Перст Бога
Шрифт:
Дин повторно просмотрел материалы Джо, касающиеся этого эпизода. Тот же самый результат, только из другого ракурса.
Рой нашел изображения экранов, которые транслировали выход дочери олигарха. Самым поразительным было то, что и они показывали плавное исчезновение девушки без привлечения какой-либо огромной рептилии.
Рой откинулся на спинку кресла. Что вообще это было? Массовая галлюцинация? Новые технологии? Тогда, для чего и зачем?
Движимый проснувшимся любопытством, Дин решил все же воспользоваться приглашением Ирен на брифинг Алекса
Рой прибыл на это мероприятие минута в минуту, и тут же пожалел об этом. Все ближайшие и удобно-выгодные места были уже заняты репортерами и блогерами. В основном здесь присутствовали представители гламурного СМИ. Рождение отпрыска влиятельного бизнесмена мало интересовало более серьезных журналистов.
Карл Вольф расположился перед записывающей аппаратурой, поприветствовал журналистскую братию и приготовился отвечать на ее вопросы. Они последовали, как и ожидалось, о здоровье и параметрах тела малыша, о самочувствии мамочки и прочие, подобающие событию рождения младенца, поздравления.
Карл Вольф находился в приподнятом настроении и охотно раздавал комментарии. Его спросили, как он назовет отпрыска. Олигарх провозгласил имя – Алекс, Алекс Вольф. Журналисты вежливо поаплодировали.
Какое будущее он предвидит для своего сына? Тот не колеблясь, ответил:
– Он непременно будет президентом Земли! – и опять послышались аплодисменты.
Этот недолгий брифинг стремился к завершению, как Дин Рой поднял руку, привлекая к себе внимание.
– Господин Вольф, еще один вопрос. Вчера у вашего партнера во время празднования Дня рождения его дочери произошел весьма загадочный случай. Вас не было на том мероприятии, что вполне понятно, учитывая рождение Вашего сына. Но не могли бы вы как-то осветить этот момент? Не подскажете, куда мог направиться ваш компаньон, чтобы облегчить страдания его не вполне здоровой дочери?
Карл Вольф сначала с недоумением выслушивал вопрос. Затем на его лице появилась улыбка, больше похожая на оскал.
– Не понимаю, зачем вы задаете этот вопрос мне. Я там не присутствовал и не могу вот так сразу высказать по нему свое мнение. Мы здесь обсуждаем рождение моего ребенка, а о здоровье другого пусть беспокоится его родитель. Мне лишь известно, что господин Вольский покинул пределы солнечной системы, а с дочерью, или без нее, я не в курсе. Обратитесь к его пресс-секретарю, надеюсь, он просветит вас в этом вопросе. А сейчас позвольте откланяться.
Но Дин Рой не унимался:
– Еще одну минуточку. Наверняка настанет время, когда возникнет задача определить наследника корпорации. Если дочь Вольского недееспособна, то пакет акций ее отца может достаться вашему сыну? Это правда?
Вольф позволил себе убрать улыбку с лица и прищурить левый глаз.
– Вы забываетесь молодой человек. Этот брифинг посвящен рождению моего сына, а не выяснению, кто будет наследником, нашего состояния с господином Вольским. Спасибо за внимание, всего доброго.
Вольф опять натянул улыбку, на этот раз белее естественную, поднял на прощание руку и покинул конференц-зал.
Дин
– Мне кажется, на следующее интервью тебя сюда и близко не подпустят.
Дин усмехнулся:
– Тем хуже для них. Как у тебя дела? Проваленный репортаж с праздника Вольского не сильно отразился на твоем престиже?
– Не дождешься. Я нащупала новую интересную тему, и это благодаря тебе.
Рой недоверчиво вытянул лицо:
– Неужели моя скромная персона способна и на такое?
– Представь себе, – сказала Мюри, проведя пальчиками по его щеке, и направляясь к выходу из зала.
Рой поспешил за ней.
– И все-таки интересно, чем я мог зацепить твое внимание?
Мюри кокетливо оглянулась:
– Меня натолкнул ролик про стареющую мега звезду шоу-бизнеса, которая, увы, начинает стремительно гаснуть.
Дин приоткрыл рот, намереваясь возразить, но Ирен его опередила:
– Из тебя выходит неплохой шалунишка.
Рой закрыл рот и промямлил:
– По-моему, ты меня с кем-то путаешь.
– Неужели? Не прибедняйся, ты талантливый и многосторонний журналист.
– Хм, спасибо за комплимент, но все же ты ошибаешься, кроме меня и Джо на банкете было еще с десяток представителей нашей братии.
– Ну, не хочешь признаваться, дело твое. Пойдем, перекусим? Заодно обсудим мое предстоящее интервью.
– Оно в какой-то мере может представлять интерес и для меня?
– Какой ты зануда. Да, от него мы можем выиграть оба.
– Ок. С тобой я готов идти хоть на край Галактики.
Они обменялись заговорщицкими взглядами и направились по стеклянному переходу к колонне с лифтами, воспаряющими к огромной блестящей сфере, которая, как бы, зависала между этажами в проеме, образованном внутренней и внешней стенами небоскреба. В этой сфере находился ресторан. Его пол был затемнен, но не достаточно, чтобы не видеть под ногами раскинувшийся на первом этаже павильон, где выставлялись модели изделий, производимых корпорацией по новейшим технологиям. Особое место там занимал звездолет, форма и конструкция которого, сильно отличалась от привычных глазу прежних моделей кораблей, предназначенных бороздить просторы Галактики.
Дин и Ирен расположились за столиком на среднем ярусе возле прозрачной стены. Сделали заказ в электронном меню и стали дожидаться его приготовления и доставки, продолжая беседу.
– И так, ты хочешь взять интервью у самой примадонны?
– Не угадал, эта тема уже давно и со всех сторон избита. Я хочу встретиться со знаменитостью, которая не менее популярна, но не выпячивает свою личную жизнь напоказ. Она не уступает в таланте многим молодым и молодящимся звездам, но при этом всегда держится в тени. Двадцать лет назад по ней все сходили с ума, и она до сих пор имеет свою аудиторию и поклонников. Но время неумолимо, и как ты понимаешь, и эта звезда начинает понемногу затухать.