Переход
Шрифт:
Я оглянулся назад и понял, что за мной непроглядная тьма. И не просто темно, а холодно. Да, такое ощущение, что оттуда веет холодом. Не то, что пойти обратно, я даже в мыслях не допускал, что могу сделать туда шаг. Но мне очень хотелось идти вперед.
– Что за чертовщина происходит? Где я? Ау? Вацлав, я не буду Вас убивать, голубчик Вы мой, пидорас Вы эдакий, я Вас прощаю, блять, только придите сюда и помогите мне! – Мои слова эхом пронеслись по переходу, но мне никто не ответил. Мне было стыдно просить о помощи, тем более у юриста, который огрел меня статуэткой, но попробовать позвать его стоило.
Я пошел вперед. Небольшой свет перемещался за мной.
Я сделал еще шаг, потом еще, а потом понял, что мне остался всего один шаг и я пройду тоннель. Переход закончился, передо мной встал пункт «В», свет стал ярче, но не таким ярким, как его описывают люди, когда умирают и идут на свет. И тут в моей голове пронеслось: «Неужто, я умер?!». «Этот козел вонючий похоже убил меня!», подумать далее я не смог, потому что моргнул, но не смог открыть глаза, в следующую секунду вздохнул, но не смог выдохнуть. Так я и стоял, с закрытыми глазами, а может и лежал, я не понимал. Легкие начали гореть. Я очень хотел выдохнуть, но не мог, что – то мешало мне. Я забился в панике, меня начало холодить, но тут что – то надавило на мою грудь, и я смог выпустить воздух из легких, а потом раскрыл глаза и увидел перед собой две пары глаз, которые смотрели на меня: одни с беспокойством, вторые – с ужасом, как Вацлав, которого я стащил со стола. Но, эти двое мужчин были не моими юристом и бухгалтером. Они были старше, точнее мои ровесники, лет по тридцать пять. Очень крупные, спортсмены, из моей охраны что – ли?
– Ну, слава Богу! – Сказал я им. – Вы из моей охраны что – ли? Новенькие? – Они уставились на меня непонимающе. Тот, который смотрел с тревогой, изумился, а тот, что с ужасом, еще больше посерел. А я был удивлен своим голосом, он стал сиплым и высоким. Наверное, это от удушения.
Тот, что смотрел на меня с тревогой произнес:
– Иезекиль, малыш, с тобой всё хорошо? Ты в порядке? – И протянул к моему лицу свою огромную ладонь.
– Какой я тебе малыш, блять? Ты, пидорас, совсем попутал? – Я оттолкнул руку мужика от своего лица, опять не узнав свой голос, и попытался встать. Тот мужик, что смотрел на меня с ужасом, повернулся к тому, кто назвал меня «малышом»:
– Хирос, друг мой, всё пропало, это не Иезекиль.
– Конечно я не Иезекиль, я – Ромус, идиот! – ответил я мужику, который посмотрел на меня, но не со злостью, а еще с большим страхом в глазах, я бы даже сказал, со страхом смерти.
– Ромус, говоришь, и какой сегодня год и день?
– Сегодня с утра было пятнадцатое июня две тысячи двадцать второго года, от Рождества Христова, пидор ты, гнойный! – ответил я Хиросу.
Хирос пододвинулся ко мне поближе, взял меня за плечи, посмотрел внимательно в мои глаза и произнес, как будто бы не мне:
– Марис, это не Иезекиль, Иезекиль умер. А этот, Ромус, совершил Переход. – Я замер, а Марис посмотрел на меня внимательно и произнес:
– Хирос, друг мой, нам нужно готовиться к смерти, и этому мальчику тоже.
– Какой я тебе мальчик, блядь? Мне тридцать пять! – Я прямо таки возмутился, однако сказать это вышло еще более тонким голосом, чем раньше. Наверное, меня смутило, что нам всем готовиться надо к смерти.
– Малыш…
– Я тебе врежу, если ты еще раз назовешь меня… – Я не
– Иезекиль… – Я хотел открыть было рот, чтобы напомнить ему, что я не Иезекиль, но что – то в его взгляде заставило меня заткнуться. – Я очень прошу тебя посидеть здесь в комнате некоторое время и подождать нас. Нам нужно кое – что обсудить, а потом мы вернемся и я обещаю, что мы ответим на все твои вопросы. – С этими словами он поднялся, взял за локоть Мариса, и они вместе удалились, закрыв за собой двери. Меня удивила одежда, которая была на них, легкие льняные туники, доходившие до колен, как у древних людей. Такое я видел на росписях в музеях древних цивилизаций.
Глава 3
– Что за черт происходит? – Сказал я скорее себе, потому, что в комнате никого не было. Я огляделся по сторонам: полусидел я на полу, ковровое покрытие было голубого цвета, а на ощупь мягким, рядом со мной стоял стол и стулья, как в столовой у меня на этаже в офисе. Большое окно, в которое лил солнечный свет. Все было необычно, как – то экологично что – ли. Как будто – бы я оказался в комнате европейской пары, блюдущей традиции экологичного образа жизни и безуглеводородного следа.
Стены были окрашены, никаких лишних предметов, и техники вокруг видно не было. Все просто, но видно, что дорого и со вкусом. За захлопнутой дверью я услышал шум разговора мужиков, которые ушли от меня. Я вскочил к двери, прислонил ухо и стал слушать:
– Я тебе говорил, что не надо реанимировать его, после пятой минуты. Пять минут прошло, Хирос, тебе ли не знать? Если мальчик не очнулся после этого, реанимировать дальше – запрещено!
– Черт тебя побери, Марис! Как будто бы я не знаю этого! Ты же видел, что он не дышал, я не мог его оставить умирать! Только не сейчас, ведь ты понимаешь, что сулит мне брак с ним! – Я похолодел от этих слов, хотя в комнате была жара. Брак, о чем говорит этот мужик? С ним, это с кем? Со мной что – ли?
– Иезекиль умер, понимаешь, так и так его нет, а теперь в его теле заперт этот гомофоб чёртов, как его там! Видимо совершил Переход из какой – то богом забытой цивилизации, где до сих пор существуют варварские обычаи! Ты слышал, как он назвал тебя? У нас дети уже пятьсот лет не называют друг друга этим словом, «пидоры». – Голос Мариса звучал злобно, я подумал, что он злится на меня не только за какой – то «Переход», но и за то, что я обозвал Хироса «пидором». Неженка, блять! Хотя, по этим мужикам вообще было понятно, неженками они точно не были, скорее древними воинами.
– Так, Марис, тебе надо срочно уехать и обеспечить себе алиби, я не хочу впутывать тебя в эту историю. Ты тут ни при чём. Это всё моя вина, и мне за всё отвечать!
– Ты совсем спятил? Ты прекрасно знаешь, что за осуществленный Переход смерть ждет не только тебя и меня, но и Иезекиля.
– Иезекиля больше нет, это уже не тот мальчик…
– Ты прекрасно понимаешь, что со временем. – Дальше была многозначительная пауза, которая дала мне пищу для размышлений. Что нафиг за Переход? И почему меня ждала смерть? Мне хватило сегодня удара по башке, еще не хватала взаправду умереть!