Перплексус
Шрифт:
– Подождите, как же так? Вы же сказали, что Индигенаты ничего не знают о Реальности до 21-го года, но Перплексус начинается с десяти...
– Всё обучение проходит во сне, - пояснил Алекс.
– Во сне? То есть, человек даже не осознаёт, что учится?
– поразилась Олла.
– Не совсем так. Человек осознаёт обучение. Он получает опыт и усваивает его на уровне подсознания. Если Индигенат становится Квиритом, он будет помнить абсолютно всю программу обучения, если нет, то сны останутся снами.
– А почему вы просто не внедрите всё, как воспоминание?
– спросила девушка.
– Мы пытались, - взяла слово Кристи, - Но
– По-моему, всё это очень жестоко. Я говорю обо всей программе, - заявила Олла, теперь понимая, что приобретенный ею опыт и навыки - это часть обучения, которая проходила во сне всю её сознательную жизнь.
– Может быть, но, как опыт - лучший учитель, так и лишение - лучший способ показать ценность чего бы то ни было. При этом мозг значительно эффективнее усваивает любой информационный материал, благодаря постоянному устойчивому стрессу, - парировала Крис.
– Так, я не поняла, а Элиминация? Как это происходит? Вы создаете закрытую группу в соцсетях или всем в 21 год присылаете смс в общем чате, что-то типа «Эге-гей, ребята! Вы все - Индигенаты и приглашены на пре-пати»?
– пошутила Олла.
– Нет, - сказал Алекс, - последний сон переходит в Элиминацию - реальный экзамен на Гражданство, который генерирует Система, но не все этот сон видят. Треть Индигенатов не проходит обучение, потому что, не выдержав испытаний, просыпается. И не важно, когда они это делают - в 10 лет или 21 год. Проснувшись во время программы, или не пройдя Элиминацию, Индигенат маркируется браком, лишается КвадраТату и присоединяется к обитателям Нижнего Предела. Всё его обучение, при этом, остается лишь снами. Те же, кто получает Гражданство, становятся частью КоллектУма и занимаются научно-технической деятельностью, образованием, творчеством и созиданием, улучшая качество вида. А так же, наблюдают за процессом обучения, являясь частью снов.
– Вернее, «снов» - поправила его Кристи, изобразив в воздухе кавычки.
– Тем не менее, да, я всё ещё считаю Нижний Предел - браком, - честно признался Поверенный Малкс.
– Вы сами на себя посмотрите. Чем вы занимаетесь? Что цените? Чем живете? Вы абсолютно не следуете разумной стратегии развития своего вида, направляя усилия на удовлетворение кратковременных потребностей. Вы ищете жизнь на других планетах, но не беспокоитесь о своей. Тратите колоссальные средства на вооружение против самих же себя, забывая о науке, технологиях, здравоохранении и искусстве. Загрязняете экосферу, истребляете животный и растительный мир, уничтожая единственное место своего обитания. Разве, нужны ещё какие-то аргументы, чтобы считать вас тупиковой ветвью развития?
– закончил он, понимая, что Олла сочтет вопрос риторическим.
Девушка ничего не стала отвечать - Поверенный был прав, и спорить об этом было просто бессмысленно.
XIII
XIII
Жизнь, порою, похожа на испанскую корриду, когда в загоне, внезапно, открываются ворота, и бык оказывается на замкнутой площадке, не понимая, что происходит.
Сейчас в жизни Виама был именно
«Вложенное дежа вю» - так для себя назвал случившееся Виам, понимая, всё произошедшее - это одна большая мозаика, сложенная из множества реальностей мультивидуума. Парень не собирался искать этому какое-то объяснение, а просто принял, как данность - он снова испытал уже пережитое, но уже в иной роли, и это был тот самый момент, который обычно описывают словами «жертва стала охотником». Виам устранил Дубликата, часть реальности которого он прежде принял за свою.
По факту, никакой ценности, эта информация в себе не несла, кроме убеждения, что смешение происходящего, времени и воспоминаний, как спиральная петля, замыкалась на нем. Поэтому парень абсолютно не представлял, чего ожидать - ни от событий, ни от себя самого, потому что и то, и другое было непредсказуемым. И если первое ещё хоть как-то прогнозировалось, то собственные действия в различных ситуациях - нет, ибо некоторые знания, умения и факты всплывали и проявлялись сами собой.
Дважды выстрелив в сидящего на полу Дубликата, Виам почувствовал, как завибрировала его татуировка. Он задрал рукав, чтобы посмотреть на неё, но не успел, так как из секции, которую он покинул, к нему уже бежали ещё три Фискала.
Увидев их, парень принял мгновенное решение - в два шага разбежался и выпрыгнул в окно.
Упав на платформу, Виам быстро вскочил и побежал, но тут же остановился, так как понял, что скрываться было уже не от кого.
Вместо Экспресса, на котором он сюда прибыл, с путей с глухим скрипом медленно трогалась обветшалая, насквозь проржавевшая конструкция, напоминающая давно списанные или заброшенные вагоны.
Состав удалился, а парень, проводив его глазами, обнаружил, что находится на перроне мрачной, пустой станции, похожей на большой, когда-то процветавший вокзал.
Такие места, как правило, имели свою особенную, одну для всех атмосферу: вечная суматоха дорожных картин с гудками паровозов, которые изредка прерывали общий гул людской молвы, запахом из привокзальных закусочных, брани носильщиков, очередями у бюро справок и касс, повторяющимися объявлениями и обязательной спешкой.
Но, на самом деле, для каждого это место бывало разным. Оно могло звучать, как долгожданная встреча, с её громкими радостными вскриками, или вынужденное расставание, с тихими, безжалостно забитыми в самый дальний угол души эмоциями.
Оно могло ощущаться, как долгий поцелуй и жар закипающей от объятий крови, или остаться уже постывшим ожогом на губах и кончиках пальцев.
И ещё оно могло быть вкусным - таким сладким, что от счастья забывали обо всём на свете, или таким кислым, что забывать обо всем на свете приходилось под солоноватый привкус горьких слёз.
Однако ничего подобного здесь не было. Здесь вообще никого и ничего не было, кроме той самой одной, но какой-то тяжелой, пресной, скомканной до бесформенной атмосферы, которую человек ощущает, когда ему не рады. И этому, пожалуй, не стоило удивляться - в Карантине вряд ли были кому-то рады. Действительно, ну кто, в здравом уме, будет рад ошибкам и связанными с ними проблемам?