Перекресток

Сфинкс

Джеймс выплюнул уже отпитый чай обратно в чашку. Ну, и манеры, подумал Скорпиус, глубоко дыша, чтобы перебить смех.

— В смысле?— тупо переспросил гриффиндорец, недоуменно переводя взгляд с одной девочки на другую.— При чем тут…?

— Поттер,— Скорпиус пнул его под столом, чтобы друг заткнулся.— Ты, видимо, пережил стресс, не каждый день тебя… Марта за шею… хватает посреди улицы,— потом слизеринец обернулся к Хелене и Энжи.— Я же вам сказал, что это секрет. Тем более что Марта не учится в Хогвартсе…

— А где она учится?

Малфой

видел, как медленно отвисает челюсть у мало что понимающего Джеймса, поэтому еще раз пнул друга.

— В Женской Магической Академии на юге Уэльса… А теперь простите, нам пора,— Скорпиус поднялся и взглядом показал другу, чтобы тот тоже вставал. Поттер, спасибо гиппогрифу, сообразил, взял мантию, потом протянул руку и прихватил два тыквенных пирожных. Малфой бросил на стол монеты и почти выпихал гриффиндорца из бара.

— И что это было?— Джеймс растерянно смотрел на друга.

— Твою репутацию улучшаю, цени мою заботу,— Скорпиус нахмурился, услышав стук первых дождевых капель о крышу.— Идем в школу, а то ведь придется тебя потом еще в больничном крыле навещать…

— Что за женская академия, где учится Марта? Малфой, Марта — это собака…

— Главное — не говори об этом Эйвери и МакЛаген,— хмыкнул слизеринец.

— Погоди, ты сказал им, что я…

— Поттер, на что ты жалуешься? Да эта пара растрезвонит по всей школе о том, что ты посреди Хогсмида устроил оргию с какой-то Мартой, студенткой валлийской Академии…

— Малфой, ты идиот? Я теперь не только голубой, да еще и зоофил?!

Скорпиуса внезапно прорвало: он согнулся пополам и начал хохотать. Если каждый поход в Хогсмид будет таким веселым, стоит вести себя хорошо весь год…

*

Был поздний вечер, ветер, который бывает лишь в шотландских предгорьях и только в конце осени, бился о стекла и гудел где-то высоко над замком. Камины пылали, но в коридорах и классах все равно было холодно, поэтому студенты уже после ужина разбрелись по уютным гостиным. Было понятно, что совсем скоро выпадет снег, а снег — это как первый предвестник того, что приближается Рождество. Поэтому с каждым уходящим ноябрьским днем настроение студентов повышалось — не так долго осталось до каникул.

Джеймс Поттер торопливо пересек коридор, поднялся по лестнице и поспешил укрыться за доспехами, когда вдали промелькнул кто-то из профессоров. В руке его, спрятанной под мантию, была теплая бутылка, приятно согревавшая мальчика.

Он толкнул неплотно запертую дверь и оказался в освещенном помещении Зала Наград.

— Как настроение у домовых эльфов Слизерина?— насмешливо спросил гриффиндорец, закрывая дверь и глядя на Скорпиуса, который стоял у дальнего шкафа.

Малфой обернулся и запустил губкой в друга, чуть усмехнувшись. Джеймс легко поймал летящий в него предмет свободной рукой, доставая из-под мантии бутылку.

— Что это?— Скорпиус потер руки, пытаясь их согреть.

— Чай тебе принес, горячий,— улыбнулся гриффиндорец, отдавая другу бутылку.— Эльфы

сказали, что если нужно, могут и пирогов тебе разогреть.

— Поттер, я, в отличие от некоторых, не страдаю хроническим обжорством,— усмехнулся Скорпиус, откупоривая бутылку и грея об нее руки.

— Как продвигается обширная уборка трофеев?— Джеймс прошелся вдоль стеклянных витрин, за которыми блестели награды: кубки, значки, медали…

— По расписанию,— хмыкнул Скорпиус, с наслаждением ощущая, как горячий чай начинает греть его изнутри.— Но можешь передать Уизли, что ее значок я протирать не собираюсь…

— Ага, обязательно,— Джеймс подошел к открытой сейчас стеклянной дверце.— Помочь?

— Тебе заняться нечем?— Скорпиус отобрал у друга губку и отставил бутылку.— Ты же обещал, что, пока я наказан, ты напишешь для нас сочинения по Травологии…

— Я уже написал,— пожал плечами гриффиндорец, глядя, как друг достает очередной кубок и начинает со скучающим видом его протирать.

— Поттер, ты здоров?— ухмылка промелькнула на бледном лице Малфоя.— А что ты еще полезного сделал, пока я тут как эльф тружусь?

— Хм, я прочел журнал «Все о квиддиче», написал для нас обоих расшифровку чаинок,— Скорпиус дернул уголком губ,— а также убрался в своих вещах… Молодец я?

— Просто нет слов, Поттер,— Скорпиус вернул кубок на место и повернулся к другу.— Убрался — это сгреб все в кучу и запинал под кровать?

— Ну, что-то в этом роде,— усмехнулся Джеймс, достал из кармана в кое-то веки чистый платок и взял значок с полки.— Как думаешь, Фауст ограничится твоими сегодняшними трудами или и завтра не оставит тебя в покое?

— Не переживай, Поттер, к матчу я буду свободен,— Скорпиус не стал опять гнать прочь гриффиндорца, который и тут решил ему помочь, хотя слизеринец был против. Его поймали — он сам за это и должен ответить, тем более что Джеймс в том инциденте не участвовал и вообще о нем не знал. К слову, Поттер тогда отбывал наказание у МакГонагалл, потому что два раза пришел к ней на урок неготовым.

— Да я не из-за этого,— пожал плечами Джеймс, старательно натирая значок «Первый ученик». Скорпиус лишь надеялся, что до этого гриффиндорец не сморкался в платок.— Жаль, что ты не можешь позвать своего эльфа…

— Поттер, я не понял: ты что, соскучился по мне?— Малфой сложил на груди руки, чуть улыбаясь.

Да, жаль, что отец запретил Донгу являться в Хогвартс. Скорпиус понимал, что это глупая месть отца за Поттера. Ничего, переживем. Хотя, конечно, эльфа не хватало. Малфой уже пятый вечер отбывал наказания — за то, что тренировал заклинание на сокурснице.

Ну, а что ему было делать? Поттера не было, уроками заниматься никакого желания, скукота, вот слизеринец и решил заняться самообразованием… Жаль, что он недооценил Пьюси: она тут же кинулась жаловаться. В следующий раз стоит выбрать себе в «помощники» Забини — уж та если и ответит, то сама, к преподавателям жаловаться не побежит, не из того теста сделана.