Переулки страха

Лондон Джек

– Призраков! – подсказал я.

– Ах да, точно! Вот. Сто сорок первая страница, как раз то, что нам нужно. Т. Х. Фаулер и сын, Данкель-стрит. Поставщики медиумов для знати и благородных заказчиков. Продажа любовных зелий, заклинаний, мумий, составление гороскопов. Так, это вряд ли нас устроит…

Я уныло покачал головой.

– Фредерик Табб, – продолжил двоюродный братец моей супруги. – Уникальный канал связи между живыми и мертвыми, эксклюзивные права на владение духами лорда Байрона, Кёрка

Уайта, Гримальди, Тома Крибба и Иниго Джонса. Этот может подойти.

– Ну это как-то скучно, – возразил я. – Боже мой, ну представь: привидение с битой мордой или подпоясанное кушаком, ты к нему подходишь, а оно: «Мне жаль тебя, ты любишь то, что гибнет!»

Я настолько разгорячился, что немедленно выпил – и налил себе вновь.

– Так, еще один, – продолжил мой собеседник. – Кристофер Мак-Карти. Сеансы раз в две недели с присутствием всех выдающихся духов древности и современности. Секреты вашего рождения, чары, черные заклинания и весточки с того света. Он мог бы нам помочь. Ну, завтра я сам их навещу и лично проверю, что они могут. Я примерно представляю, что сейчас творится на рынке призраков, и я буду не я, если мы не найдем что-нибудь по сходной цене. Так что на сегодня хватит работы! Время выпить! – И он отшвырнул здоровенный том прочь от себя.

Мы употребили столько спиртного, что на следующее утро я с большим трудом сумел объяснить миссис д’Одд, зачем я повесил ботинки и очки на вешалку перед тем, как отойти ко сну. Уверенность моего кузена в благополучном исходе дела вызвала новые надежды – и я, преодолев похмелье, расхаживал по дому, прикидывая, в какую его часть лучше заселить свежекупленного призрака. После долгих размышлений я решил, что банкетный зал наилучшим образом подходит для этого. Это была длинная низкая комната, увешанная ценными гобеленами и всякими реликвиями старинного рода, который обитал тут испокон веков. Кольчуги, доспехи и клинки взблескивали в языках пламени камина, а ветер носился по помещению, шевеля занавеси. В одном конце зала был невысокий помост, на котором пировали хозяин усадьбы с ближайшими соратниками, а несколькими ступенями ниже были выставлены столы для вассалов и челяди. Ковров на полу не было, но по моему указанию полы засыпали камышом. Ничто здесь не напоминало о том, что мы в девятнадцатом веке, – разве только мое личное серебряное блюдо, клейменное фамильными гербами, восстановленными ловким Джеком, которое покоилось ровно посередине солидного дубового стола. Уж конечно, именно в этом зале и должно было обитать привидение, разумеется, если Джек найдет общий язык с торговцами призраками. Ничего не поделаешь, нам приходилось терпеливо ждать новостей о результатах его похождений.

В течение нескольких дней мы получили письмо от Джека, короткое, но зато обнадеживающее. Оно было нацарапано на обороте какой-то афиши и запечатано наклейкой от жевательного табака. «Дело пошло! – писал Джек. – Ваш покорный слуга сейчас в пути. У профи-спиритуалистов нет ничего, что нам бы подошло, но вчера в пабе я столкнулся с неким джентльменом – и он просто находка для решения нашего вопроса. Я нанимаю его, если ты не против, если есть возражения – пиши. Его зовут Абрахамс, и раньше ему приходилось выполнять подобные заказы – раз или два». Письмо заканчивалось прозрачными намеками на высылку чека и было подписано «От кузена Дж. Б. с любовью».

