Перекрёсток
Шрифт:
– Как он туда забрался? – растерянно спросил Илья.
– А сам не понял? – ехидно спросил Ефим, – его тащили. Тварь напала на него здесь, взяла в оборот, прыгнула и выскочила. Он, возможно, в сознании был и след намеренно оставил.
Так непонятные пока «твари» прочно вошли в их лексикон. Искать кого-то здесь было уже бесполезно. На улице они нашли ещё несколько капель крови, но это было всё. Даже направление, в котором его тащили, было непонятно. На этом поиски решено было сворачивать, ясно было, что Климова они уже живым не увидят. А какие выводы можно ещё сделать из того факта, что он попал в зубы к твари, способной запрыгнуть с человеком на высоту четырёх метров?
Вся
Как бы то ни было, а в лагерь они добрались без приключений, вид окровавленного Ефима едва не вызвал панику, только Семён Семёнович не растерялся и сразу достал ящик с инструментами и лекарствами. Когда распороли куртку, смогли разглядеть рану. Выглядела она страшно, из бока был вырван кусок мяса, причем, тот, кто это сделал, должен был иметь необыкновенную силу. Но все трое видели маленькое существо, размером с собаку, ну пусть, крупную собаку. Кроме того, когти оставили рядом с раной глубокие борозды, которые начал старательно зашивать врач.
– Что за хрень творится? – высказал Петренко вопрос, который интересовал всех.
– Искали Климова, – начал пояснять Илья, – нашли кровавые следы. Скорее всего, он мёртв. На обратном пути на нас напала непонятная тварь, маленькая, но сильная и быстрая. Мы отбились, но она ранила Ефима. Жить будет?
– Будет, – без особой уверенности ответил врач, – но нужна госпитализация.
– Нет, позвольте, – вмешался Сливкин, – ну, какая госпитализация, вы же видите, с ним всё хорошо. Отлежится немного и встанет, вы ведь врач, окажете помощь, лекарства есть.
– Независимо от этого, нужно отсюда валить, – подал голос, молчавший до этого, пожилой лингвист Головин.
– Ну, что вы такое говорите, Семён Викторович, – снова заверещал Сливкин, – вы ведь слышали, что у нас автономная экспедиция, две недели, оплата по завершении. А вы предлагаете всё бросить?
– Тут вообще-то человека убили, – напомнил Паша, – и чуть было не убили второго.
– Ну, вы же не видели труп, может быть, он жив, только ранен и лежит где-то, мы его скоро найдём. Вам легко говорить, уйдём и всё, а докладывать Зацепину я буду, и что я ему скажу? Один товарищ заблудился, а мы перепугались и всё бросили? Нет уж, давайте сперва разберёмся, что произошло, а уж потом со спокойной совестью доложим начальству.
Все с обречённым видом стали расходиться по углам. Никто не горел желанием оставаться здесь, согласились только потому, что была надежда найти Климова, да и прорываться ночью через город, полный тварей, желания не было ни у кого. На столе стоял полный котелок супа, но ни у кого не было аппетита. Пытаясь внять голосу разума, Илья через силу съел несколько ложек прямо из котла. Вкус понравился, Лидия Михайловна постаралась на славу, только есть некому. Он вернулся на своё спальное место и прилёг на расстеленное одеяло, пытаясь разгрызть каменной твёрдости галету. От мрачных мыслей его отвлёк Головин:
– Скажите коллега, вы сегодня образцов письменности не находили? Я сфотографировал несколько, но сканер их плохо принимает.
Илья протянул ему книгу. Тот просиял и, отсканировав таблицу, загрузил изображение в ноутбук. Тот начал прогонять полученное изображение через кучу загруженных файлов, но, как и ожидалось, никаких аналогий с имеющимся на земле языком, живым или мёртвым, не нашлось. Старик тяжело вздохнул:
– Вот, следовало ожидать, а я уже, грешным делом, поверил, что машина может знать больше меня. Не может. – Он пошёл спать, сокрушаясь на тему бесполезности своего пребывания здесь.
Спали плохо. Периодически кто-то вставал, курил, ходил из угла в угол, подбрасывал дрова в костёр. Последнее, кстати, было далеко не лишним, твари, кем бы они ни были, должны бояться огня. Возможно, именно по причине наличия огня, они до сих пор не напали на лагерь.
Глава вторая
Утро не принесло облегчения. Ефим спал беспокойным сном. Он был бледен, но врач сказал, что опасности заражения нет. Сливкин его в этом горячо поддержал. Все, кроме раненого, женщины и стариков, собрались на поиски. Оставшимся порекомендовали поддерживать огонь и ждать группу. В авангарде были Илья и Паша. Вооружились, кто чем мог, в основном, металлическим хламом, собранным в домах и других строениях. Илья Поиск начали от того здания, где нашли следы крови. Собственно, дальше идти можно было в любую сторону. Никаких следов больше не было. Зато все стали замечать, как то тут, то там, по стенам прыгают некрупные звери, вроде обезьян. Группа горе-вояк сбилась в кучу, ощетинившись оружием.
– Это они Ефима порвали, точно, – Паша приподнял свою палку, словно собирался броситься в бой.
– Желание продолжать поиски резко уменьшилось, группа стала смещаться в сторону лагеря.
– Сегодня же сворачиваемся и валим, – вынес вердикт Петренко.
– Послушайте… – начал было Сливкин.
– Нет, это вы послушайте, Зацепину скажете, пусть с нами взвод солдат отправляет, тогда работать будем, а пока… я не за этим нанимался.
– В любом случае, проход откроется только в семь часов вечера, – глава экспедиции окончательно включил дурака.
– Есть экстренное открывание, так что пройдём, – парировал Паша.
– Экстренное – это на крайний случай, вы же понимаете, во что встаёт такое открывание.
– Крайний случай – это когда твари человека загрызли и ещё одного ранили. Это крайний случай! – Паша постепенно свирепел, ещё немного и даст главному по жирной морде.
Но всё закончилось проще. Прилетевший сверху крупный обломок проломил Сливкину череп. Вся затылочная часть была просто снесена, осталось только широкое лицо с застывшей гримасой удивления. Он ещё пару секунд постоял на ногах, после чего тело грузно осело под себя.