Перекрёстки
Шрифт:
– Наверно, у него дела.
– Анна… – Пилика испуганно скосилась на подругу. Чтобы Анна Киояма так пренебрежительно отзывалась о своем самом любимом и близком человеке без веской на то причины – должно быть, мир перевернулся, – то-то я смотрю, снег весь день идет. Всё не было, не было, а сегодня идет.
– Это ты к чему?
– Ну как. Ты безразлична к Йо – снег пошел! Странно, что не красный дождь, – тихо закончила Пилика.
– Не говори ерунды, – отмахнулась Анна, – у нас всё в порядке.
– Ну да, – съязвила Юсуи, – хочешь пирожок?
–
– Это нормально, – осторожно начала Пилика, – в последнее время много всего происходило. Вы все последний год в школе и, может это просто защитная реакция от будущего?
– Откуда такие философские мысли? – Анна грустно улыбнулась.
– Ну, – пожала плечами Пилика, – ведь вы на самом деле уже через полгода уйдете, а может и из Токио исчезните. Это, знаешь ли, сподвигает иногда на глупые поступки, – девушка вздохнула.
– Только не тебя, – Анна сузила глаза.
– И меня тоже, – ответила Пилика, – я просто не могу вот так, с места в карьер. Мне надо подготовиться. И потом, нужен ведь момент подходящий.
– Ну, – Анну нисколько не убедили слова подруги. Она по-прежнему считала, что глупо прятать свои чувства и ждать у моря погоды. Лучше рубить с плеча – так всегда делала она сама. Но Пилика, несомненно, была другой породы.
– Так, спокойно, спокойно… – бормотала Глория, меряя шагами класс.
– Чертов Фауст, – бросил Хао, стоя на месте и приложив руку к губам, явно думая о чем-то серьезном.
– Какая-то жесть, – простонала Мари, уронив голову на руки, – этот день никогда не кончится…
– Надо что-то делать! – уверенно заключил Лайсерг, встав из-за стола.
– Что например, ограбить Фауста? – раздраженно отозвалась Анна.
Пятеро великих и коварных мыслителей после уроков собрались в классе информатики, лихорадочно соображая «как же теперь быть». Профессор Фауст дал сразу две самостоятельных. К первой они были более-менее подготовлены, ко второй – совершенно нет. Теперь лучшим умам школы грозили сниженные четвертные оценки. Думая об этом, Глория впадала в истерику, Лайсерг в апатию, Хао в ярость, а Анна в презрение ко всему живому. Мари не то чтобы очень уж переживала, но считала это глубоко несправедливым. Вот так работаешь, работаешь всю четверть, а потом раз! И всё коту под хвост, как говорится.
– А это мысль! – Глория лихо затормозила и подняла указательный палец в верх.
– Это был сарказм, – язвительно поправила Анна.
– Нет-нет, это может сработать, – быстро заговорила Глория, подхватив сумку с пола.
– Куда ты? – Лайсерг тоже быстро закинул рюкзак за плечи.
– К расписанию! – крикнула Глория, все быстро побежали за ней.
– И что? – спросил Хао, нахмурив брови.
– Да! – Глория счастливо повернулась к ним от расписания, – Профессора Фауста уже нет в школе. Если только у него не возникли непредвиденные дела.
– Нам-то от этого не легче, – покачала головой Мари.
– Как вы не поймете! –
– А наличие других преподавателей тебя не пугает? – уточнил Лайсерг.
– Нет, – отмахнулась деятельная девушка.
– Глори, это, как-то, незаконно.
– Лайс, не будь занудой! Так, нам надо достать ключ…
– В учительской есть запасные, даже если Фауст свой забрал, – ввернул Хао.
– Туда и пойдем.
– А если там будут другие? – спросила Анна, – Как мы объясним, зачем нам ключ?
– Проблемы надо решать по мере их поступления, – веско заключила Глория, – что-нибудь придумаем.
– Давай, Мари, тебя всегда отправляют за журналами, – подтолкнул Лайсерг.
– Ну не за ключами же!
– Не время спорить, – нахмурилась Глория, – давай иди! А мы покараулим…
– Уу, – Мари выдохнула, – ладно, – и постучалась в дверь. Никто не ответил. Тогда девушка осторожно повернула ручку и приоткрыла дверь. Учительская была пуста. Мари стремительно пробежала к стеллажу с ключами и быстро сорвала ключ, висящий под номером 306 – класс биологии.
– Готово!
– Теперь быстрей в биологию! – скомандовала Глория.
– А если Плюмбум придет? У него есть свои ключи от биологии.
– Не придет, – уверенно отмахнулась Чиссен. Они быстро добежали до нужной рекреации.
– Ну и? – Лайсерг воззрился на Глорию.
– Так, так…
– Запустим туда кого-нибудь, и закроем, – быстро предложил Хао, – так будет надежней. А остальные будут следить за другими преподами. А там дело за малым – найти наши тетради, выйти, уйти куда-нибудь и всё исправить.
– Ладно, а если кто-то из профессоров туда соберется? – спросила Анна. Хао хотел было что-то ответить, но тут же сам себя остановил и чуть отвернулся. Лайсерг удивленно округлил глаза.
– Мы их отвлечем, – парировала Глория, – вы с Мари зайдете в кабинет искать тетради. А если кто-то придет, мы втроем их как-нибудь уведем отсюда.
– План подходит, – согласился Хао, – только давайте не рассиживать.
– Меткое замечание, – кивнул Лайсерг, – нас уже по определению в пять не должно быть в школе. А мы здесь.
– Угу, – Мари начала открывать дверь. Руки тряслись от осознания того, что застукай их кто за подобным – одними извинениями они не отделаются. Скорее всего, их родителям придется применить всё свое влияние, чтобы их дети смогли доучиться в этой школе. Наконец дверь была открыта, Мари и Анна быстро забежали внутрь, Глория тут же закрыла их в классе. Лайс и Хао уже стояли по разные стороны рекреации, наблюдая за любыми передвижениями.
– Так, так… – забормотала Мари, вертя головой.
– Вон они! – воскликнула Анна. Тетради ровной стопкой лежали на нижней полке небольшой тумбочки за учительским столом.