Перекресток
Шрифт:
— Хорошо. А ты?
Я пожала плечами и сорвала еще один цветок, на этот раз фиолетовый.
— Слышал, ты вышла замуж.
— Да. Около месяца назад. — Кольцо на моем пальце никогда еще не было таким тяжелым. То же самое можно сказать и о тяжести на моем сердце.
Уэст позволил мне собирать букет до тех пор, пока он не увеличился вдвое.
— Почему ты плачешь, Инди?
Черт бы его побрал. Черт бы его побрал за то, что он слишком хорошо меня знает.
Я
— Я не плачу.
— Инди. — Его красивые карие глаза смягчились. Он поднял руки, словно собираясь обнять меня.
Но я сомневалась, что его жена оценит это.
Как и мой муж.
Я отступила на шаг.
Он опустил руки.
— Как Кортни?
На его лице появилось хмурое выражение.
— Это, э-э, не сработало.
Второй год подряд земля ушла у меня из-под ног.
Он не был женат.
Он так и не женился.
О, боже. Было больно. Черт, как же больно. Мне снова захотелось закричать.
Эта поездка была такой большой ошибкой.
— Я… — Сказать было нечего, поэтому я закрыла рот. Затем уставилась на Уэста, а он на меня. Тысячи слов повисли в воздухе между нами, слов, которые мы никогда не произносили. Слов, которые мы должны были сказать много лет назад.
— Индия.
Мое имя прорезало воздух, заставив меня отвести взгляд от Уэста.
В нашу сторону шел Блейн. Его походка была легкой. Он не выглядел так, будто спешил, но эти широкие шаги выдавали его.
Его джинсы были темными и жесткими. Его ботинки сияли и были новыми. Его рубашка была накрахмалена. Он выглядел совершенно неуместно на гравийной дороге.
Уэст наклонился, и это движение отвлекло мое внимание. Он сорвал белый цветок и протянул его мне, вставая.
— Рад тебя видеть, Инди.
— И я тебя тоже, Уэст. — Я взяла цветок и добавила его к своему букету.
Позже той же ночью я ускользнула из «Беартуса» и оставила этот букет в крепости детства Уэста.
Глава 25
Уэст
В лодже меня встретило хихиканье.
Две женщины — девушки лет двадцати с небольшим — стояли под люстрой, разговаривая с Джексом.
В руке он держал свою ковбойскую шляпу. Его джинсы были в пыли, но он все еще был в своих чапах (прим. ред.: чапы — кожаные ноговицы (гетры, гамаши), рабочая одежда ковбоя, которые надеваются поверх обычных штанов, чтобы защитить ноги всадника во время езды по зарослям чапараля, от укусов лошади, от ушибов при падении и т.д.). Вероятно, он только что закончил на сегодня работу гидом.
Когда он одарил
Позади них, за стойкой регистрации, Тара закатила глаза.
Я прочистил горло, подошел к брату и хлопнул его по плечу.
— Джекс. Дамы.
Одна из девушек покраснела так, что ее щеки стали такого же ярко-розового цвета, как ее майка.
— Есть минутка? — спросил я Джекса, кивнув подбородком в сторону противоположного конца вестибюля.
— Конечно. — Он помахал девушкам. — Увидимся.
Когда они помчались вверх по лестнице, перешептываясь друг с другом, я шлепнул брата по руке.
— Эй. — Он потер ушибленное место. — Что это было?
— Джекс. — Я бросил на него равнодушный взгляд.
— Мы просто разговаривали, — сказал он, изображая невинность.
Тара усмехнулась.
— А я семь футов ростом (прим. ред.: примерно 213 см.).
— Просто флиртовал с гостями, — сказал я.
— Делай то, что говоришь, а не то, что делаешь?
— Хм?
Взгляд Джекса переместился на открытые двери столовой, где Индия стояла у стойки бара с парой гостей, улыбаясь и разговаривая с ними.
Столы были накрыты, но пусты. Ужин должен был начаться только через час, а сегодня вечером будет разведен костер, так что большинство людей ели на свежем воздухе. Но бар был открыт, чтобы подавать напитки, и Рид накрыл маленький столик с закусками.
— Индия не гостья, — сказал я.
— Но она была. И ты нарушил все правила.
Да. Я нарушил правила. Без угрызений совести.
Прошла неделя с тех пор, как Индия приходила ко мне с ужином. Неделя, как она спала в моей постели.
Неделя, когда мы начали все сначала.
На самом деле это было не все сначала. Нашу историю нельзя было забыть. И даже если бы это было возможно, я бы не хотел стирать наше прошлое.
Но нельзя было отрицать, что в этот раз все было по-другому.
Индия была здесь.
И я не собирался отпускать ее.
Она улыбалась гостям, пока они разговаривали. Она откинула локон с лица. Что бы она им ни говорила, они ловили каждое ее слово.
Индия была полностью в своей стихии, как будто была рождена для этого. Мое сердце слишком сильно забилось в груди.
Я любил ее.
Я чертовски любил эту женщину.
Я любил ее всю свою чертову жизнь.
— Черт возьми, она хорошенькая. — Заявление Джекса отвлекло мое внимание. — Думаешь, она выбрала бы парня помоложе?
Я снова хлопнул его по руке.
— Шучу. — Он усмехнулся. — Ты пробовал что-нибудь из новых блюд?
— Индия как-то вечером принесла кое-что из нового меню. Было вкусно.
— Действительно вкусно. И Рид теперь готовит меню для персонала. Мы можем перекусывать на ходу.