Перепуганная компания
Шрифт:
– Ее величество, супруга короля,- раздался из шатра голос мистера Паркера, слегка дрожащий, но отчетливый,- и паж ее величества.
Звуков выстрелов не последовало.
Леди Дарракот, решительно взглянув на нелепую фигуру, включилась в игру. Сэр Джон, лишившийся трона и короны, по-прежнему торжественно восседал на столе. На полу перед ним мисс Кросспатрик, миссис Фэйри и миссис Брэй по-прежнему отбивали поклоны, устало и вразнобой.
Выйдя на сцену, леди Дарракот, нахмурившись, внушительно спросила
– Джонни, что все это значит?
– Забыл сказать тебе, Энн,- смутившись, ответил сэр Джон,- утром я захватил остров. Первый король. Это мой гарем.
– Ты провозгласил себя королем острова, даже не предложив мне разделить с тобой трон?- сурово произнесла леди Дарракот.- Это вовсе на тебя не похоже. Но я провозгласила себя королевской супругой, так что не будем больше говорить об этом досадном упущении.
– Хорошо, Энн,- пробормотал сэр Джон.- Это моя небрежность, клянусь тебе!
– Надеюсь, последняя. Может быть, ты любезно поднесешь мне вина?
– Пошлю одну из своих рабынь. Это мои рабыни возносят мне хвалу. А эти две - мои наложницы,- не без гордости представил женщин сэр Джон.
– Вот как? Боюсь, мне не подобает принимать питье из рук рабынь. Его величество должен сам служить мне. Дайка мне эту штуковину, которая у тебя на коленях, что бы это ни было, пока ты спускаешься со своего трона.
Сэр Джон заколебался, затем протянул ей ружье.
Леди Дарракот передала его мистеру Паркеру, и тот бросился с ним вон из палатки.
Так закончилось царствование короля Джонни Бирча.
Глава 16
* 1 *
Вилли был жив, но его рана казалась весьма серьезной. Пуля попала в правую сторону груди и, видимо, пробила легкое, где и застряла, как решил Роджер.
Первым делом раненого со всеми возможными предосторожностями перенесли в палатку и уложили в постель. Хирурга среди них не было, и все, что они могли - это устроить его с максимальным комфортом и уповать на лучшее. Вилли был в сознании и проявлял полное равнодушие к своей ране и ее возможным последствиям.
Роджер имел краткий разговор с Энид и, казалось, из них двоих судьба Вилли волновала его даже больше, чем ее.
– Я отговаривал его,- сказал он ей.- Предупреждал, что это чистое самоубийство. Мы все так считали. Но он нас не послушал. Это был отчаянно смелый - и совершенно безрассудный поступок.
Энид кивнула. Она не плакала, но ее била едва заметная дрожь. Было видно, что ей трудно говорить, и она прилагает для этого немалые усилия. Ей и без того много пришлось пережить, и в довершение ко всему ее муж был тяжело ранен, поэтому ее состояние было вполне объяснимым. Однако в ней ощущалась еще и некая отстраненность от происходящего.
– Он ведь воевал, и весьма доблестно,- сказала она, ее голос слегка дрожал.- Он награжден Военным крестом. Его
– Я этого не знал,- сказал Роджер. Он был восхищен и удивлен. Сложившийся у него образ Вилли Фэйри никак не вязался с образом героя.
– И конечно, увидев, что происходит, он пришел в ярость,- продолжила Энид, даже в таких обстоятельствах слегка рисуясь.- Вилли ведь просто обожает меня,- добавила она со вздохом.
– Разумеется,- охотно подтвердил Роджер, оставив при себе свое личное наблюдение, что пребывание на острове слегка охладило чувства Вилли к своей дражайшей половине.
Оставив раненого на попечение Энид, Роджер поспешил проведать других женщин. Выйдя из палатки, он слегка воспрянул духом. Энид любила повторять слова "каждый должен быть отважным", и не было сомнений, что сама она была смелой женщиной. И все же Роджер не ожидал от Энид особой храбрости в критической ситуации. Но еще менее он ожидал этого от Вилли! И тем не менее - думал он на ходу - ее смелость на самом деле не более чем поза; она смела лишь для того, чтобы все думали, что она смела. Свою подлинную смелость она превратила в позу. И эта поза стала сутью ее женственности.
Другие жертвы свергнутого короля Джонни Бирча тоже пытались держать себя в руках, но им это не очень удавалось. Видя, как они потрясены пережитым, Роджер попросил Комбе налить им перед чаем по доброй порции бренди, и когда Роджер подошел, они как раз потягивали бренди. Роджер заметил, что они бессознательно жмутся друг к другу, нервно посмеиваясь. Смеялись, в основном, Кристл и Юнити.
Роджеру было любопытно, как пережитое повлияло на каждую из них. На миссис Брэй, похоже, пережитое не наложило никакого отпечатка.
– Интересно, как на это посмотрит мистер Брэй,- как раз бормотала она, когда подошел Роджер.- Что он об этом скажет? У него и в мыслях не было, что я попаду в такую передрягу.- И она с упреком взглянула на Роджера.- Здесь, в лагере отнюдь не безопасно. Мы с мистером Брэем правильно поступили, что убрались отсюда. Я бы не отважилась тут больше ночевать, это уж точно.
– В лагере все в порядке,- внушительно произнес Роджер.- Сэр Джон слишком много пил, вот и все. Такое может случиться где угодно.
– Гм,- усомнилась миссис Брэй, покачав головой, словно спрашивая, какая же тогда польза от Роджера, если он не в состоянии пресечь подобные инциденты.
– Да, кстати,- сказал Роджер как бы между прочим,- я совсем забыл спросить, что такое стряслось с вашим мужем, миссис Брэй? Он встречает стрельбой дружелюбно настроенных визитеров. Что им движет?
Миссис Брэй приняла неприступный вид.
– Мистер Брэй не желает никаких визитов.
– Но почему?
– Мистер Брэй и я, мы решили, что и вдвоем прекрасно проживем.