Переплетения 5

Перламутровое сияние [Раковины Отчуждения] погасло мгновенно, словно кто-то задул свечу на ветру.

Артефакт, еще секунду назад вибрировавший от древней магии, превратился в обычный, пусть и красивый, кусок кальция. Вместе со светом исчезла и спасительная тишина.

Звуки Логоса — гул голосов, скрип телег, далекий звон колоколов и крики уличных зазывал — обрушились на меня лавиной. Это было похоже на разгерметизацию самолета. Давление реальности ударило

по ушам, вышибая из головы остатки того странного, неземного голоса, что звучал мгновение назад.

«Беги…»

Я сидел в пустом номере гостиницы «Серебряная Лютня», тупо глядя на пустой стул напротив. Там, где только что был Михаил, остался лишь тающий в воздухе след цифрового выхода из игры.

— Миха? — позвал я в пустоту, чувствуя себя полным идиотом.

Тишина. Только шум города за окном.

Дрожащими пальцами я открыл интерфейс.

Список друзей. Ник [Легенда] был серым. Неактивен.

Я тут же переключился на встроенный мессенджер, связывающий капсулу с реальным миром.

[Лично][Маркус] Легенда, ответь. Ты в порядке?

Сообщение ушло в пустоту. Статус «Доставлено» не появлялся. Одна серая галочка. Он не просто вышел из игры. Он был оффлайн везде.

Холодный липкий страх, не имеющий ничего общего с игровыми дебаффами, пополз по спине. Это не был страх перед монстром или провалом квеста. Это был животный ужас за друга, который только что доверил мне свою жизнь, а в следующую секунду исчез, вырванный из виртуальности какой-то чудовищной силой.

«Системные логи! Они сыплются… сотнями!» — его последние слова звенели в ушах.

Что это было? Атака на сервер? Взлом его капсулы? Или те люди, его «семья», пришли за ним физически?

Я должен был проверить. Немедленно.

Забрав ракушку со стола, я рывком вызвал системное меню и нажал «Выход». Мир Этерии свернулся в черную точку и исчез.

Крышка «Сомниума-7» поднялась с тихим шипением пневматики.

Я вдохнул стерильный, кондиционированный воздух офиса «НейроВертекса» и закашлялся. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Рывком сел, озираясь по сторонам. Полумрак «аквариума», мерцание индикаторов, тихий гул серверов. Все было так же, как и пару часов назад. Спокойно. Буднично. Безопасно.

И от этого спокойствия мне стало тошно. Я просидел минут десять, собираясь с мыслями.

Соседняя капсула тоже открылась. Из нее, потягиваясь с грацией довольного кота, вылезал Максим. Он выглядел абсолютно безмятежным. Идеальная прическа даже не примялась, на лице — выражение легкой скуки профессионала, закончившего смену.

— Ну и денек, — произнес он, разминая шею. — Логос впечатляет, не спорю. Но цены на аукционе… Инфляция в столице просто дикая. Нужно будет составить

отчет для экономического отдела.

Он посмотрел на меня и, заметив мое состояние, слегка приподнял бровь.

— Ты бледный, Андрей. Перегрузка сенсорикой? Я же говорил, не стоит пренебрегать калибровкой перед долгими сессиями.

Я выбрался из капсулы, едва не запутавшись в ногах. Видимо, моторика еще не перестроилась с аватара на реальное тело. Схватив смартфон со стола, я снова проверил мессенджер. Ничего. Последний вход Михаила три часа назад.

— Легенда… — хрипло сказал я, не узнавая свой голос. — Он вылетел.

Максим равнодушно пожал плечами, доставая из кармана пиджака, висевшего на спинке стула, белоснежный платок и протирая руки.

— Бывает. Серверы перегружены, прайм-тайм. Или провайдер лагает. Ты же знаешь, как это бывает. Вернется, будет ругаться на пинг. Стандартная процедура.

Его спокойствие действовало на меня как красная тряпка на быка.

— Ты не понимаешь, — я шагнул к нему, сжимая телефон так, что побелели костяшки. — Это не дисконнект. Его выкинуло. Жестко. Он успел что-то сказать про системные ошибки.

Максим остановился и посмотрел на меня внимательно, но в его взгляде не было тревоги. Только легкое недоумение и профессиональная оценка моего психического состояния.

— Андрей, выдохни, — его голос стал мягче, тем самым тоном, которым психиатры разговаривают с буйными пациентами. — Мы были в игре. Там постоянно что-то ломается, глючит и вылетает. Твой приятель, судя по досье, играет с нестандартным оборудованием или через какие-то левые прокси, раз уж он такой параноик. Сбои неизбежны. Не нужно искать теорию заговора в плохом соединении.

— Это не просто игрок! — почти выкрикнул я, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Он…

Я осекся. Слова застряли в горле.

«Он сын одного из Охотников. Он инвалид, запертый в капсуле. Он ключевая фигура в войне, о которой ты даже не подозреваешь».

Я смотрел в холодные, спокойные глаза Максима и понимал, я не могу ему этого сказать. Для него Легенда, это просто набор пикселей, никнейм в чате, еще одна переменная в уравнении, которое нужно решить для получения премии. Для Максима это всего лишь работа. Проект.

А для меня?

Ярость медленно отступала, сменяясь холодной, расчетливой пустотой. Максим был прав. Со своей точки зрения. Он видел ситуацию логично: один из членов пати вылетел. Неприятно, но не смертельно. Он не знал контекста. И не должен был знать.

Если я сейчас начну паниковать, если подниму тревогу, мне придется объяснять причины. Придется рассказать Олегу и Елене о том, кто такой Михаил на самом деле. О его отце. О «Третьей Силе».

И что тогда сделает «НейроВертекс»?