Перестрелка. Год девяносто первый
Шрифт:
Рославлев ещё некоторое время посидел в кабинете. Нужно было срочно отправлять дочь с внуком. Он снова подумал, что очень не вовремя и в тоже время как раз очень кстати пришла подруга дочери и проговорилась о том, что скрывала от него Алёна.
Он помнил, что Наташа никогда не оставалась у них на ужин, а потому, зайдя на кухню, спросил, деликатно и завуалированно поторапливая:
– Поужинаешь с нами?
– Нет-нет, Григорий Александрович, спасибо. Мне нужно ещё маме помочь. Я побежала.
– Ну вот что, не до
Причину такого решения называть не стал. Одно дело по Москве ездить, а другое – за город выезжать. Насмерть разбиваются в большинстве случаев на трассах. В городе не всегда можно организовать автокатастрофу с нужным исходом.
Рославлев спустился на второй этаж и позвонил в дверь своему старому сослуживцу, давно уже уволившемуся в запас.
– Петрович, слышишь, что творится?
– Слышу, Гриша, слышу…
– У меня к тебе просьба… Нужно Алёну с Володей доставить в дом отдыха, в наш, на Клязьме… И вручить их одному человеку.
– О чём разговор? Сделаю. Когда ехать?
– Через полчаса. Если можно, я от тебя позвоню.
– Конечно. Всё понимаю.
Рославлев набирал номер телефона дома отдыха не без волнения. Он уже решил, к кому отправит дочь и внука. Конечно же к Световитову, если тот никуда-то уехал? В администрации сообщили, как позвонить в номер, и через минуту Андрей сам взял трубку.
– Андрей Фёдорович, нам необходимо срочно увидеться… Вы меня узнали? Мы виделись два дня назад…
– Да, да, конечно, товарищ…
Но Рославлев, убедившись, что тот узнал его, перебил, не дав назвать воинского звания:
– Ждите у мостика перед проходной ровно через час…
И, обращаясь к Петровичу, сказал:
– Не думаю, что кто-то этот разговор слышал, но так лучше. Я сейчас поднимусь к себе и вызову свою машину, словно куда-то ехать собираюсь. Покручусь поблизости, и назад. А ты, как вернёшься, сразу ко мне.
Затем он попросил чистый лист бумаги и самый обычный конверт. Написал что-то, размашисто расписался и пояснил:
– Вручишь его молодому человеку, который встретит вас, – и кратко обрисовал наружность.
А ещё через двадцать минут Алёна с сынишкой уже сидели в машине Петровича. Рославлев проводил их и неспешно пошёл домой, незаметно осматриваясь вокруг. Ничего подозрительного он, по-прежнему, не заметил. Подумалось: «Может, я перестраховался? Может, ещё всё обойдётся… А Пуго? Ахромеев? Нет, не должно обойтись».
Машину он вызвал и удивил водителя странными маршрутами этой вечерней поездки. То ему надо было в один магазин, то в другой… То захотелось побывать на Ленинских горах. Домой почему-то не спешил. Поскольку был не в своей генеральской форме, часто выходил из машины по разным делам и внимательно осматривался.
Вскоре понял. За его машиной следят. Значит хорошо поставлена
Надо было возвращаться домой, но хотелось бы всё-таки оторваться от провожатых. Он, конечно, мог отправиться к кому-то в гости – к родственникам или к старым добрым знакомым, даже на дачу уехать, но после того, как узнав об автокатастрофе, решил, что не может никого подвергать опасности.
Значит, домой…
Звонок генерал-полковника Рославлева крайне удивил Андрея Световитова. Два дня назад при мимолётной встрече они почти ни о чём не поговорили. Правда, Рославлев поинтересовался, женился ли он и, услышав отрицательный ответ, не удержался от вопроса:
– Что так?
Ничего нового Световитов не ответил. Повторил, что однажды уже сказал:
– Не встретил такую девушку, как ваша дочь, вот и не женился…
– Раньше надо было думать и не ссориться, – проворчал Рославлев.
– Теперь уж дело прошлое, но в той ссоре я не виноват… Одна заинтересованная особа оговорила меня. Впрочем, что теперь это может изменить?!
Рославлев внимательно посмотрел на него и спросил:
– Долго ещё здесь будешь?
– До конца месяца. Как в школе – первого сентября за парту. Я ж в академии генштаба.
– Да, да, помню, – сказал Рославлев.
Но в этот момент подошёл его приятель, который отлучался зачем-то и которого Рославлев ждал, беседуя со Световитовым, и разговор окончился ничем.
Правда, уже собираясь уйти, Рославлев, подумав, бросил, как бы невзначай:
– Кстати, Алёна ведь тоже никого себе так и не нашла…
– Она ж замужем?!
– Была… С полгода всего была, а потом развелась… Ну, ладно, отдыхай, набирайся сил. Мне пора.
Вот и всё…
Световитов в тот вечер долго не мог заснуть. Вспомнилось всё, что связано с Алёной… Вспомнился разрыв, доставивший столько переживаний.
И вот теперь, спустя много лет, этот странный звонок. Размышляя, зачем он мог понадобиться генерал-полковнику Рославлеву, Световитов, не спеша, шёл по берёзовой аллейке в сторону проходной. О том, что происходит в стране, он, конечно, знал, но из-за учёбы был оторван от всей этой суеты. Если б дивизией командовал, давно бы вернулся к месту службы. А так?! Пока никаких распоряжений не получал.
Аромат августовского вечера успокаивал. Удивительна сила природы – стоит окунуться в её первозданную свежесть, и уже кажутся нелепыми страсти, которые кипят где-то на улицах и площадях и о которых с таким вожделением и с такой собачьей преданностью заправилам грядущей демократии рассказывают комментаторы.
Он миновал проходную, вышел на мостик через небольшой заливчик, врезающийся в зелёное море леса. Заливчик как бы отделял военный дом отдыха от пансионата «Клязьма», принадлежавшего ЦК КПСС.