Перстень Харома
Шрифт:
Непроизвольно брошенные симпоты обнаружили Мо, к удивлению Маргины, там, где она пожелала, в космосе, вдали от планеты Глаурия. Сопровождавшие его барберосы напомнили Маргине недавние их нашествие, и она, невольно, подумала: «Подходящая компания для обманщика и ловеласа». Представив себе, как Мо влюбился в какую-нибудь барбероску, Маргина рассмеялась, вновь вернув себе хорошее настроение.
Покопавшись в глифомах, она извлекла для себя образ незабвенного товарища Тёмного, стоящего голым в её комнате, и, загрузив свои симпоты, погрузилась в истому.
Товарищ Тёмный, в эту сладкую для Маргины минуту, стоял
Вспомнив лошадиную ипостась, товарищ Тёмный ущипнул пук сочной травы на лужайке перед зданием репликации и, вскинув задние ноги, как жеребёнок, немного побегал, наслаждаясь жизнью. Мимоходом подумал, что в следующий раз предложит Маргине стать лошадью и ощутить то, что чувствует он сам.
Сад, который окружал станцию и лабораторию, немного потерял свою стройность, так как за ним, вероятно, никто не присматривал. Кустарники, не подвергаясь репрессиям садовника, выбились из рядов, распространяясь, кто куда хочет, внося в культурную структуру сада житейскую неожиданность.
Что уже говорить о родичах кактуса Опунция Вульгаруса, которые, благодаря профессору Бартазару Блуту, имели возможность передвигаться по всему саду и заполнили все свободное пространства.
«Непорядок!» — подумал товарищ Тёмный и, раскинув свои симпоты, обнаружил в здании лаборатории Рохо и Онтэинуолу. Рохо был местным Хранителем, поставленным совсем недавно самим товарищем Тёмным. Он был создан искусственно Блуждающим Нефом, Хранителем планеты Гренааль.
А Онтэинуола, для друзей просто Онти, когда-то была обыкновенной девочкой и чуть не погибла, но, благодаря Рохо, приобрела часть его тела в которую он поместил её душу. Она стала такой же, как все Хранители и тем же товарищем Тёмным была назначена Хранителем на планету Контрольная. К тому же, благодаря приемным родителям Доностосу Палдору и Полинии, была назначена почётной королевой Королевство Армильйон при здравствующем короле Ладэоэрне.
Сказать по правде, Онти удрала со своей планеты к Рохо, с которым чувствовала себя естественно и комфортно, хотя тот питал к ней чувства совсем не детские. Если считать по годам, то они находились в том возрасте, когда любовь и приключения составляют основу жизни, но так получилась, что детская душа Онти попала в оболочку Хранителя рано, не испытав до этого данных чувств и зная о них понаслышке.
Что же касается Рохо, то его искусственное происхождение совсем не предполагало никакого опыта в данной области, а его создателя, Блуждающего Нефа, совсем не заботила неосведомлённость его чада с этой стороной жизни.
Появление товарища Тёмного они обнаружили сразу, и оно внесло в их жизнь приятное непредсказуемое начало. Они тут же, прямо через окно, спрыгнули в сад и бросились навстречу вороному коню. Их знакомство
В некоторых местах построили храмы, в которых поклонялись культу Лошади, а на её портрет молились страждущие. Напоминанием о товарище Тёмном, высилось огромное, из чёрного базальта здание дворца в столице Тракии, Хлории, в котором никто не жил. К нему носили свои дары ваду, жители Тракии, которых создал Блуждающий Неф. Здание, спроектированное и построенное товарищем Тёмным для комфортной тюрьмы Блуждающего Нефа, никогда в нём не жившего, было последним штрихом в его инспекционной поездке на планету Контрольная.
— Тёмный, ты в гости? — спросила Онти, радостно обнимая его и ощупывая симпотами.
— Нет, я по делу, — весело сообщил ей товарищ Тёмный, потом добавил: — Кстати, тебе привет от Маргины.
— От мамы! — воскликнула Онти, всегда считавшая Маргину своей матерью, и разочарованно спросила: — А она, что, не прилетела?
— К сожалению, она выполняет одно важное задание Кольца, но помнит о тебе и любит.
Онти повисла на шее коня, поглаживая его гриву, и товарищ Тёмный по достоинству оценил этот жест, обнимая её симпотами.
— А где Мо? Он что, с ней? — спросила Онти и увидела смущение товарища Тёмного.
— Товарищ Мо живёт с другой женщиной, — с внутренней радостью сообщил товарищ Тёмный. Онти, услышав ответ, подозрительно спросила: — А кто живёт с моей мамой?
— Я, — коротко сообщил товарищ Тёмный, а Онти ошарашено смотрела на коня, и, даже, невозмутимый Рохо окинул взглядом товарища Тёмного.
— С таким? — бестактно спросила Онти и добавила: — Не может быть!
Как будто Мо в образе кота лучше товарища Тёмного в образе вороного коня! Но товарищ Тёмный не обиделся, а, наоборот, с гордостью сказал:
— Она полюбила моё естество и нашла его прекрасным!
— Она полюбила твоё естество в таком виде? — недоумевала Онти, всё ещё беря за основу человеческие отношения.
— Она любит меня всякого, — уклончиво ответил товарищ Тёмный, полагая, что Маргина полюбит его и в лошадиной стати.
— А что ты тут делаешь? — спросила Онти, меняя тему и собираясь на досуге поговорить с Рохо обо всём, что он знает о любви Хранителей. Правда, она сомневалась, что у Рохо в этой области познаний больше, чем у неё, но хотелось услышать его мнение в данном вопросе.
— Мне нужно в одно место, — загадочно ответил товарищ Тёмный и Онти сразу же его обрадовала.
— Мы тебе поможем.
Товарищу Тёмному помощь не требовалась, но от общества друзей Маргины он не мог отказаться. Поэтому, навострив крылья, они поднялись в воздух. Впереди, крылатым вороным Пегасом, летел товарищ Тёмный, а за ним, по бокам, Рохо, в виде лебедя, и Онти, в виде маленького глея.
По пути им попалось несколько глеев, которые, увидев Онти в компании летающего коня и лебедя, подумали, что Онти-глее угрожает опасность и преследовали их некоторое время, пока Онти не подлетела и дала себя понюхать. Убедившись в бутафории, глеи разочарованно повернули назад, оглядываясь иногда, чтобы убедиться в своей ошибке и скоро исчезли с поля зрения.