Пережить полнолуние

Лисовская Анна

Взревев как бешеный медведь, рявкнула:

— Прибью придурка, чтоб не мучался! — резко развернулась, а он уже с диким хохотом скатывался по перилам лестницы на первый этаж.

— За что?! Непостоянная ты женщина! То накормить пытаются, то прибить! Как трудно выживать прекрасному мне в этом суровом мире! — продолжал разыгрывать комедию, но уже снизу.

Вот же ж! Чучелко! Ему двадцать три года, а ведет себя на подростковые пятнадцать! Блин, как же щеки горят. Как ему в глаза теперь смотреть? Небось всю мою много — куда — влипательную задницу успел рассмотреть.

Детский сад! И зачем я тогда эти трусы с приколом купила?! Думала, раз парня у меня нет, то и раздевать никто не будет. Ага, и не пришлось, блин — банан!

Ладно, успокойся, выхохни. Я прошла в свою комнату и остановилась перед шкафом — купе. Зеркало на нем отразило светловолосую девушку с взлохмаченными волосами «а — ля воронье гнездо», лихорадочным румянцем на все щеки и яркими зелеными глазами. Ну, не такое уж я и пугало, — подумала я, рассматривая этакую бабайку в зеркале в растянутой майке. Хотя бы стройная, — пыталась оценить себя адекватно.

И чего я так стесняюсь! Я, на минуточку, уже взрослая двадцати — двухлетняя девушка, не голышом же перед ним разгуливала. И вообще, у многих моих одноклассниц уже по ребенку есть и даже не одному, а я все в девках хожу. Да и Лёха не монах! Небось уже покорил не одно женское сердечко. Так что, чего он там не видел? Он никогда не был моим, но как же я ревную! С такими, не очень радостными мыслями, пыхтя как ёжик, я оделась и спустилась вниз.

Глава 3. Гости на пороге

Лёха, как приличный мальчик (ага, если бы) сидел за столом, сложив ручки на коленях. Ну прям сама невинность! Поза — то расслабленная, да глаза выдают: ждет нападок с моей стороны, напряженно следит за мной и готов в любую минуту сорваться с места и драпать от такой нерадивой хозяйки.

Я медленно прошла мимо него к холодильнику, заглянула внутрь и поняла, что завтрак придется готовить. Холодильник был забит от и до, но ко всем продуктам требовался какой — нибудь гарнир.

— Ну — с, хозяюшка, чем порадуешь? — подал голос расслабившийся парень.

— А что бы ты хотел, Великий князь Всея Руси? Чем вас потчевать изволите? — подыграла я. Лёха долго думать не стал:

— Лер, а блинчиков нажаришь? Сто лет не ел, а ведь это — лучший затрак! Особенно со сметанкой или начинкой внутри, — размечтался парень.

— Окей, хорошая идея. Я и сама хотела блинов напечь. Аж слюнки от твоих рассказов потекли. Щас воплотим мечты в реальность. Побуду твоей феей со сковородкой!

— А что как мне, так сразу со сковородкой?! — опешил Богатырёв. — По — моему, феи размахивают волшебными палочками, а не чугунными изделиями! Фея и то — с браком досталась! — буркнул специалист по волшебным созданиям.

— Ну, знаете ли! Какой подопечный, такая и фея! Другая тут не справится! — оскалилась я.

— И то верно! — миролюбиво согласился Алексей и пошел заваривать чай. За столько лет он ориентировался в нашем доме лучше, чем в своем.

Я же на автомате развела тесто для блинчиков и вылила первый половник на сковородку. Лёха нетерпеливо топтался сзади и дышал в затылок:

— Ну

что? Ну как? Уже готово? А теперь? А сейчас? А первый блин комом? — галдел мой приятель. Его стало так много на кухне, но этим он мне и нравился. С ним не соскучишься!

— А вот и нет! У меня не бывает блинов комом! — похвасталась я.

— Жаль! Он был бы мной уже съеден! — продолжал скулить Богатырёв.

В прихожей открылась дверь и с улицы раздался женский голос:

— Тут — тук! Есть кто дома?

— О, Катюшка пришла! — сказала я Лёхе. — Кать, проходи, я блины жарю, а то сгорят! — крикнула я с кухни.

— Уже бегу! — Леха помог Кате разуться и она зашла к нам в комнату. — Ох, как вкусно пахнет! Только начали? А я не одна! Пошли мы с зайкой на прогулку и вот решили к вам в гости зайти.

— Хорошо, что зашли. Привет, Викусь! — поздоровалась я с племяшкой. — Кто тут у нас такой хорошенький, кто такой красивенький? А кто самый щекастенький? — заигрывала я с ребенком.

Вика подросла с прошлого моего визита и была очень позитивным бутузом. Она улыбалась мне самым очаровательным беззубым ртом и пыталась сунуть ко мне в рот свой пальчик. У меня эстафету принял Лёха и забрал ребенка у уставшей матери. Он начал подкидывать Вику вверх, а потом играть с ней в самолетик. Ей так понравилось, что кухню наполнил заразительный детский смех.

Я быстро справилась, жаря блины на двух сковородках. Часть блинов завернула с форелью и сливочным сыром, остальные оставила незавернутыми для мокания в сметанку или клубничное варенье. Поставив нехитрое угощение на стол, разлила всем чай по кружкам и села сама.

— Рассказывай, как у вас дела. Что нового? — поинтересовалась я у Кати, жуя блинчик с вареньем.

— Да потихоньку. Рано встаем, играем, гуляем, агукаем вовсю. Каждый день — как и предыдущий. Макс на работу к отцу устроился, пока только первую неделю в поле работает. А я не могу оформить пособие по уходу за ребенком, — грустно сказала сестра.

— Тебе не выплачивают пособие? Почему? — удивилась я.

— Так я в Липецке прописана, здесь прописки у меня нет. Мы не делали. Это надо ехать в Липецк, сниматься с учета, побегать с бумажками и прописаться здесь. А у меня нет ни времени туда ехать, ни возможности. Сама понимаешь, с Викой посидеть некому.

— Да уж. Даже посоветовать ничего не могу. Мои — на работе, бабушка не справится, а я уже завтра обратно уезжаю, — огорчилась я.

— А я ваще безответственный и меня ёжики в капусте нашли! — подытожил Богатырев.

Меня так пробило на смех, что блин некрасиво вывалился изо рта. Кстати, не у меня одной. Вдоволь отсмеявшись, уже спокойно завершили завтрак и пошли проводить Катю с Викой домой.

— Что дома делать будете? — спросила я у сестры, приближаясь к воротам дома.

— Спать! У Вики тихий час будет, и у мамы немножко. Правда, Вик? А то кто — то по ночам слишком часто ест! — засмеялась Катя.

— Ясненько. Тогда не будем задерживать, идите отдохните! — помахал им рукой Леха, и мы развернулись в обратную сторону.