Перстень Мериада
Шрифт:
Часть 3
Глава I
Лето в Дакире всегда теплое; иногда воздух раскаляется настолько, что трудно было дышать. Но этот июнь, к счастью, обещал быть не таким жарким, во всяком случае, первая его половина.
Воздух был пропитан терпким ароматом цветущих кустарников; Стеллу слегка подташнивало от запаха жасмина. Его было чересчур много по берегам Иден, неспешно несшей воды среди буйного разноцветья.
Принцесса
На мосту через Иден король подъехал к ней.
— Как Вам Дакира?
— Мне эта страна не по вкусу, — хмуро ответила девушка.
— Если бы Вы не вели себя так заносчиво и не злили Вильэнару, Вас встретили по-другому. — Это прозвучало как укор. — Но Вы же не желаете ничего слышать, все принимаете в штыки. Хотя ещё не поздно.
— Не поздно для чего?
— Для того чтобы начать перемещаться по Дакире свободно.
— Я не предательница.
— Какие громкие слова! — усмехнулся Валар. — Успокойтесь, мне не нужны тайны лиэнского двора, я всего лишь говорю о помощи. Вернее, даже о честности. Вильэнара будет спрашивать Вас о разных вещах, а Вы ей чистосердечно обо всем расскажите.
— Допустим, я ей всё расскажу — и что?
— Можете ехать на все четыре стороны. Сейчас ещё не распогодилось, но через неделю, смею Вас уверить, это будет райское место!
— Боюсь огорчить Вас, но я буду молчать.
— Очень жаль. От Вас требовалось не так уж много — ответить на пару вопросов, Ваша честность не нанесла бы никому вреда.
— Повторяю, я ничего не скажу и не смогу оценить прелестей местной природы.
— В таком случае Вам придётся оценить другие прелести. Они, безусловно, не оставят Вас равнодушной. Как бы Вам не пришлось сожалеть о том, что не воспользовались моим советом.
— Я не буду ни о чем сожалеть.
— Что ж, дело Ваше, но, полагаю, глубокое подземелье с крысами Вам не понравится. Если Вам повезет, и Вы оттуда выберетесь, сами себя не узнаете: от Вас останется одна тень. А те, кто проводят там больше пяти лет… — Он замолчал и многозначительно посмотрел на неё.
— И что с ними случается? — Страх предательски зашевелился в закоулках ее души.
— О них просто забывают, и они сходят с ума. Медленно-медленно, в полном одиночестве. Они стонут, скребутся в дверь, бьются головой о стены… Такие, как они, даже не помнят своих имён. Подземелье никого не щадит, не пощадит и Вас.
— Я не боюсь, — как можно тверже ответила девушка. По спине пробежала дрожь. Лишь бы он этого не заметил!
Но Валар заметил. В нем появилось что-то
— А Вы боитесь подземелья, — он улыбнулся. — Но, поверьте, есть вещи страшнее крыс.
— Что, например?
— Стена смерти. Когда-то Вильэнара завела традицию украшать её поверженными врагами. Если она посчитает Вас слишком строптивой, то предпочтет не тратиться на камеру.
— Вы говорите о той стене, на которой… которую… — Она запнулась и судорожно сглотнула. Почему, почему она не осталась в Лиэне, ну, по крайней мере, в Сиальдаре? Они же убьют её и…
— Той самой. На ней уже немало голов, и при Вашем характере у Вас есть все шансы пополнить коллекцию Вильэнары. Молитесь, чтобы Вам достался хороший палач. Мне Вас будет жаль, если Вас это, конечно, утешит, в чём я, впрочем, сомневаюсь, но так распорядилась Всевышняя, — как приговор, заключил Валар.
— Всевышняя? Вы так называете колдунью? — Стелла старалась не думать о произнесённом им слове «палач».
— Вот ещё! — фыркнул король. — Всевышняя — это Всевышняя. Богиня, если угодно. Она покинула Дакиру много столетий назад, когда ещё не было пустыни Одок. Кстати, Вы упомянуты в Великой книге — это большая честь.
— А что там написано?
— То, что девушка с севера попытается бросить вызов колдунье. Всего одна строчка, так что не обольщайтесь.
— А в конце строчки?
— Такие строчки не дописываются. Да Вы и сами прекрасно знаете, что в конце. Ума ни приложу, почему Вам понадобилось идти по дороге смерти.
— Это мое личное дело.
— Разумеется. Ваше личное дело выбрать, каким образом умереть.
— А я не собираюсь умирать.
— Неужели решили наступить на горло своей гордости? Похвально. Я рад, что возобладал здравый смысл. Безусловно, мы могли бы договориться.
— Договориться? С Вами, дакирским королем? — Стелла нарочито отвернулась от него. — Лучше подземелье.
— А чем Вам так не нравится мой титул?
— Не люблю дакирцев.
— За что же?
— За близость к Вильэнаре.
— Вот, значит, как. Значит, подземелье? — В его голосе появились стальные нотки. — Противно говорить с дакирским королём?
— Мне не приятно разговаривать со всеми, кто, хоть косвенно, имеет отношение к темной магии.
— А я имею к ней вовсе не косвенное отношение.
— Так Вы… — опешила она.
— Колдун. Судя по выражению Вашего лица, такого поворота событий Вы не ожидали.
— Но я думала…
— Что Вы думали? Что будут всякие эффектные штучки, вроде появлений и исчезновений Вильэнары? Это не по моей части. Магией нужно пользоваться по делу, не привлекая к себе излишнего внимания. Ну, так как, Ваше высочество, по-прежнему собираетесь молчать?
— Да, собираюсь.