Перерождение: Эффект Массы
Шрифт:
— О… я не знала. Я веду раскопки уже больше года и практически не держу связь с Цитаделью. Новости до Терума идут долго.
— Вы что-то слышали про Канал? — спросила я.
— Только то, что он как-то связан с исчезновением протеан. — развела руками азари. — Это сфера моих исследований. Последние пятьдесят лет я занимаюсь поиском причин их исчезновения.
Рожи Кайдена и Эшли вытянулась. Турианцы отреагировали спокойно: они прекрасно знали, что азари — долгоживущая раса.
— Каков же ваш возраст? — тихо спросил Аленко.
Я поморщилась.
— Я не люблю об этом говорить, но мне всего сто шесть лет.
— Всего? — мир Эшли, похоже, рассыпался на кусочки.
— Для таких недолговечных видов, как ваш, сто лет могут показаться долгим сроком, но по меркам азари я считаюсь едва вышедшей из поры детства. — пояснила Лиара. — Поэтому мои исследования и не получили достойного внимания. Другие ученые-азари обычно отметают мои теории из-за того, что я слишком молода.
В голосе Лиары промелькнули искры гнева. Подобное отношение ее задевало, но девушка ничего не могла сделать с общественным мнением и предрассудками.
— У меня есть своя теория, почему исчезли протеане.
— При всем моем уважении, капитан, мне известны все существующие теории.
Найлус едва заметно усмехнулся на это категоричное заявление, но ничего не сказал.
— Проблема состоит в поиске доказательств. Протеане чрезвычайно мало оставили после себя. Как будто кто-то не хотел, чтобы тайна была разгадана! Словно кто-то после вымирания протеан прошелся по Галактике и уничтожил все улики!
Я и Найлус переглянулись, что не укрылось от настороженного взгляда Лиары.
— Продолжайте, Лиара.
— Но вот что поразительно. Согласно моим находкам, протеане были не первой расой в Галактике, которая таинственно исчезла на пике своего развития. Этот цикл начался задолго до них!
Найлус вопросительно глянул на меня. Я кивнула. Лиара совершенно права.
— Как вы пришли к таким выводам? — хриплый голос Найлуса прозвучал неожиданно громко в тишине зала. — Разве есть доказательства?
— Я проработала пятьдесят лет! Исследовала каждую крупицу. В конце концов, начала появляться едва заметная связь. Слабый намек на истину. — Лиара стиснула кулачки. — Это трудно объяснить. Я не могу предоставить конкретных доказательств. Это больше похоже на ощущение, порожденное больше чем полувеком кропотливой работы. Но я знаю, что я права! И рано или поздно я смогу это доказать! До протеан существовали другие цивилизации. Цикл повторялся много раз!
— Если протеане были не первыми, то кто был до них? — спросил Кайден.
— Я не знаю. Даже о протеанах почти нет информации, а об их предшественниках — и того меньше! Я не могу обосновать свою теорию, но я знаю, что я права!
Найлус слушал с интересом, пристально рассматривая нервничающую азари. Девушка нутром чувствовала, что этот турианец не просто так пришел сюда. Он имеет право. Но вот кто он — она не знала. Спектра в Найлусе Лиара не признала,
— Галактика живет в цикле уничтожения. Каждый раз, когда возникает великая цивилизация, ее внезапно и жестоко уничтожают! Остаются лишь руины! — Лиара всплеснула руками. — Протеане создали великую империю, но даже они карабкались по останкам своих предшественников! Их величайшие достижения — Цитадель и ретрансляторы — были построены по технологиям тех, кто был до них! А потом — они исчезли, как и другие цивилизации до них! Я посвятила свою жизнь тому, чтобы выяснить причину этого.
Найлус откинулся на спинку кресла, болезненно поморщившись. Я с интересом всматривалась в одухотворенное лицо Лиары, размышляя, стоит ли сказать ей правду? Рано или поздно она узнает. Есть ли смысл молчать? Встретила взгляд ярких зеленых глаз. Медленный кивок, легкая усмешка. И правда, почему нет?
— А если я скажу, что вы в чем-то правы? — спокойно спросила я.
Лиара удивленно заморгала.
— В чем-то?
— Протеане и правда не первая уничтоженная цивилизация. И не последняя.
— Простите, что?
— Мы — следующие. — я с интересом наблюдала, как меняется выражение на лицах сидящих в зале разумных. — И мы уже достигли достаточного величия, но еще не переступили ту черту, за которой становимся опасны.
— Вы уверены?
— Не так давно я имела удовольствие встретиться с работоспособным информационным буем протеан. Вы его называете Маяк. И до сих пор наслаждаюсь изысканными кошмарами-видениями, в деталях показывающими, как именно протеан пустили под нож.
— Это вполне возможно. Маяки предназначались для передачи информации напрямую в сознание пользователя. — Лиара вскочила на ноги, возбужденно расхаживая по центру зала. — Найти работающий маяк удается крайне редко!
— О, этот работал.
— Но маяки предназначались для взаимодействия с физиологией протеан. Ваши видения наверняка смазанные и обрывочные.
— Это не совсем так.
Лиара резко остановилась.
— Информация прошла осмысления и более чем четкая. — я хмыкнула. — Протеане были уничтожены разумными живыми машинами. Жнецами. Или Пожинателями, кому как нравится. Именно они соблюдают Циклы Разрушения, раз за разом уничтожая развитые расы Галактики. Название этого процесса весьма показательно: Жатва.
Лиара отмерла, вновь начав расхаживать по залу.
— Цитадель и ретрансляторы были построены не протеанами, тут вы правы. И даже не их предшественниками. — я полностью завладела вниманием Лиары. — Вы никогда не задумывались, почему именно ретрансляторы и Цитадель раз за разом переживали фактически геноцид самых развитых рас галактики в целости и сохранности? Неужели те же протеане не сопротивлялись? Сопротивлялись! И долго! Лет сто как минимум. Но! На Цитадели и ретрансляторах галактические звездные войны не оставили ни царапины. Странно, не находите? И не надо сказок про особо прочный корпус. Развалить можно ВСЕ.