Перст Кассандры
Шрифт:
Лекфинн Шолд отрицательно покачал головой.
— Чтобы поднять такую статую, требуется кран и всякие приспособления. И тебе должно быть известно, что здание надежно охраняется. Незаметно проделать такую операцию никак нельзя. Даже будь вся охрана причастна к этой абсурдной краже, все равно нельзя. Понятно теперь, почему мы медлили с обращением в полицию? Хочешь знать, так мы уже начинаем сомневаться — да стояла лиздесь вообще когда-нибудь скульптура Ашшурбанипала?
— Вот как? — Фредрик обошел вокруг цоколя.
—
Старший хранитель достал из кармана носовой платок и вытер вспотевший лоб.
— Днем в этом зале никто не дежурит?
— Господи, зачем?Вынести отсюда что-нибудь незаметно для дежурных в вестибюле просто невозможно! — Он всплеснул руками.
— Что верно, то верно… Размеры экспонатов этого зала вряд ли могли соблазнить какого-нибудь карманника.
Фредрик направился к двери, увлекая за собой Лекфинна. В любую минуту сюда могла нагрянуть полиция с информацией, от которой сотрудники галереи надолго утратили бы дар речи. Ему следовало поторопиться.
— А вам здесь известно, кто из посетителей заходил в этот зал, скажем, между десятью утра и тремя часами дня?
Лекфинн Шолд тупо усмехнулся.
— Уж не хочешь ли ты сказать… Это же просто глупо…
— В данном случае только глупое представляется вероятным, — ответил Фредрик.
— Спроси фрёкен Хауг. Она сидела за столиком перед дверью, каждый день там сидит.
Хранитель продолжал тупо усмехаться.
Полиция уже поднималась по ступенькам, но Фредрик успел отвести фрёкен Хауг в сторонку и узнать, что вчера в зал заходили два десятка одиночных посетителей, кроме того, с девяти до половины одиннадцатого профессор Себерг читал там лекцию о римских орнаментах для студентов, будущих археологов, среди дня туда с шумом вторглись учащиеся одной из пригородных школ, да пять-шесть курсантов из военного училища приходили посмотреть на статуи римских воинов. Были среди посетителей и дипломаты: несколько сотрудников английского посольства интересовались классической скульптурой. И были длительные промежутки, когда зал оставался пустым.
Выходя из галереи, Фредрик заметил, что Лекфинн Шолд разговаривает с сотрудником уголовного розыска. По бледному лицу старшего хранителя было видно, что ему сообщили о смерти Халлгрима Хелльгерна. Фрёкен Хауг громко рыдала.
— Дрюм!
Профессор Каан де Берг трусил за ним вдогонку по тротуару.
— Что я слышу, черт побери! Халлгрим мертв, его убили! Еще вчера я разговаривал с ним, и он сказал, что вечером ждет тебя в гости. Что происходит, черт возьми?
Фредрик посмотрел на возбужденного долговязого ученого. Глаза профессора грозили выскочить из орбит, волосы черными космами облепили лоб.
— Воинствующий царь пришел в движение, как и положено воителям, когда они чуют угрозу. Ты разве не рад, ведь это подтверждает твою теорию, по которой
Каан де Берг стоял, разинув рот, будто рыба, выброшенная на берег.
— Но… ведь это… это невозможно…
— Для тебя, что бы ты ни услышал, все невозможно, разве не так? Мое толкование минойского линейного письма Б — невозможно, суждения о досаамском рисуночном письме — невозможны, мои соображения о пирамиде Хеопса — невозможны, как и гипотезы Хелльгрена насчет статуэток Матери-Земли, так я говорю? — На Фредрика накатил схоластический раж, однако он поспешил взять себя в руки, увидев страдальческое выражение лица профессора: — Заходи ко мне в «Кастрюльку», когда будет время, и мы вместе вернем Ашшурбанипала в галерею, идет?
И он зашагал дальше, оставив Каана де Берга стоять на тротуаре во власти такого напряжения, как если бы его только что выбросило из ускорителя заряженных частиц.
— Правда, красиво?
Женщина говорила на безупречном английском языке. Стоя у крепости Акерсхюс, она повела рукой в сторону гавани Осло. Мужчина рядом с ней кивнул. На нем был элегантный грубо-шерстяной костюм, темные роговые очки; в правой руке металлический чемоданчик. Ему было под пятьдесят, ей — тридцать с хвостиком.
— Первый раз в Осло, верно?
Он снова кивнул и потер щеку левой рукой. Дул промозглый осенний ветер. Мужчина был чем-то обеспокоен, и панорама Осло его не особенно восхищала.
— Видите рельсы внизу? Раньше в Осло было два вокзала — Восточный и Западный, их соединяла ветка, проведенная через центр. Не слишком практично, верно?
Мужчина наклонился через перила, чтобы рассмотреть нечто, нисколько его не интересующее. До рельсов внизу было метров тридцать.
— Я могу подержать ваш чемоданчик, чтобы вы могли рассмотреть одну вещь, о которой не знает ни один турист. В стене над рельсами есть ниша, и в ней лежит подлинный череп одного из наместников, которые обитали в этой крепости. Возьмитесь рукой вот за этот железный столбик и наклонитесь как можно ниже — сразу увидите. Только будьте осторожны.
Женщина быстро осмотрелась вокруг. Кроме них двоих, здесь, наверху, никого не было.
Предложение посмотреть на старый череп как будто заинтересовало мужчину в твидовом костюме. Он улыбнулся женщине, подал ей чемоданчик и выбрался на самый край стены, крепко держась за железный столбик.
Однако, видимо, недостаточно крепко.
От сильного пинка сзади он сорвался вниз и, не успев даже вскрикнуть, разбился насмерть о рельсы.
Женщина живо пригнулась и, никем не замеченная, хорьком шмыгнула прочь с опасного места.