Перевал
Шрифт:
— Товарищ полковник! Народ, чтоб вас! Студент! — я дёрнулся, обернувшись, но позади меня, ожидаемо, уже никого не было.
На этот раз все меня услышали и стали озираться по сторонам в поисках незадачливого любителя лёгкой наживы, но нигде не могли его найти.
— Да бл@ха-муха! Он наверху! — я тыкал пальцем на крышу впереди стоящего здания, высотой метров тридцать-сорок, не меньше.
— Вижу! — закричал Чекан, указывая рукой.
На краю крыши одного из зданий на фоне серого клубящегося неба виднелся силуэт. И не надо
Он просто стоял и смотрел перед собой, не проявляя никакой активности.
— Что происходит?! — ко мне подскочил Данила.
— Без понятия! — замотал я головой. — Я просто уснул, а когда очнулся!… В общем, всё так, как было во сне!
— Во сне?! — удивился Данила и жёстко выругался.
Полковник быстро отрядил трёх бойцов, чтобы те побежали на крышу, но… и дураку было понятно, что всё это бесполезно. Бессмысленно. Они просто не могли успеть. Не должны были успеть. Не для того она всё это сделала.
Перед моими глазами стояла её улыбка. Такая игривая и такая… грустная. Такая невинная, и такая развратная. Милосердная и жестокая. Она была буквально наполнена ненавистью и какой-то странной извращённой любовью. А в мозгу, области, отвечающие за обоняние, всё ещё продолжали воспроизводить чёртов цветочный аромат!
Я знал, что произойдёт, но не мог ничего с этим поделать. И никто не мог. Не в этом была задумка.
Егор повернул голову. Казалось, что он смотрит на нас, но было слишком далеко, чтобы разобрать, однако я его взгляд прекрасно помнил по недавнему сновидению, слишком свежо оно ещё было в памяти. Вот только на нас ли он сейчас смотрит? Может, на неё?
Подспудно опасаясь вновь увидеть Её, я всё же быстро обернулся, чтобы посмотреть себе за спину, но никого кроме своих, естественно, не обнаружил.
Ребята уже подбегали к зданию, но…в следующее мгновение студент сделал роковой шаг вперёд. В пустоту.
Казалось, он падает вечно, несмотря на то, что, на самом деле, на это ушло всего несколько секунд.
— Чёрт! — выругался Дима.
Судя по звуку, студент упал на один из автомобилей, выбив из него окна и наверняка раздавив пару мумий, для которых машина стала последним пристанищем.
Я успел сорвать маску за секунду до того, как меня вырвало.
— Почему ты мне не сказал?! Почему?! — полковник тряс Алексея за грудки, в какой-то момент даже подняв его над землёй, отчего раздался треск рвущихся швов. — Какого, бл@ть, х@ра ты скрыл это?! Старший сержант, чтоб тебя!
За спиной полковника, переминаясь, стоял Данила, на его скулах играли желваки. Он понимал, что какая-то часть вины за произошедшее лежит и на нём. Ведь это он посоветовал Плетнёву молчать о том, что ему показали странники, зародив в новеньком не только зерно сомнения в том, что происходит, но и в какой-то степени породив недоверие к собственному командиру.
И даже если он специально был приставлен к Плетнёву
— Командир! — всё же попытался вступиться Данила. — Он не знал! Не он первый, кто путается и не верит, командир!
— Отвали! — рявкнул полковник. — Он видел эту тварь и смолчал!
В глазах полковника пылала ярость, смешанная с досадой, а где-то на краю зрения Плетнёв заметил уже знакомое мерцание, и в нос ударил не запах фиалок, а мускус большого хищного животного.
— Я думал, мне привиделось! — попробовал снова оправдаться Алексей, хотя и понимал, что это не имеет никакого смысла.
— Да чтоб тебя! — полковник резко отпустил Плетнёва, и тот растёр рукой горло.
Группа собралась возле автомобиля, на смятой крыше которого лежало тело студента, а вокруг были разбросаны осколки стекла из выбитых окон.
Он лежал, повернув голову на бок и глядя в пустоту неподвижными глазами. На лице его застыла странная смесь блаженства и ужаса.
Смирнов повернулся к старшему сержанту.
— Он что-то ещё говорил?
— Нет, — хрипло ответил Алексей, растирая горло. — Только читал что-то вроде молитвы.
— По-русски?
— По-русски, — подтвердил он, — но я такой раньше не слышал.
— Что было в молитве? О чём она?
— Да он больше бормотал, толком не разобрать, — отвечал Плетнёв. — что-то про эти ягоды
— Но говорил по-русски? Точно?
— По крайней мере, я его понимал, — сердце продолжал стучаться в ускоренном темпе.
— Понятно.
Что было понятно? Вот что ему, нахр@н, было понятно?!
Полковник ещё несколько секунд изучал стоял, глядя на труп, затем подошёл почти вплотную к Алексею. Уставился прямо в глаза испытующим взглядом.
— Есть ещё что-нибудь, что ты бы хотел мне сообщить?
— Нет, — решительно ответил Плетнёв. — Я рассказал всё, что знаю.
— Хорошо, — сухо произнёс полковник и обратился ко всей группе. — Всем быть начеку! Следить за окружающей обстановкой с повышенным вниманием! Докладывать обо всех странностях и ср@ных, чтоб их, сновидениях и даже если вам что-то просто показалось! Даже если вам показалось, что показалось! Даже о долбанном дежавю! И держитесь подальше от ягод! Всё ясно?!
Бойцы молча приняли к сведению. Все и так всё понимали. Особенно то, что к ягодам, висящим то тут, то там на кустарнике с тёмными жёсткими листьями, ни в коем случае нельзя прикасаться, тем более, без перчаток.
— Тело оставим здесь, — резюмировал полковник. Он растирал виски, будто у него резко заболела голова.
Опять знакомое движение — Зверь был встревожен и ещё больше растерян, но от этого не менее опасен.
— What's going on? — вдруг подал голос американец. Больше для того, чтобы обозначить своё присутствие, чем в попытке получить хоть какую-то информацию.