, но какое хозяйство без мужика?! Ее сын Иван был гончаром, ремесло свое знал хорошо, а его посуда славилась по всему Ярославскому краю. Так что семья не бедствовала. Жена помогала Ивану, украшая горшки, миски, кувшины, братины, ендовы искусными рисунками, нанося их тонкой палочкой, а иногда краской перед тем, как отправить посуду в печь. Жили они с мужем душа в душу, только Бог дал
Добрина вдруг остановилась. Она ясно представила себе, как отец скачет на лошади, что-то крича, взмахивая мечом, но в его грудь вонзается копье, и он падает с коня. Что за наваждение! И это уже не в первый раз! Именно после своего пятнадцатилетия стала девушка находить в себе какие-то новые качества, каких раньше не было. Ее бабушка, Новожея, славилась в городе как травница, умела лечить травами и заговорами. Добрина поведала бабке о своих видениях. Новожея всплеснула руками:
– Господи, неужели и тебя!
– Что меня, бабуля?
Но Новожея горестно стала вздыхать и что-то бормотать.
– Так что со мной?
– А сны ты какие видишь? – спросила бабка. – Что-то повторяется в них?
– Ну, … да. С детства мне снится один старик, весь белый, с длинной бородой и волосами, в длинной белой рубахе и с посохом в руке. Все время он мне что-то говорит, как будто учит, но когда я просыпаюсь, то ничего не помню.
– Вспомнишь, – устало ответила Новожея. – Это твой прадед Везнич приходит к тебе во сне. Был он провидцем, так что у нас это семейное – людям помогать словом и делом лечебным. Видно, тебя он выбрал в ученицы. Тяжкий дар это, ох и тяжкий! – женщина перекрестилась.
– Почему же тяжкий?
– Потому что трудно людям говорить о горе, о смерти близких и родных людей.
И вот сейчас Добрина поняла, что увидела еще одно: смерть своего отца. Она быстро набрала воды и пошла к дому.
Ей хотелось поведать бабке о своем видении. Но… как ей сказать о предстоящей смерти сына? Добрина остановилась в нерешительности.
– Добрина, где ты? – услыхала девушка.
– Иду, – Добрина повернулась и вошла в горницу. Новожея вытаскивала из печи горшок со щами.
– Тебя только за смертью посылать, – бабка оглянулась на внучку. – Что-то ты в лице переменилась. Али чувствуешь себя плохо? Может, заварить успокоительного сбору?
– Завари, бабуль, – тихим голосом проговорила Добрина, раздеваясь.
Новожея внимательно посмотрела на нее.
– Видение было? – догадалась она.
Добрина опустила голову, не смея ничего сказать.
– Что видела, говори же! – требовала бабушка.
– Отца, – устало сказала Добрина. – Будто копье его сразило.
Новожея охнула, закрыв рукой рот.
– Господи! Помилуй нас, грешных! – оборотилась она к иконе и перекрестилась. – Не дай потерять кормильца!
Бабушка сразу поверила, ведь она знала, что сбываются предсказания Добрины. Умеет видеть она будущее, что ни говори. Страшный дар достался ей. Трудно нести эту ношу, но, видно, Бог решает, кому и что дать. Просила Новожея Бога забрать этот дар у Добрины, только не помогла молитва.
Новожея медленно села на лавку. Руки будто сила покинула, ноги подкосились.