Вряд ли стоит говорить, что возражений (и как следствие – письма к кузену) не последовало, и я с нетерпением принялся ожидать приезда мистера Абрахамса. Несмотря на мою веру в сверхъестественное, я все же не мог до конца поверить, что у кого-то из смертных могла быть такая власть над духами, чтобы торговать ими за земное золото. Тем не менее, как оказалось, такая возможность существовала – и более того, отыскался джентльмен с иудейским именем, который лично был готов провернуть такую сделку. Каким пошлым и банальным предстало бы второсортное привидение восемнадцатого

века, завывающее на ферме Джоррокса, если бы мне посчастливилось обзавестись элитным призраком времен Средневековья! Я даже подумал было, что мне выслали одного такого авансом, когда, обходя ров перед тем, как отойти ко сну, во тьме обнаружил странную сущность, с любопытством рассматривающую решетки и механизм моего подъемного моста. Фигура вздрогнула и растаяла во тьме, чем убедила меня в своем земном происхождении: скорее всего, это был незадачливый поклонник одной из моих горничных, с тоской поглядывавших на грязный местный Геллеспонт. Кем бы он ни был, он бесследно исчез, хотя я некоторое время бродил вокруг и вперед, твердо намереваясь осуществить свои феодальные права.

Джек Брокет сдержал свое слово. На следующий день, едва сумерки сгустились вокруг Горсторп-Грэйндж, раздался удар дорожного колокола – и дребезжание наемного скверного экипажика оповестило нас о прибытии мистера Абрахамса. Я поспешил ему навстречу, втайне мечтая увидеть целую толпу отборных привидений, теснящихся за его спиной. Но вместо темноглазого меланхолика с пергаментным лицом, которого я рисовал себе, передо мной предстал крепкий толстячок с удивительно проницательными сверкающими глазами и губами, постоянно растягивающимися в добродушной, хотя и слегка наигранной улыбочке. Весь его инвентарь состоял из накрепко запертой кожаной сумы, в которой, когда ее положили на пол в холле, звякнуло что-то металлическое.

– Как вы поживаете, сэр? – спросил мистер Абрахамс, пылко пожимая мне руку. – И как поживает ваша супруга? А остальные – все ли в добром здравии?

Я быстро пробормотал, что у нас все хорошо и здоровье наше нормальное, но в коридоре мелькнула миссис д’Одд, и торговец привидениями устремился к ней, чтобы засыпать ее теми же вопросами – с таким серьезным видом и так подробно, что я уже был готов к тому, что по окончании расспросов он попросит ее показать ему горло и дать пощупать пульс. В это время глазки его безостановочно перемещались с пола на потолок, с потолка на стены, обшаривая каждый предмет обстановки, словно желая запомнить тут все.

Убедившись, что никто из нас не собирается скончаться от хвори прямо сейчас, мистер Абрахамс соизволил проследовать со мной наверх, где для него был накрыт ужин, к поглощению которого маэстро и приступил с должной ответственностью. Таинственный пакет он взял с собой и во время еды держал его под ногами. Только когда убрали посуду и мы остались наедине, речь зашла о том, ради чего он прибыл к нам.

– Я так понимаю, – заметил он, посасывая грубую дешевую сигару, – вы желаете, чтобы я провел в вашем доме обряд вселения?

Я согласился с правильностью его догадки, но не мог не удивиться беспокойству его глаз, которыми он продолжал шарить по комнате, словно проводя полную инвентаризацию всего, что его окружало.

– Что ж, никого лучше меня вам не сыскать, хотя и нехорошо себя нахваливать. Я так и сказал тому молодому джентльмену в пабе «Хромая собака». Он такой: вам это по силам? Я такой: ну, проверьте. Проверьте меня и мою сумочку. И ни слова больше!

Я весьма зауважал Джека Брокета и его деловые качества. Судя по всему, он прекрасно справился с возложенной на него миссией.

– Ну не хотите же вы сказать, что носите призраков в сумке? – неуверенно пробормотал я.

Мистер Абрахамс снисходительно улыбнулся, как человек, уверенный в своем превосходстве.

– Только не надо спешить! – наставительно заметил он. – Правильное время, подходящее место, доза моего «Лакоптоликуса», – тут он достал из кармана небольшой флакон с каким-то зельем, – и нет ни единого призрака, к которому я бы не смог найти подход! Сами убедитесь, выберем лучшего, и ни слова больше.

Все заверения мистера Абрахамса – и особенно его «ни слова больше» – сопровождались странными гримасами и лукавым блеском глаз, и я уже не был уверен в его полной искренности.