Переписка 1992–2004
Шрифт:
1999
***** [1]
Седакова [2] У — т 26.10.1999 1520, кафедра.
Позднее искусство раннее, юношеское, зрелое Поставить перед размышлением Начать с простого разделения. Бродский: вся поэзия делится на песню и исповедь. Чистосердечное признание, кто имеет смелость смотреть на себя. Песня как форма поэзии: наоборот забвение о себе, о самооценке. Самозабвение, отсюда культ поэта небожителя. «Никто».
1
Записи,
2
Перепечатано выборочно из-за плохой разборчивости почерка (ОЛ).
Исповедати ст. — слав.: прославить. Псалом, «кто исповест Тя», кто прославит. «Исповедайтеся Богу Небесному», прославьте Его. Псалом 50 звучит как песня.
Хлебников: Я не знаю, вертится Земля или нет, это зависит от того, уместится ли слово в строку.
Исповедь предполагает два себя, второго — умудренного, пожившего человека; песня всегда молодая, ранняя, первая: возвращает человека в начало, в свежие чувства. Это начало может быть хорошее. «Никто выведет нас из тлена». Постмодернизм: старое больше не продолжается.
Радикальная поэзия: Мандельштам, Целан, Хлебников. Безумные расплавленные произведения. Это XX век.
Но вторая группа: усталые поэты. Милош Чеслав, Элиот. У Элиота тема невозможности песни. Огонь, которого больше нет: пепел у Бродского.
«Казалось никого не обходило
Присутствие потухшего огня [3] ».
Выработать. Милош: поэзия невозможно в мире без конца. What to do with a diminished thing, мир уменьшился. Кто не верит, что всё убыло, тот обманщик. Убывать может без конца. «За этим не следует ничего».
3
Иван Жданов (ОС).
В жизни был Пролог на небесах. Законы энтропии, тепловой смерти. Покидает раннее, запах как вещь, прикосновение как шок.
Бродскому не хватает не радости, а боли: он не хочет страдания. Юность: вверх; позднее: вниз.
Это медитативная, рефлективная. Автор платит за Стихи оплачиваются личностью автора. Новая мораль: политическая позиция, прежде всего. Поэты демократического сопротивления.
Учительская поэзия: «Назидание», одна из сильнейших поэм Бродского.
В отсутствие конца, можно найти свой восторг. Или ностальгия по Земле — нет конца. […] Настроение — ностальгия — новое, связанное с нашим временем.
Но то позднее искусство, о котором я думаю, — другое: неспособность молодости к этому. Бродский и Милош: отцветание старого.
Что такое жизнь: как можно жить после???. Жизнь казалась невозможной, но она продолжается.
[…] «Лучше умрет, чем не споет что поет».
Танцующий человек от экстаза ослеп. К поздним — «Песни западных славян». «Домик в Коломне», поздняя поэма. Взгляд Рембрандта. Поздний Шекспир, «Буря». «Зимняя сказка». Их форма складывается иначе.
Не то что наше время позднее. Обнищание, оскудение.
Это всё был эпиграф.
Теперь тема: та же, что на вводном курсе. Отношение поэзии и слова. Двойственный характер поэзии как словесного и несловесного искусства.
Q: Как Вы рассматриваете драму? Элиота, Лорки.
ОАС: эти драмы — поэмы. Гамлет — тоже лирика, драматическая.
Q: Драму поэт в конце XX в. писать не может?
ОАС: Я думаю что так. Или — театр абсурда.
Q: Обэриуты. Введенский.
ОАС: «Ожидание Годо».
Q: Целан: обязанность жить?
ОАС: Новый модус жизни, ностальгия по земле [4] , без попытки восстановить. Позднее искусство: разглядывая Рембрандта. Рембрандт смотрит на свой портрет откуда- то из-за границы.
Q: Поэзия расставания?
ОАС: Мандельштам: я изучил науку расставания, т. е. науку поэзии.
Q: Позднее искусство: ровное, примиренное. Анализ, второй зритель. Поучение, amor fati, задание координат. Открывается новая свобода. Пространство, которое знает.
4
Из стихов Александра Величанского: Ностальгия по земле,
На которой жив. (ОС)
О. А. С. 9.11.1999
Пушкин: каждый раз новости.
Прошлый раз: восьмерка; кружение, нелинейность. «Домик в Коломне», и «Осень» — октавы. Осень кончается — куда ж нам плыть. «Домик в Коломне» — пародийное окончание. Еще прозаизм: обсуждает свою технику, неглиже. Всё погружено в странную стихию рассказа. Муза знает только точки вдохновения, там нет разворачивания, они даны раз и навсегда. Прозаизм преодолевает лирическую природу. Образцы: Ариосто, Тассо. Ариосто: октавы; прелесть квантованной речи. Организация не только речи, но и содержания.
Терцина, наоборот, знак бесконечности, эти триады завершить невозможно. В каждой тройке шаг вперед (Гегель?). Октава — антитерцина. Stanza: комната. Замковые два стиха могут быть или мужские, т. е. окончание, или женские, т. е. ожидание продолжения.
Вопрос: у итальянцев фраза может выходить за станцу?
Воспоминание о гордой графике — она спрятана пародийным сюжетом.
Пушкин описывает недозволенные чувства. Разговор о странностях души. Хорошо тому, кто не проговорился. «Мгновенная змея», злоба. «И верно? в список жертв меня внесла». Внимание к страданию — не эротическое.
Отрицательное присутствие любовной лирики. Есть «приятно, люблю» etc. — как тема освобождения от роковой любви. Гордая графиня — Клеопатра; женский образ, который мучил Пушкина. Не любовь а муза, там где должна была быть любовь.
Наррация должна была быть любовная или героическая — но тут пародия! и подвиг, авантюра и любовь. Рассказ, нелепый, космогонический. Язык, который создает или поддерживает мысль. «Шуми без всяких дум».
Бродский, любитель длинных повествовательных стихов собственно ни о чем. Пока говоришь, живешь, продление жизни для автора. Мандельштам скорее боится (в стихах об Ариосто) за мир чем за себя.