Перекресток

Сир Андре

Да ещё так некстати уехал Мадук… Хоть какая-то помощь против колдунов кара-маулей. Правда, вчера вернулись, наконец из Заронга ученики Магистра, но особо рассчитывать на их способности не приходится. Хорошо ещё, что Глан доверяет Халиту больше, чем Правителю, поэтому обещал завтра же прислать на заставу всех воинов. А, возможно, просто боится — столица далеко, а ученик Мадука совсем рядом. Тем более, что ссориться с Чужаком ему сейчас не с руки, о такой свободе в управлении Конвентом Председатель не мог и мечтать…

А ещё Халита беспокоил неведомый

Спящий… Даже бесстрашная Гата произносила это имя со страхом. Они потратили на поиски мага два дня, но всё напрасно — не помог даже дар дочери колдуна кара-маулей. Единственное, что обнаружил Чужак в горах, была пещера Харата с десятком молчаливых монахов. Про Спящего старый Магистр ничего им не рассказывал — то ли не захотел, то ли сам не знал. Заронг до сих пор хранит тайны, о которых неизвестно никому. Единственное, чем они могли помочь добровольные затворники людям — обещали предупредить о приближении степняков…

Халит невольно посмотрел в сторону невидимого отсюда убежища Харата и вздрогнул от неожиданности. Показалось? Нет, точно — на склоне горы слабо мерцал огонь далёкого костра. Монахи сдержали слово…

8. Мышеловка и капкан

Серхио с тревогой наблюдал за Харатом и следопытами. Казалось, даже воздух стал густым и тягучим от напряжения, готового в любой момент перерасти в грандиозный скандал. Усли не сказать большего. Достаточно любого пустяка — неосторожного взгляда, резкого слова, жеста и о последствиях можно только догадываться.

— Я тоже узнал тебя, Нагиласса, — Магистр повернулся к членам Большого Круга. — Как видишь, я жив. Но сейчас не время вспоминать старое — нужно остановить лича.

— Это проблемы людей, — высокомерно ответил эльф. — Тебя больше должна волновать собственная судьба.

— Как видишь, теперь это и ваши проблемы, — с едкой усмешкой парировал Маг. — А пока вы медлите, некроманты уходят всё дальше и дальше.

— Им не уйти — мы перекрыли все дороги.

— Ты так в этом уверен? — насмешливо спросил Харат. — Вы плохо знаете, на что способен лич — он легко ускользал и не из таких ловушек. Мало вам одного потерянного отряда?

Эльфы собрались вместе и некоторое время тихо совещались. Магистр терпеливо ждал, бросая быстрые взгляды в сторону угрюмых следопытов. Наконец, к людям подошёл тот самый эльф, который начинал допрашивать лучника.

— Хорошо, — кивнул он головой, — пусть разведчики ещё раз осмотрят место и тогда мы примем решение.

Ветль ободряюще хлопнул Дегара по плечу и лёгкой походкой последовал за двумя эльфийскими воинами, а лучнику теперь оставалось только ждать да надеяться на острый глаз и удачу разведчика. Как, впрочем, и всем остальным невольным пленникам эльфов.

Харат уселся на землю, тяжело вздохнул и с неудовольствием посмотрел вокруг — судя по всему, сегодня из леса уже не выбраться. Чем дальше, тем больше росло раздражение Мага: мало того, что напрасно потерян целый день, так ещё и предстоит неприятный разговор со следопытами.

А всё эти заносчивые высокородные! Магистр и раньше недолюбливал эльфов за пренебрежительное отношение к людям, а теперь и вовсе убедился в том, что в погоне за отстаиванием родовой чести они не желают видеть куда более важные вещи. Интересно, что ожидает лесных жителей в будущем? К чему они, в конце концов, придут? Нельзя же, в самом деле, вечно презирать соседей — в конце концов, если все они начнут плевать в ответ, можно захлебнуться.

Старый Маг ещё раз пристально взглянул на устроившихся поодаль следопытов, затем встал и решительно направился к ним — если объяснений не избежать, то почему бы не выяснить всё прямо сейчас?

— Думаю, у вас есть немало вопросов, — Харат не знал, с чего начать разговор.

— Может, и немало, — хмуро посмотрел на него Агриэль, — но я вовсе не уверен, что ты скажешь правду. Все знают, что ты за человек… Может, и не человек вовсе…

— Откуда? — спросил Магистр и, заметив недоумённый взгляд мечника, пояснил. — Откуда знают?

— Об этом говорят летописи… и Маги.

— Летописи пишут люди. И пишут либо только то, что знают, либо так, как им выгодно. А потом нередко переписывают совсем по-другому, — спокойно заметил Харат. — Я не отрицаю, что по моей вине погибло много людей, но и делать из меня монстра несправедливо.

Серхио внимательно наблюдал за следопытами — момент наступил критический: теперь всё зависело от того, удастся ли Магистру убедить людей выслушать его. Ну и, естественно, поверят ли следопыты в его фантастическую историю.

— Тебе не показалось странным, что Мадук после разговора со мной согласился преследовать лича и даже отправил с нами Посланника? — спросил Харат, указывая на испанца. — Не хочешь узнать, почему?

Агриэль перевел взгляд на Серхио, опустил глаза и о чём-то надолго задумался.

— Ты знал, кто он? — мечник хмуро посмотрел на испанца.

Серхио кивнул, а командир следопытов помрачнел ещё больше. За несколько дней знакомства Входящий ни разу не давал повода сомневаться в своей искренности и вот…

— Почему ничего не сказал? Не доверяешь нам? — с горечью спросил мечник.

— Раз уж Мадук промолчал, имел ли я на это право? — вопросом на вопрос ответил испанец, прекрасно понимая, что оправдывать собственные поступки чужими решениями не совсем честно.

— Может, ты и прав, — пожал плечами Агриэль и повернулся к Харату. — Ладно, Магистр, давай свою историю.

Старик рассказал всё, что Серхио и так было хорошо известно, но опять ни словом не обмолвился о Камне Могущества личей. Вокруг загадочного артефакта явно существовала какая-то тайна, но ни Маг, ни сам принц по непонятным причинам не спешили её раскрывать. Испанец твердо решил сегодня же добиться продолжения так некстати оборвавшегося накануне разговора о Хрохане. И нужно обязательно договориться с Сергеем, чтобы он надавил, в свою очередь, на лича — чтобы сделать окончательные выводы, нужно выяснить позиции обеих сторон…