Перекресток
Шрифт:
— Похоже, туда, — пробормотал я. — Хоть какой-то знак.
Если честно, уверенности, что кулон не приведёт нас к очередной опасности, не было. До сих пор он "оживал" только при явной угрозе, но сейчас почему-то тревожного ощущения не возникло.
И мы пошли… Камень сиял всё ярче, и в его свете уже можно было разглядеть стены прохода. А когда добрались до огромного зала, я с трудом удерживал кулон в руке — настолько он стал горячим.
— Это он! Нашли! — радостно закричал принц. — Второй Основной Поток!
Зрение тут же переключилось на энергетический режим, и я увидел гигантский фонтан линий Силы в самом центре зала. Господи, как красиво! И почему раньше не пришло
— Сюда! Быстрей все сюда! — не переставал ликовать Хрохан.
Я наблюдал, как из кокона лича медленно вытянулись два отростка: один он обвил вокруг нас, а вторым, казалось, что-то искал среди скопления линий Источника. Когда принц прикасался к ним, они отвечали короткой вспышкой и тихим мелодичным звуком, пока вдруг не прозвучал мощный аккорд, а отросток лича не засиял ярким голубым светом. И тогда я почувствовал, как могучий поток уносит меня за пределы Вселенной…
10. Тесны степные просторы
Командир стражников откровенно не понимал, зачем понапрасну терять время. Конечно, приказ есть приказ — капитан три раза повторил, что без указаний мага и шага лишнего ступить нельзя, но полдня просто таскаться по городу и даже не попытаться захватить двух невооружённых людей? Возможностей-то было предостаточно! Да хотя бы в той жалкой харчевне возле базара: могли спокойно подойти сзади и взять их, что называется, тёпленькими. Складывалось впечатление, будто этот чародей в схватке ни разу не участвовал. Собственной тени боится? Или плащ помять брезгует? Так мог бы в сторонке постоять, пока стражники сделают своё дело — работа-то пустяковая. Хоть бы перекусить разрешил, а то в животе ни крошки хлеба с утра, да и горло промочить не помешает глотком лёгкого вина.
В конце концов, пошёл он лесом! Командир почти с ненавистью посмотрел на некроманта:
— Чего ждём? Момент удобный — лучше не придумаешь. Перекроем боковые улочки и спокойно скрутим обоих!
— Стоять! — прошипел маг. — Указывать будешь кухарке, а сейчас стой спокойно и не суетись!
— Да?! — не унимался стражник. — А зачем мы вообще здесь? Если хочешь только следить, делай это сам! А у моих ребят работы и без того хватает — просто так бродить по городу и вынюхивать не наше дело!
Командир привычным жестом приказал отряду подготовиться к атаке и решительно вышел вперёд. И тут же остановился, потому как теперь рядом с преступниками стояли ещё три человека: один, судя по всему, маг; лицо второго показалось знакомым, а вот третьего он узнал сразу даже со спины — кто ещё в Дастароге пользуется двумя мечами?! Стражник моментально забыл о запрете некроманта:
— Агр! Вернулся? Как там Заронг?
— Привет, Мель, — мечник традиционно поднял сжатый кулак. — Новости есть, скоро узнаешь. У вас-то что?
— Да что у нас может случиться? — командир с досадой сплюнул. — Ерундой занимаемся. Вот и сегодня уже полдня…
Стражник едва не прикусил язык: Агриэль-то свой, проверенный, а кто его спутники? Не хватало только неосторожным словом наделать какой беды! Он оглянулся, отыскивая взглядом затаившегося некроманта, и с удивлением обнаружил, что тот исчез. Нет, определённо тут дело тёмное. Не зря этот пришлый маг ему сразу не понравился! Командир подошёл к мечнику почти вплотную и тихо прошептал:
— Агр, на пару слов…
Халит оценивающе осмотрел Фелума с ног до головы, многозначительно вздёрнул брови и с усмешкой повернулся к лекарю:
— Помнишь меня?
— Ты изменился, — знахарь говорил спокойно, — но я
Маг рассмеялся:
— Ты тоже постарел, но Силу, как вижу, до сих пор чувствуешь и понимаешь хорошо. Не согласишься помочь ещё раз?
— Неужели мои скромные навыки могут пригодиться лучшему ученику Магистра? — казалось, лекарь всё же удивился. — Пусть даже и бывшему?
— Не прибедняйся, старик, — Чужак перестал улыбаться, — за годы странствий я так и не встретил ни одного лекаря с такими способностями…
…Они познакомились в столице, когда Халит, тогда ещё мальчишка, бегал к воротам Академии. Тот день мало отличался от всех остальных: бесконечно-нудная работа с кожами, дежурные окрики хозяина и ожидание вечера, когда можно вдохнуть свободу полной грудью и приблизиться к мечте на расстояние вытянутой руки. Мечта порой способна даже юношу заставить вытерпеть любые испытания, но ночь приготовила такой сюрприз, что, казалось, жизнь Халита неизбежно должна круто измениться. Причём, в худшую сторону.
Он уже возвращался в тесную пристройку к мастерской и думал, как будет смотреть на звёзды, как в тысячный раз представит себя на месте лучших учеников Академии, а главный маг-наставник раскроет тайны владения Силой, и он, пусть и не сразу, а когда немного подрастёт, станет могущественным чародеем человеческой расы. Это обязательно случится, потому что иначе попросту быть не может — в мечтах мы всегда самые сильные, смелые и благородные…
Занятый мыслями, мальчик не заметил в полумраке улицы небольшой камень на булыжной мостовой. Однако и пустяковое препятствие порой грозит серьёзной бедой — Халит шагнул слишком неудачно. Нога подвернулась, лодыжка отозвалась взрывом резкой боли, и парень упал, сильно ударившись локтем об угол бордюра. Ступня распухла прямо на глазах, словно опара возле тёплой печи, а рука занемела и напрочь отказывалась повиноваться. Мальчик попытался встать, но тут же понял, что дальше идти сам не сможет. Злость, обида и осознание собственного бессилия прорвались наружу слезами — Халит сидел и тихо скулил, как побитый пёс. Кому он теперь нужен? Хозяин "безрукого" помощника держать не станет, да и прочим юный калека вряд ли чем-то глянется. Разве что банде убогих с городского базара, но и там за корку хлеба или придушат, или заставят вернуть две. Мальчик чувствовал, как отчаяние затягивает всё глубже, и заплакал ещё сильнее…
— Чего ревёшь?
Рядом стоял мужчина. Если бы не странный наряд, вполне можно принять за обычного горожанина: среднего роста, коренастый, с перетянутыми тонким кожаным ремешком волосами, как принято у ремесленников. Да и широкие натруженные ладони прямо указывали, что человек, скорее, привык работать руками, а не языком. Но вот одежда… одежда откровенно поражала. Первое, на что сквозь слёзы обратил внимание Халит, были сапоги — из мягкой кожи, выделанной искусно и тщательно, с дорогой шёлковой шнуровкой и тиснёным клеймом известного столичного мастера. А вот заправленные в них простые льняные штанины, казалось, уже полжизни протирал коленками обычный крестьянин. Горожане таких портков не носили. Уж в этом мальчик не сомневался — сам недавно из деревни, так что было с чем сравнивать. Плотная кожаная безрукавка поверх рубахи вполне могла принадлежать торговцу, а небрежно свёрнутый тёмно-синий плащ на плече говорил, скорее, о принадлежности владельца к уважаемому в столице сословию врачевателей.