Перекресток
Шрифт:
— А ты… такой же… трус… и подонок… как твой… отец…— Джеймс ударил Малфоя по носу и смог оттолкнуть от себя, чтобы размахнуться.
Сильные руки оттащили их друг от друга.
— Прекратите!— резко крикнул кто-то, и мальчишки только тогда поняли, что перед ними стоят двое старост — мальчик со Слизерина, которого на платформе видел Джеймс, и Тедди Люпин с Гриффиндора. Они крепко держали подравшихся, не давая им пошевелиться.
— С ума сошли?!— взревел слизеринец, встряхивая Малфоя.— Решили вылететь из школы до того, как туда поступили?!
—
— Ничего,— буркнул мальчик, стараясь не показать боли, что причиняли ему любые движения.
— Почему подрались?— настаивал слизеринец, опять встряхивая Скорпиуса.
— Конфеты не поделили,— ответил Малфой.— Отпусти.
— Еще чего! Чтобы вы…
— Отпусти, я сказал,— холодно и твердо приказал мальчик, сверкнув глазами цвета льда.— Я Малфой…
— Да хоть Министр, мне плевать,— огрызнулся слизеринец, но хватку ослабил.— Пошли со мной…
— Я останусь здесь,— так же холодно ответил Скорпиус.
— Джеймс…— начал Тедди.
— Еще чего, никуда не пойду,— Поттер вывернулся из рук старосты и плюхнулся на прежнее место у окна, рукавом стирая кровь с лица.
— Оставь их,— бросил слизеринец, отпуская Скорпиуса.— Еще раз подеретесь — я вас свяжу, так и знайте…
— Держи…— Тедди протянул платок Джеймсу, и тот взял, не оборачиваясь и не говоря «спасибо».
Дверь купе хлопнула, оставляя в нем атмосферу откровенной неприязни и запах крови.
Старосты еще три раза заходили к ним, видимо, проверяя, но каждый раз встречали одну и ту же картину: Джеймс сидел, глядя в окно, а Скорпиус скучающе изучал какой-то журнал, не обращая ни на кого внимания. По крайней мере, создавалось такое впечатление…
Когда поезд остановился, Джеймс тут же поднялся, поспешно надел мантию и взял клетку. Малфой его опередил — он степенно покинул купе, даже не взглянув на Поттера.
— Ну, и катись, червяк белобрысый!— фыркнул Джеймс, выходя на платформу Хогсмида.
— Первокурсники! Все первокурсники сюдысь!
— Привет, Хагрид!— Джеймс подбежал к другу отца, глядя на него снизу вверх.
— Привет, Джим, как ты? Что у тебя с лицом?— нахмурился егерь, держа фонарь повыше.
— Боевое ранение,— гордо ответил юный Поттер, и ему показалось, что он услышал за спиной презрительное фырканье.
Хагрид повел их к лодкам (отец рассказывал о них, но Джеймс и не предполагал, что все будет так интересно). Благо, что дождь прекратился…
— Я попаду на Рейвенкло, как мой папа,— прошептал возбужденный мальчик с пшеничными волосами, когда Хагрид, дождавшись, пока они все покинут лодки, вел их к огромным дверям Хогвартса. Джеймс крутил головой, пытаясь ничего не упустить. Кажется, он даже видел Запретный лес…
— А я надеюсь, что меня отправят на Гриффиндор…
Джеймс заинтересованно оглянулся на мальчишку с темными волосами и круглыми, будто удивленными глазами.
Навстречу
Джеймс не слышал и трети слов из речи профессора Фауста, декана Гриффиндора и заместителя директора школы, потому что таращился по сторонам, глядя на плывущих к высоким дверям призраков. Он много о них слышал, но еще никогда не видел.
— Чего застыл, подбитый?— подтолкнул его кто-то в спину, и только тут Джим понял, что двери в Большой Зал отворились и колонна первокурсников двинулась по проходу между столами.
Скорпиус, услышав, как назвали Поттера, лишь дернул уголком губ, идя почти в конце вереницы. Он скучающе взглянул на потолок, который хмурился так же, как небо за большими окнами. Свечи били по глазам, поэтому Скорпиус стал смотреть перед собой, слушая шум Зала.
— Когда я назову фамилию, проходите, садитесь и надеваете Шляпу,— лаконично возвестил профессор Фауст, доставая длинный свиток.— Затем садитесь за стол названного факультета.
— Анистон, Матильда!
Маленькая девочка с короткими темными волосами и пухлой нижней губой взобралась на стул и осторожно опустила на голову Шляпу, словно ждала не распределения, а приговора Визенгамота.
— Рейвенкло!
— Вейн, Вернон!
Один из двух мальчиков-близнецов несмело шагнул к табурету и надел Шляпу, глядя на свои дрожащие руки.
— Гриффиндор!
Джеймс почти позавидовал радостному мальчишке, который уже смог сесть за стол, к которому мечтал присоединиться и юный Поттер.
— Вейн, Клод!
Через пару мгновений Клод сел рядом с братом, а затем и Ричард Графф, высокий, но очень худой мальчишка, отправился за тот же стол.
Джеймс уже начал бояться, что Шляпа, исчерпав лимит на гриффиндорцев, отправит его на другой факультет...
— Вуд, Стефани!
— Хаффлпафф!
Джеймс кусал губу, не отрывая взгляда от Шляпы, которую то и дело надевали испуганные и взволнованные однокурсники.
Шли минуты, зал то и дело взрывался шумом и приветственными криками, хотя Джеймсу казалось, что странно так радоваться, если кого-то отправили коротать срок учебы на Хаффлпафф. Лучше уж Слизерин (можно бы было вести подрывную деятельность во имя Гриффиндора)…
— Малфой, Скорпиус!
Мальчик с серебристыми волосами лениво сел на табурет, ничем не показывая своего волнения. Преподаватели переглянулись, кто-то склонился к сидящей во главе стола директрисе. Студенты перешептывались, привставая, чтобы посмотреть на мальчишку с синяками и разбитой губой.
А Скорпиус, не обращая на эти глупости внимания, водрузил на свою макушку кусок старой тряпки, надеясь, что ее хоть иногда дезинфицируют, и приготовился получить желаемое, когда в его голове раздался голос Шляпы: «А верный ли ты путь выбрал, Скорпиус Малфой? Твой ли он?».