Перемены
Шрифт:
Кто с мечом к нами придет, от меча погибнет,написал Фортхилл.
— Совершенно верно.
Он покачал головой и снова поморщился от боли, причиненной этим движением. Этому человеку будет трудно помочь.
Я фыркнул.
— Нравится оно вам или нет, падре, но парням вроде этого помощь не нужна. По крайней мере сами они ее не ищут. — Я пожал плечами. — Некоторым просто нравится убивать.
Он нахмурился
— Дрезден, — сказал рыцарь. — Он очнулся.
Я встал, и Мыш встал вместе со мной.
— Отлично. Пожалуй, стоит начинать звонить, падре.
Фортхилл снова махнул рукой вместо кивка. Я вышел; Мыш не отставал от меня ни на шаг, и так мы проследовали в кладовку поговорить с нашим… скажем так, гостем.
Коренастый мужчина лежал, примотанный к кушетке скотчем.
— Поставьте его, — попросил я.
Саня без видимого усилия поднял его вместе с кушеткой и прислонил к стене под небольшим углом.
Незнакомец смотрел на меня довольно-таки спокойно. Я взял со складного столика бумажник и открыл его.
— Стивен Дуглас, — прочитал я на водительской лицензии. — Это вы?
— Стиви Ди, — поправил он.
— Я о вас слышал, — сказал я. — Это вы убрали Торелли пару лет назад.
Он чуть заметно улыбнулся:
— Не знаю никакого Торелли.
— Ну да, я так и думал, — кивнул я.
— Как он? — поинтересовался Стиви Ди.
— Кто?
— Коротышка.
— Нормально, — ответил я. — Он был в бронежилете.
Стиви Ди кивнул:
— Хорошо.
Я выгнул бровь.
— Профессиональный убийца радуется, что не убил кого-то?
— У меня к нему ничего. Мне за него не платили. Не люблю стрелять в тех, кто ни при чем. Непрофессионально это. Но из всего, что я о вас слышал, следовало, что мне не стоит тянуть резину в ожидании возможности выстрелить наверняка, поэтому пришлось убрать его с дороги.
— Стиви, — сказал я ему. — У нас с вами сейчас все может пойти по одному из двух путей. Проще было бы, если бы вы назвали мне того, кто вас нанял, и я вас отпущу.
Он прищурился:
— И никаких копов?
Я махнул рукой в сторону стягивающего его по рукам и ногам скотча.
— Что, похоже на то, будто мы хотим вовлекать во все это копов? Колитесь, и будете на свободе, как только мы все это срежем.
Он обдумал мое предложение и мотнул головой.
— Не.
— Нет?
Он сделал попытку пожать плечами.
— Вот я сделаю такое для вас, и кранты моей работе. Люди не любят, когда подрядчик выкладывает личную информацию о клиентах. Приходится думать о перспективах.
Я кивнул:
— Что ж, это
Он негромко фыркнул.
— Поэтому мы можем перейти к варианту номер два. Я позвоню Марконе. Я расскажу ему, что случилось. Я спрошу его, не хочет ли он побеседовать с вами, Стиви. Не сомневаюсь, ему интересно будет узнать, кто заказывает убийства на его территории. Как думаете, как все это скажется на ваших перспективах?
Нервы у Стиви сдали. Он облизнул пересохшие губы.
— Э… — произнес он. — А вариант номер три есть?
Тут вперед выступил Саня. Он одарил Стиви Ди ослепительной улыбкой и опять-таки без видимого усилия оторвал кушетку от пола.
— Я возьму эту кушетку, — сообщил он зловещим тоном, с ярко выраженным русским акцентом, — сломаю ее пополам и брошу в печку для мусора.
Вид у Стиви Ди сделался такой, словно до него только сейчас дошло, что он сидит рядом с осиным гнездом и отчаянно пытается не сорваться с места. Он снова облизнул губы.
— Половина слухов, что я слышал о вас, утверждает, что Марконе предпочел бы видеть вас мертвым, — сказал он. — Что вы его терпеть не можете. Другая — что вы время от времени работаете на него. Убиваете тех, кого он считает нужным.
— На вашем месте, Стиви, я бы не слишком верил слухам, — заметил я.
— Так что из них правда? — спросил он.
— Сами проверьте, — ухмыльнулся я. — Стоит только ничего мне не сказать.
Саня опустил кушетку. Я стоял и выжидательно смотрел на него.
— Ладно, — сдался Стиви. — Телка.
— Значит, женщина? Кто именно?
— Имени не знаю. Платила наличными.
— Опишите ее.
Стиви кивнул.
— Чуть ниже шести футов, длинные ноги, карие глаза, — сказал он. — Мускулистая. Длинные темные волосы. И татуировки — на лице и шее.
Сердце у меня в груди застыло.
Я закрыл все дверки и форточки у себя в голове, откуда мог дуть сквозняк, превращавшийся ближе к сердцу в настоящий шторм. Я не мог позволить себе удариться в панику. И не мог позволить внезапному урагану эмоций помешать мне мыслить здраво.
Я полез в карман и достал собственный бумажник. Я носил в нем фотографию Сьюзен так давно, что часть цветной эмульсии прилипла к прозрачному пластику кармашка, когда я потянул ее оттуда. Я показал ему фотографию.
Наемник нахмурился и кивнул.
— Ага, — сказал он. — Эта.
Глава тридцать третья
— Подробности, — негромко произнес я.
— Она сказала, что вы будете здесь. Дала двадцать тысяч вперед, еще двадцать обещала после подтверждения.