Перехват

Орлов Алекс

Одним словом, перечислять пехотные прибамбасы можно было до бесконечности, но у новоприбывших действительно никаких видимых прибамбасов не наблюдалось.

– Может, у них в ранцах чего-то имеется? – предположил Джек. – А шлемы – да, дурацкие. Я бы такой не надел, смотрится, как квадратный горшок.

– Возможно, их хорошо кормили, отсюда и атлетичность, – предположил Шойбле.

– Да ладно тебе выдумывать, если много жрать, вся атлетичность в брюхо пойдет, а у этих плечи, морды! И кулаки, как манипуляторы, – возразил Джек. –

Нет, тут что-то другое.

– Для начала нужно узнать, откуда их перебросили. Возможно, это многое объяснит, – сказал Хирш, и Джек с Шойбле с ним согласились.

32

Поначалу все было, как и у Джека с Хиршем. Новички радовались нелимитированному запасу консервов, отсутствию очереди в сортир и душ, чистому воздуху, ясному небу и отсутствию ограничений на жилое пространство.

– Возьми все на себя, – негромко произнес Лефлер, обращаясь к Хиршу, и ушел к себе в начальственный угол, а Тедди принялся раздавать палатки – кому какие приглянулись, и всем приглянулись две большие. В результате правый дальний угол расцвел еще двумя туристическими домиками – оранжевого и желтого цветов.

Новички проверили действие туалетных кабин, потом поочередно приняли душ и, облачившись в чистое, собрались возле настоящего угольного очага из нержавеющей стали, который Хирш недавно нашел в самом дальнем штабеле ящиков с оборудованием.

Это была обыкновенная жаровня для пикников, но к ней прилагался изрядный запас угля и горючей жидкости. В качестве шашлыка подошли консервы из полусырой конины, которая до этого момента всеми игнорировалась. Ну кто станет есть конину, да еще полусырую, когда полно тушеной говядины и свинины со специями?

Предполагалось, что этот запас предназначен для наведения контактов с некими степными сектантами, однако теперь Тедди нашел консервам другое применение.

– Шашлык, господа! – громко объявил он, показывая унизанные мясом шампуры. – Требуются добровольцы, нам нужно нанизать два ящика консервов!

Добровольцев хватало, ими стали все новоприбывшие, и вскоре мясо аппетитно шкворчало на огне, а лейтенант Хирш наводил с новыми камрадами знакомство.

– С какой, говоришь, вы планеты? – переспросил он, не забывая поправлять шампуры.

– Арлизон. Разве капитан тебе не говорил? – удивлялся лейтенант по имени Джеймс Карно.

– У нас тут не особенно разговаривают, времени в обрез, заданий много, поэтому начальство просвещает нас в самую последнюю очередь. Я прав, камрады? – обратился Хирш к Джеку с Шойбле, которые находились тут же в общем кругу.

– Так точно, сэр, – кивнул Джек.

– Тут ясный перец, – поддержал Шойбле.

– Странное дело, что у тебя, Хирш, и у капрала одинаковые знаки различия, а у сержанта совсем другие. Это разные рода войск или что?

Хирш закашлялся, но тут же взял себя в руки и вернулся на пустой ящик, на котором сидел.

Джек и Шойбле недоуменно переглянулись,

однако решили помолчать, не зная, чего теперь ожидать. Прибывшее тардионовское пополнение отчего-то понятия не имело, как выглядели арконы – их недавние враги.

– Как у вас на Арлизоне было с погодой? Снег, дождь или жара?

– Зимой снег, летом жара, – пожал плечами лейтенант Карно.

– А еще в перечень – булыжники с неба валились. К этому никто привыкнуть не может, – добавил смотревший на угли рыжий капрал, и все закивали, подтверждая, что странный период, называемый «перечнем», имел на Арлизоне большое значение.

– Что значит «булыжники»? – решился спросить Джек, жалея, что оставил свой револьвер в кабине. Кто знает, как поведут себя эти молодцы, когда почувствуют, что их раскрыли?

– Самые обыкновенные булыжники, от полкилограмма до шести. Мы как-то их даже завешивали по требованию командования.

– Они что же, из булыжных облаков падают? – спросил Хирш и делано рассмеялся, однако его никто не поддержал. Джек и Шойбле все еще были в шоке, а новички уставились на Хирша, словно на ядовитую сороконожку – с легким удивлением и брезгливостью.

– Прошу прощения, – нервно улыбнулся тот, жалея, что Лефлер убрался в свою палатку. Как бы он сейчас был кстати.

– Не, ну перечень длится недолго. Как правило, две недели в полгода. Торнадо поднимали булыжники на океанских пляжах, а потом сбрасывали где придется. Причем начиналось это в любой момент времени – утром, вечером, в обед или в полночь. Один булыжник упадет или двести, никто заранее определить не может, поэтому все сидят в помещении и смотрят на солнышко, птичек и мошкару. Вы видели когда-нибудь ночную фосфоресцирующую мошкару?

– А против кого вы там воевали, камрад? – решился спросить Хирш, чувствуя, как деревенеют губы. Да, к своему роботу он не поспеет, но, может, спасутся Джек и Шойбле?

– Да все, как у вас, – пожал плечами лейтенант, и общий вздох прошел по всему кругу. Разговорчивых здесь не было, а Карно был вынужден говорить согласно должности.

33

Звонкий щелчок заставил Хирша снова взглянуть на Карно, и от увиденного он перепугался еще больше: Карно сидел в странной позе, опустив плечи почти до пола и зыркая исподлобья на проходившего неподалеку Крафта.

Должно быть, старшина пошел в сортир или прогуляться на воздухе, однако его появление вызвало у новичков удивительную реакцию.

– «Носорог», сэр… – пророкотал прижавшийся к полу капрал – справа от Карно.

– Вижу, Дэн, – горлом проговорил лейтенант.

В одной руке он держал нож с активированной кромкой, а в другой – самодельный «глушак» большой мощности – обрезанное до механики бронебойное ружье «А-10».

И тут – о ужас! Хирш увидел такие же обрезы у каждого из солдат! И все наготове держали виброножи с активированной кромкой!..