Перекресток
Шрифт:
— Твоих рук дело? — сзади появился Хрохан, с живым интересом наблюдающий за развернувшейся баталией.
— Ага, — с гордостью подтвердил я и остановил собиравшегося уходить лича. — Принц, мы тут надолго застряли? Выть хочется от скуки… А ещё хотелось бы побеседовать о наших будущих планах.
— Хорошо, — он кивнул, на секунду задумавшись. — Улажу одно небольшое дело с орками, а как освобожусь, поговорим обо всём подробно…
После яркого солнца внутри шатра, казалось, царила непроглядная темнота. Хрохан немного задержался у входа и прикрыл глаза, стараясь быстрее привыкнуть к тусклому освещению.
— Проходи, Великий, — торжественно произнес он. — Все собрались, теперь Тхэ-Шор будет говорить.
Принц опустился на расстеленную прямо на земле шкуру и приготовился слушать, не особенно, впрочем, рассчитывая на успех — за два дня ему довелось узнать немало историй, но ни в одной из них не было сведений, которые бы его заинтересовали. В этот раз, по словам вождя, представитель какого-то древнего рода собирался поведать старую легенду о временах зарождения человеческой расы. Если сказание опять окажется пустышкой, останется надеяться только на удачу Гроха — возможно, ученику удастся разжиться нужными манускриптами в Библиотеке Хоредона. Только бы в этот раз обошлось без неожиданностей, как раньше в Дастароге…
— Говори! — приказал Трижды Великий и в упор посмотрел на дряхлого орка напротив.
Шаман Тхэ-Шор закрыл глаза, поднёс к тонким губам длинный деревянный чубук, глубоко затянулся и окутался густыми клубами резко пахнущего дыма. В полумраке вигвама курительная смесь в глиняной чашечке трубки засветилась зловещим красным огнём, отбрасывая багровые сполохи на морщинистое лицо старика и сделав похожим его голову на печёное яблоко. Орк начал медленно раскачиваться взад-вперёд и негромко заговорил, растягивая нараспев слова:
"…Это случилось в тот трудный цур [18] , когда вождь Кэу прогневал Великого Духа Большой Воды и небеса очень рано послали на землю белую холодную шкуру. Племя голодало всю осень, умирали воины, но Кэу даже тогда отказался принести в жертву Великому Духу половину скудного улова. Великий шаман Каб-Уль умолял Кэу отдать то, что принадлежит Духу, не испытывать гнев его. Но помутился разум вождя, не послушал он, а самого Каб-Уля убил и кинул в глубокие воды со словами: — "пусть же ты сам станешь жертвой, если уж Великий Дух требует отдать ему самое дорогое — наши жизни"…
18
цур — год по древне-орочьему.
Всё в подлунном мире умирает и рождается вновь — Великий Круг замкнулся, истлела белая шкура, Большая Вода вновь стала жидкой и облегчённо вздохнуло племя в надежде, что трудные солнца миновали. Да только не забыл Великий Дух обиду, не простил дерзкой насмешки. Наслал могучих демонов бури, потопил все лодки, а рыбаков забрал в пучину — сделал вечными рабами Воды. Однако, сильно прогневал Кэу Великого Духа, не было дерзкому вождю прощения… Как пригрело солнце да оделись леса зеленью листьев, приплыли из туманной дали Большой Воды существа на связанных вместе деревьях под парусами из шкур диких зверей. И наслали на род орков чёрный мор, погубивший почти всех воинов племени Кэу…
Были среди
А пришлых демонов с горящими глазами прозвали Лють за злобу и ненависть. И пошёл от них ужасный род человеческий, который во все времена стремится исполнить до конца проклятие Великого Духа Воды. И не успокоятся они, пока не насытятся кровью и не изведут под корень всю Орду без остатка…
С тех времён орки боятся воды — только Лес защитит нас…
Так говорили Предки…"
Тхэ-Шор замолчал. Казалось, под сводами шатра до сих пор неясными шорохами из тёмных углов звучат слова древней легенды, возникают образы давно ушедших в Леса Предков орков, широко открывавших искаженные страхом рты и торопившихся рассказать всю горькую правду о событиях далёкой старины. Первым пришёл в себя Хрохан — он тряхнул головой, рассеивая наваждение, и тихо спросил:
— А что это за Большая Вода, о которой говорится в легенде?
— Лють… люди называют её морем, — важно пояснил вождь.
"А вот это уже интересно", — подумал лич. — "Значит, первые люди приплыли сюда издалека. И с ними были маги — эти самые чёрные демоны с горящими глазами…"
— Великий, — Тху нетерпеливо прервал размышления принца, — когда же мы начнём карать наших врагов? Ты слышал, что говорят предки — люди никогда не успокоятся. Мои воины рвутся в бой! Никогда ещё Орда не собирала такой армии!
— Не спеши, вождь. Сначала нужно узнать, откуда человеческие маги черпают силу и уничтожить источник их могущества. Затем настанет и ваш черёд.
— Вот ещё что, Великий, — Тху хмуро посмотрел в глаза принцу. — Сегодня утром вернулись лесные разведчики — они нашли полностью уничтоженный сторожевой отряд, который встретил вас на болотах. Мои воины говорят, что враги шли по твоему следу, Великий, а потом повернули в сторону столицы людей.
Хрохан нахмурился, быстро попрощался и покинул шатёр, не обратив внимания на неприкрытую досаду предводителя орков.
— Трижды Великий, — послышался вкрадчивый голос из тёмного угла, — ты не хочешь сам начать войну? Тогда Великие Маги не смогут уехать и им придётся выступить вместе с нами против людей…
— Ты, как всегда, прав, шаман, — широкое лицо вождя расплылось в довольной усмешке. — Так и сделаем. Пошли гонца — пусть отряды на границе завтра же нанесут удар по Красту, там сейчас не так много защитников…
Чем-то озабоченный Хрохан появился, когда футбольный матч уже закончился и мы с уахом бурно обменивались впечатлениями. Малыш оказался горячим болельщиком и, хотя ничего в игре не понимал, спорил с упоением и отчаянностью спортивного обозревателя районной газеты. Оказывается, не только люди уверены в том, что прекрасно разбираются в политике, медицине и спорте. Уахи в этом вопросе, похоже, дадут человечеству сто очков форы…