Перекресток
Шрифт:
— Мистер Поттер!
Джеймс развернулся и выскочил из кабинета, жалея, что он не может забиться куда-нибудь на чердак и что-нибудь сломать. Как же они достали со своими глупыми предрассудками! Поттер! И что?! Он не подписывался быть Гарри Поттером! И не подпишется…
*
Скорпиус вернулся в гостиную после краткого и вполне приятного разговора с деканом, который пожурил его и занес наказания в личную карточку. Малфой лишь хмыкнул — они бы еще письмом домой ему погрозили, вот бы папа обрадовался, что его сын в первый же день
Он бросил взгляд на часы — через десять минут будет колокол с урока. Первый же урок в Школе он пропустил, начало впечатляет.
В гостиной было несколько слизеринцев-старшекурсников.
— Эй, Скорпиус, подойди сюда, если тебе не трудно.
Малфой узнал старосту Слизерина, который в вагоне чуть не вывернул ему плечо.
Он теперь знал, что парня звали Родерик Эйдан, по материнской линии он шел от первых Блэков, по отцу — от Фоссетов. Они с Малфоем не были знакомы, все-таки разница в возрасте, но Скорпиус был уверен, что Эйданы не раз бывали в их доме.
— Ты почему не на занятиях?
Малфой хмыкнул, по лицу старосты прочитав, что тот уже знает об инциденте в классе Заклинаний.
— Профессор Флитвик решил, что я уже достаточно знаю, и разрешил прийти лишь в конце года, на экзамен,— ухмыльнулся мальчик, засунув руки в карманы.
— А двадцать баллов с тебя сняли за глубокие познания?— хмуро произнес Родерик, вставая. Надо отдать должное воспитанию Эйдана: он говорил приглушенно и не привлек к ним лишнего внимания. Скорпиус даже начал его немного уважать и потому решил все-таки ответить, хотя Малфои никогда не объясняются и не оправдываются.
— Я поскользнулся и случайно задел однокурсника,— пожал плечами мальчик.— Я же не виноват, что тот оказался таким хрупким.
— Слушай, я понимаю, ты Малфой и все такое,— Скорпиус хмыкнул на этих словах,— а он сын Гарри Поттера, но ты должен думать о факультете. Кубок Домов второй год подряд ушел прямо из наших рук, в этом году никто этого не потерпит. Ты понимаешь?
— А я похож на тупого хаффлпаффца?
— Тогда постарайся в следующий раз споткнуться в месте, недоступном для глаз преподавателей, ясно?— чуть более сурово произнес Родерик.— Ваша вражда — это только ваше с Поттером дело, не вреди этим факультету.
— Какая вражда?— Скорпиус начал злиться.— Мне вообще плевать на это лохматое недоразумение.
— Вот и прекрасно,— с чуть насмешливой улыбкой закончил Родерик, похлопав первокурсника по плечу.— Ничего другого от Малфоя я и не ожидал.
Скорпиус пожал плечами, глядя, как староста подходит к девушке у окна (кажется, это была старшая дочь из клана Флинтов), потом развернулся и пошел прочь, слушая зазывный звук колокола.
*
Джеймс решил, что самым любимым предметом (ну, после Защиты от Темных Искусств) у него будет История Магии. На сытый после плотного обеда желудок он смог выспаться за целых сорок минут удобного шелеста профессора Биннза, замечательного призрака, от которого было столько пользы — он превосходил лучшее усыпляющее зелье.
Поттер удобно расположился за задней
В классе Минервы МакГонагалл сразу же воцарилась тишина, студенты боялись даже перешептываться. Наверное, действовала атмосфера. Джеймс занял уже полюбившуюся ему парту и хмыкнул: Малфой сел в правом от него ряду, тоже в конце. Слизеринец явно игнорировал Джеймса, и мальчик решил держаться той же линии поведения.
Лицо болело, особенно челюсть, но идти к школьной целительнице он не собирался из принципа.
МакГонагалл стремительно вошла в кабинет и встала перед партами, сразу же вперив суровый взгляд в Джеймса, и он понял, что ничего хорошего подобный взгляд ему не обещает. Успокаивала только мысль, что не одному ему достанется, ведь есть справедливость на свете.
— Если кто-то полагает, что, приехав в Школу, он уже не может легко отсюда вылететь, этот кто-то ошибается,— произнесла директриса, поджимая губы.— Это мое последнее предупреждение. Оно касается всех!
Джеймс сглотнул, надеясь, что ему никогда не представится возможность находиться один на один с МакГонагалл, даже если она будет в хорошем настроении.
— Поттер! Малфой!— окликнула их директор, когда раздался звук колокола, наконец-то возвестивший о том, что первый день занятий закончился.
Мальчики на почтительном расстоянии друг от друга подошли к директрисе. На лицах обоих не было ни вины, ни страха — только упрямство, что не могла не заметить директриса.
— Вот что, друзья мои,— начала профессор, упершись руками в стол.— Или вы начинаете подчиняться общепринятым правилам поведения в Школе, или же я заставлю вас им подчиниться! Не позорьте своих родителей маггловыми драками и выяснениями того, кто из вас лучше! Вы оба — всего лишь двое дерзких мальчишек, которым, судя по всему, еще нужно научиться быть людьми прежде, чем давать вам в руки палочку!
Джеймс стыдливо опустил глаза, разглядывая шнурки своих кроссовок. Все из-за тебя, мерзкий слизняк!
— Вы оба наказаны. На неделю. После ужина пойдете в библиотеку, мадам Пинс найдет вам работу.
— Но, профессор…
— Вы хотели что-то сказать, мистер Поттер?
Джеймс сглотнул, но потом продолжил свою мысль:
— Вы не боитесь за библиотеку?
Мальчик слышал, как рядом фыркнул Малфой. Он бы, наверное, сам улыбнулся, но грозный взгляд МакГонагалл пресек даже мысль об этом:
— Я боюсь только одного: как бы завтра в школе не стало на двух студентов меньше!
Гриффиндорец скосил глаза и понял, что для Малфоя эта весть из уст директора тоже не была безумно приятной. И, возможно, это было впервые для слизеринца — его отчитали! Так тебе и надо, индюк белобрысый!
День, как начался безобразно и вверх тормашками, так, судя по всему, и закончится, обреченно подумал мальчик.
Глава 3. Его факультет.
— Глупый Поттер-обормотер!
— Отстань!