Перекресток
Шрифт:
Скорпиус остановился перед Томас, усмехаясь. Он определенно был неосознанным гением, потому что заклинание настигло гриффиндорку в тот момент, когда она моргнула. Глаза ее были закрыты. Удача.
Малфой ухмыльнулся, гадко сощурив глаза, потом взял застывшую девочку за плечи и медленно передвинул ее похожее на статую тело в нишу, что была в двух шагах за ними. Интересно, через сколько часов ее тут найдут?
Скорпиус снова огляделся — никого не было, видимо, матч уже начался — и с легкой улыбкой направился к выходу.
— Ты где был?— спросил его Тобиас, когда
— Что там у нас со счетом?
— Гриффиндор пока ведет 20-10,— чуть недовольно заметил Паркинсон, резко засвистев, когда игроки в алых мантиях устремились к кольцам соперников.
— Итак, лохматого играть не пустили?— равнодушно спросил Скорпиус, откидывая с лица волосы и глядя на поджарого ловца Гриффиндора.
— Говорят, в запасе. Он же у нас все свою метлу ищет,— усмехнулся Тобиас.
— Ага, успехов ему в этом деле,— фыркнул Малфой, а потом медленно обернулся к Присцилле Забини. Та с недовольной гримасой на кукольном лице сидела рядом с братом (на физиономии Дрейка красовались четыре разноцветных синяка и пара десятков гнойников, что даже мадам Помфри не смогла сразу вывести).— Когда это рейвенкловцы успели?
— А это не они,— рассмеялся Паркинсон.— Это племянница Фауста. Уж не знаю, что там приключилось… Говорят, ее даже наказали, но она не рассказала, как вывести гнойники.
Скорпиус хмыкнул, решив, что следующим заклинанием, которое он выучит сверх программы, будут чары фурункулеза… Для особо глупых врагов.
*
— Вы нашли мою метлу?
С этими словами Джеймс вошел в кабинет профессора Фауста, стряхивая с мантии первый снег.
— Мистер Поттер, вы спрашиваете меня об этом уже в сто тридцать восьмой раз,— сказал декан, не поднимая головы от пергамента, в котором что-то писал.— И мой ответ остался прежним: как только мы ее найдем, вы об этом узнаете.
— Но вы хоть что-то делаете?!— мальчик встал перед столом Фауста.— Устройте обыск, проверьте все….
— Поттер, я вас прошу по-хорошему: прекратите меня донимать своей метлой. Лучше взгляните вот сюда,— профессор, наконец, поднял лицо и протянул Джеймсу карточку, исписанную косыми строчками.— Это ваша карточка первокурсника, и с ней вы можете претендовать на значок «Лучший среди худших».
Джеймс взял листок и пробежался глазами. Ну, да, он набрал за три месяца сорок два балла, а сняли с него восемьдесят три. Бывает… Хотя, наверное, не стоило пририсовывать усы и бороду русалке, что жила на портрете в коридоре четвертого этажа. Да, возможно, не следовало набивать пляшущие доспехи бомбами-вонючками, которые вылетели все сразу, когда Филч додумался смазать доспехи. Да и турнир, что они устроили с Пивзом, бросаясь друг в друга чернильными шариками, следовало провести не в кабинете Заклинаний…
А вот это стоило сделать точно! Графф заслужил того, чтобы ему в кубок подлили снотворного зелья, а потом побрили полосками. Не будет больше ябедничать и подлизываться к профессорам, зубрила из Мерлиновых штанов!
— Эй, а это что?!— вознегодовал Джеймс, увидев последнюю запись
Фауст забрал из рук первокурсника карточку и серьезно на него посмотрел:
— Мистер Поттер, первый семестр скоро закончится, пора браться за ум. Пока вы приносите факультету лишь проблемы… Но вы же способный мальчик, на моих занятиях вы один из лучших и были бы лучшим, если бы не ленились… Неужели вам не хочется стать лучшим среди первокурсников?
— Мне хочется, чтобы вы нашли мою метлу!— сердито заметил Джеймс.— А того, кто ее взял, я сначала разрежу на две части, потом на четыре, потом эти части подниму на Астрономическую башню…
— Все, достаточно, мистер Поттер,— сердито сказал профессор Фауст.— Идите. Надеюсь, что каникулы, что вы проведете за пределами Хогвартса, пойдут вам на пользу…
— А я никуда не поеду!— упрямо заявил Джеймс, хотя еще пару дней назад считал, сколько осталось дней до отъезда домой.— Я буду тут, пока моя метла не найдется. Я буду каждый день спрашивать вас о ней, а в Рождественское утро вы получите открытку с вопросом «где моя метла?»…
Фауст устало покачал головой:
— Идите, Поттер, уйдите с моих глаз, иначе я сам соберу ваши вещи и сегодня отправлю домой…
— А я буду все равно слать вам сов!— усмехнулся Джеймс, понимая, что спор с деканом уже пошел на принцип.
— Так, все, неделя наказаний, мистер Поттер! У нас как раз истерлись своды школьных правил, а почерк у вас хороший. В понедельник жду вас после ужина…— и Фауст занес предписание в карточку Джеймса.
Мальчик хмыкнул и пошел прочь. В коридоре он наткнулся на профессора Лонгботтома, который нес какой-то горшок. Разговаривать с Невиллом не хотелось, поэтому мальчик подождал, пока тот скроется на лестнице, и продолжил свой путь.
Он останется в школе на каникулы, решено. Он облазает каждый уголок замка, но найдет свою метлу!
На ступеньках Джеймс заметил красно-желтый цветок с пушистыми лепестками, рассеянно поднял и пошел в Большой Зал, где уже в разгаре был воскресный обед.
— Привет, Джим,— в дверях он столкнулся с Мари-Виктуар, такой же красивой, как всегда. С ней были две ее подружки, но они казались совершенно незаметными на фоне кузины.— Что это?
— Цветок. Для тебя,— улыбнулся мальчик. Мари рассмеялась, взяла цветок и сразу же вдела его в волосы.
— Ну, как?— она повертелась, чтобы подруги могли на нее посмотреть. Джеймс улыбнулся, любуясь кузиной.
— Мари!
Джеймс обернулся и увидел, как к ним спешит взволнованный Тедди Люпин.
— Что?— нахмурилась девочка.
— Сними сейчас же!— он буквально вырвал цветок из волос Мари-Виктуар и бросил на пол, растоптав.
— Что ты сделал?!— рассердился Джеймс.
— Тед…— Мари вопросительно посмотрела на парня.
— Это же цветок куста-лизуна,— пояснил Люпин, но Джеймсу это ни о чем не сказало. А вот кузина насупилась.— Он, нагревшись до температуры тела, растекся бы клейкой массой, которую бы пришлось снимать вместе с волосами!