Перерождение: Эффект Массы
Шрифт:
Наводит на мысли.
Ладно, к демонам пока Назару!
— Сарен.
Я приподнялась, положила руку ему на плечо и потянула назад. Не сильно, просто обозначив намерения. Он не стал сопротивляться и послушно завалился на спину, положив голову мне на живот. Так, чтобы длинный гребень не мешал ни мне, ни ему.
— После Привязки у вас появилась одна занятная особенность: наша ментальная защита — общая. Чтобы сломать ее, надо доломать у всех сразу.
— Назаре хватит мощи.
— Кто ж спорит. Но как только он начнет ломать личность, мы мгновенно погибнем и отправимся на перерождение.
Пояснять, что я имею ввиду — не потребовалось.
— Это вполне возможно. — Сарен повернул голову, ловя мой взгляд. — Назара достаточно любопытен, чтобы заинтересоваться.
— Единственное, что может дать нам шанс — это его любопытство. Существу, прожившему столько, сколько он, сложно найти нечто, способное его заинтересовать. Над ним довлеет скука.
— Мы его заинтересовали. — негромко добавил Гаррус. — Или ты его заинтересовала.
— Это не столь важно. — я отмахнулась. — Он дал нам возможность увидеть то, что мы хотели, а потом просто выпер со своей старой платформы. И позволил улететь. Полагаю, ни у кого не осталось иллюзий относительно его возможностей?
Эмоциональный фон ясно показал, что этих иллюзий ни у кого не осталось.
— Полагаешь, это был он? — спросил Найлус.
— Сам-то как думаешь? — проворчал Сарен.
— Учитывая, с какой скоростью он нарисовался на Вермайре? — тихий рычащий фырк. — Не удивлюсь.
— Имрир, план требует переработки. — негромко добавил Гаррус.
— Требует. Как показала практика, у нас не та весовая категория, чтобы тягаться со Жнецами. — согласно кивнула я. — Мы не сможем их победить. У нас нет того времени, которое потребуется, чтобы хоть немного приблизиться к ним по техническому уровню. Вы уж меня простите, но я не верю в чудо-оружие, способное помочь в войне. Не просто подбить дремлющего и несопротивляющегося Жнеца, а именно помочь в войне.
— Я — тоже. Не верю.
Сарен сел, развернулся, закинул ноги на кровать, подтянул меня ближе и обнял, млея от ощущения присутствия своего Якоря в границах собственной ауры. И от того, что его легко и нежно гладят. Он смаковал каждое мгновение, запоминая его, не пропуская мимо сознания ни одной мелочи, а меня от этого его поведения бросало в холодную дрожь. Он слабо верит в то, что мы переживем встречу с Властелином. Он готовился умереть, и не намеревался тратить бесценное время на всякую ерунду вроде пустых сомнений. То бесценное время, которое у нас осталось до Вермайра.
Я подняла глаза, встретила пристальный взгляд Найлуса. В зеленых глазах — отражение тех же эмоций. Гаррус и так чувствовался ясно и четко: парень уже давно смирился с тем, что эта его жизнь будет хоть и насыщенной, но короткой. Что занятно, это произошло задолго до встречи с нами.
— Что-то мне подсказывает, что у тебя есть вариант. — негромко сказал Найлус.
— Да. У меня есть одна идея. Безумная. Но она может дать нам шанс спасти если не всех, то очень многих.
— Мы тебя внимательно слушаем. — тихо-тихо прошептал Гаррус.
Ну я и рассказала. Все, что я знала о Жнецах, Левиафанах, Катализаторе и поставленной перед ним задаче,
— Как-то так.
Сарен задумчиво теребил прядь волос, привычно оперев руку о колено, синие глаза невидяще смотрели вперед. Он анализировал сказанное, делал свои выводы, рассматривал возможность или невозможность предложенного мною варианта, соотнося со своими наблюдениями, сделанными за долгие годы существования под тенью Властелина. Я могла наблюдать по ментальному эху за тем, как он строил планы, рассматривал их и отметал при малейшей ошибке в построении. Обдумывал слова Властелина в новом ракурсе, тщательно, разбирая каждую лаконичную фразу, чтобы понять вложенный в простые слова глубокий смысл. Назара ничего не говорил просто так. Каждое сказанное им слово, каждая фраза давала ответы на незаданные вопросы. Надо было лишь правильно их услышать. Мы все прекрасно понимали, что Назара не лгал. В его словах не было ни бравады, ни самовосхваления, ни завышенного самомнения. Одна лишь констатация давно известных и проверенных миллионами лет фактов. Нам надо было всего лишь это понять и правильно осознать сказанное. И сразу огромное количество вопросов получало прямые и честные ответы.
Сарен тяжело вздохнул, сжал руку в кулак, вновь расслабил кисть и тихо сказал:
— Могу согласиться. Я не нашел противоречий. Это возможно сделать.
— Это будет очень сложно сделать. — Гаррус неопределенно шевельнул мандибулами. — Но как вариант…
— Он имеет право на жизнь. — закончил Найлус. — Полагаю, вы понимаете, что сделать это придется именно нам?
В ответ — тихие смешки. Кто б сомневался…
— Вы серьезно считаете, что это реально провернуть? — осторожно спросила я.
— Имрир, из всех рассмотренных мною вариантов, этот — единственный, дающий хоть какой-то шанс на выживание в Жатве. — пожал плечами Сарен. — Достаточно разумный, который мы в состоянии воплотить в реальность.
— Ты хотел сказать — достаточно безумный?
— Нет. Твой план вполне разумен. Куда более разумен, чем сама мысль о возможности уничтожить Жнецов.
— Жатва начнется в любом случае. Мы ничего не теряем. — усмехнулся Гаррус, а в кристально-голубых глаза был ясно виден азарт. — Я за то, чтобы попробовать. Даже если нам удастся хоть часть задуманного — это уже будет хорошо.
Сложно поспорить.
— Но сперва следует пережить встречу с Властелином. — припечатал Найлус.
Да уж… действительно.
Встреча с Властелином станет решающей. Сможем мы что-то сделать или нет будет ясно после этого знаменательного события. А пока… какой смысл себя накручивать? Будет что будет.
— Когда вылетаем? — спросила я, глянув на нахмуренного Сарена.
— После разговора с Инвектусом. Его стоит… предупредить.
Предупредить. Как он тактично обозвал то, что он собирается сделать.