Перелом
Шрифт:
Вернувшись в гостиную, объединенную с кухней, Джек и Алексис уселись за семейный стол ужинать. Девочки поднялись наверх. Утром их ждала школа. Джек осмотрел комнату. Она была просторной, уютной и полностью соответствовала внешнему виду дома. Стены были выкрашены в светло-желтый солнечный цвет. Напротив большого камина стоял удобный, обитый цветастой тканью диван с множеством подушек. Над камином — огромный плоский экран. Таких больших телевизоров Джек еще не видел. Занавеси на окнах-эркерах были из той же ткани, что и обивка дивана, а сами окна
— Прекрасный дом, — заметил Джек.
На самом деле дом был более чем прекрасным. По сравнению с той убогой квартирой, где он жил последние десять лет, жилище сестры казалось ему олицетворением роскоши.
— Крэг, как я уже говорила, настоящий добытчик, — ответила Алексис, вываливая спагетти в дуршлаг.
— А где он? — поинтересовался Джек.
Поскольку никто не упоминал его имени, Джек решил, что его в доме нет. Возможно, он отправился по срочному вызову или совещается со своим адвокатом.
— Он спит в верхней комнате для гостей, — ответила Алексис. — Мы спим в раздельных комнатах с того времени, как он перебрался в город.
— А я решил, что он уехал по вызову.
— Нет, Крэг освободился от практики, наняв кого-то на время суда. Так рекомендовал ему адвокат. Думаю, что адвокат прав. Несмотря на то что он очень предан своей профессии, мне не хотелось бы сейчас стать его пациентом.
— Меня удивляет, что Крэг вообще способен спать. Я бы на его месте не мог.
— Я думаю, что он пьет снотворное, — сказала Алексис, раскладывая спагетти по тарелкам. — Сегодня у него был трудный день. Начался суд, и он очень подавлен. Что вполне понятно. Кроме того, он что-то выпил. По-моему, скотч. Но для беспокойства оснований нет. По крайней мере пока.
Джек кивнул, но ничего не сказал.
— А ты хочешь выпить? Лично я ничего не имею против бокала вина.
— Вино — это прекрасно, — согласился Джек.
Что касается депрессии, то он знал о ней гораздо больше, чем ему хотелось. После крушения самолета он боролся с ней много лет.
Алексис принесла открытую бутылку белого вина и пару бокалов.
— Крэг знал, что я приеду? — задал Джек вопрос, который следовало бы задать еще до того, как он согласился отправиться в Бостон.
— Конечно, знал, — ответила Алексис, наливая вино. — По правде говоря, прежде чем позвонить тебе, мы обсудили это с ним.
— И он не возражал?
— Он сомневался, следует ли тебе вмешиваться, но сказал, что оставляет решение за мной. Если быть честной, он не был в восторге от этой идеи и сказал нечто такое, что меня поразило. Крэг считает, что ты, мягко говоря, его не любишь. Ноты же ничего подобного никогда не говорил. Разве не так?
— Никогда, — ответил Джек и приступил к еде.
Не переставая жевать, он размышлял, насколько далеко может зайти их беседа. Еще до помолвки сестры с Крэгом он считал, что этот человек не подходит Алексис.
— Я убедила его, что ты относишься к нему нормально, — продолжала Алексис. — Как-то ты мне сказал, что восхищен им, и я передала ему твои слова. Я правильно их поняла?
— Я сказал тебе, что восхищен его преданностью делу, — ответил Джек, понимая, что старается увильнуть от прямого ответа.
— А мне казалось, ты говорил, что его достижения вызывают у тебя чувство зависти. Разве не так?
— Несомненно. Я преклонялся перед его способностью совмещать фундаментальную научную работу с успешной клинической практикой. Он публиковал серьезные научные статьи, а это недостижимо для многих врачей. Я попытался заняться наукой в свою бытность офтальмологом, но это были смехотворные потуги.
— Зная тебя, не могу поверить, что это так.
— Вернемся к более важной теме. Как Крэг относится к моему пребыванию здесь? Ты так и не ответила на этот вопрос.
Алексис неторопливо пила вино. Было совершенно ясно, что она обдумывает ответ, и чем длиннее становилась пауза, тем неувереннее ощущал себя Джек. В конце концов, он был гостем в доме этого человека.
— Думаю, что я сознательно не стала тебе отвечать, — сказала она. — Как ты предположил в нашем телефонном разговоре, он стесняется просить о помощи. Крэг рассматривает любую зависимость от кого-либо как признак слабости, а это дело поставило его в полную зависимость от других.
— Но ведь помощи попросил не Крэг, — сказал Джек. Он съел спагетти и приступил к салату.
— Ты прав, — поставив бокал на стол, ответила Алексис. — Это я от его имени обратилась за помощью. Он вовсе не рад твоему присутствию, он стыдится. Но зато я в полном восторге. — Алексис потянулась через стол и, схватив Джека за руку, сжала ее с неожиданной силой. — Спасибо, что ты приехал, Джек. Мне тебя очень не хватало. Я знаю, что время для твоего отъезда из Нью-Йорка крайне неподходящее, и это придает твоему поступку особое значение. Спасибо, спасибо, спасибо!
Джека захлестнул поток ее эмоций, и он вдруг почувствовал, как его лицо заливается краской. Джек решил не давать волю чувствам. Он освободил руку, отпил вина и сменил тему.
Алексис едва заметно улыбнулась.
— А ты совсем не изменился и по-прежнему ловко ускользаешь из пространства эмоций. Делаешь полный разворот. Неужели ты действительно считаешь, что я могла этого не заметить?
— Я постоянно забываю, что ты профессиональный психолог, — со смехом ответил Джек. — Это была инстинктивная реакция самосохранения.