Переговоры
Шрифт:
– Запишите номер, Зэк, – сказал Куинн без предисловий.
– Что происходит, черт возьми? – прорычал Зэк.
– Девять-три-пять, три-два-один-пять, – сказал Куинн твердо. – Записали?
Наступила пауза, пока Куинн записывал.
– Сейчас мы проведем это сами, Зэк. Я ушел от всех сопровождающих. Только вы и я. Алмазы против мальчика. Никаких фокусов, даю слово. Позвоните мне по этому номеру через шестьдесят минут, если я не подойду, то через девяносто минут. Эта линия не прослушивается.
Он положил трубку.
На станции слышали слова… «минут и
– Этот гад дал ему другой номер, – сказал инженер в Кенсингтоне двум офицерам полиции метрополии.
Один из них уже звонил в Скотланд-Ярд.
Куинн вышел из лавки и увидел, как Данкен МакКри на другой стороне улицы пытается открыть заклиненную дверь. За ним была Сэм, она размахивала руками и отчаянно жестикулировала. К ним присоединился швейцар, чесавший голову в удивлении. По другой стороне улицы ехали два автомобиля, а со стороны Куинна приближался мотоциклист. Куинн шагнул на дорогу прямо перед ним и поднял руки. Атташе-кейс болтался в его левой руке. Мотоциклист затормозил, проехал юзом и остановился.
– Какого черта…
Куинн обезоруживающе улыбнулся, обходя руль. Короткий сильный удар по почкам закончил дело. Когда молодой человек согнулся от удара пополам, Куинн снял его с мотоцикла, перекинул правую ногу через сиденье, врубил скорость и дал газ. Он помчался по дороге, когда рука МакКри чуть не схватила его за пиджак. Он не дотянулся всего шесть дюймов.
Расстроенный МакКри стоял посреди улицы. Сэм подошла к нему. Они посмотрели друг на друга и побежали в дом. Быстрее всего связаться с Гроувенор-сквер можно было только вернувшись на третий этаж.
– Ну вот, началось, – сказал Браун через пять минут, выслушав МакКри и Сомервиль по линии из Кенсингтона. – Мы отыщем этого ублюдка. Это наша задача.
Позвонил другой телефон. Это был Найджел Крэмер из Скотланд-Ярда.
– Ваш посредник смылся, – сказал он прямо. – Вы мне можете сказать, как он это сделал? Я звоню в квартиру, обычный номер занят.
Браун рассказал ему все за тридцать секунд. Крэмер крякнул. Он до сих пор не мог простить ему налет на Грин Мидоу Фарм, и никогда не простит, но сейчас события пересилили его желание удалить Брауна и его команду ФБР с поля.
– Ваши люди запомнили номер мотоцикла? Я могу объявить розыск по всему городу.
– Более того, в атташе-кейсе спрятан «маяк».
– Спрятано что?
– Встроенный, не поддающийся обнаружению, произведение искусства. Мы вставили его в Штатах и заменили его на кейс, выданный Пентагоном перед самым вылетом вчера вечером.
– Понятно, – сказал Крэмер задумчиво. – А где приемное устройство?
– Здесь, у нас. Его привезли утренним коммерческим рейсом на рассвете. Один из моих агентов получил его в аэропорту Хитроу. Радиус действия – две мили, так что мы должны трогаться, я имею в виду немедленно.
– На этот раз, мистер Браун, будьте любезны, держите связь с машинами столичной полиции. В этом городе вы не имеете права арестовывать людей, я имею право на это. У вас в машине есть радио?
– Конечно.
– Оставайтесь, пожалуйста, на открытой линии. Мы немедленно свяжемся с вами и присоединимся к вам, если вы сообщите,
– Нет проблем. Даю вам мое слово.
Через шестьдесят секунд лимузин посольства выехал из Гроувенор-сквер.
За рулем был Чак Моксон. Его коллега занимался приемным устройством. Это был небольшой ящик, похожий на маленький телевизор с той только разницей, что на экране вместо изображения была единственная светящаяся точка. Когда антенна, прикрепленная к металлическому краю кузова над дверью, улавливала сигнал передатчика, спрятанного в кейсе Куинна, из светящейся точки протягивалась прямая линия к периметру экрана. Водителю машины нужно было вести ее так, чтобы она шла по этой линии, ведущей к цели. Передатчик в атташе-кейсе включался дистанционным управлением, находящимся в лимузине.
Они быстро поехали по Парк-Лейн, через Найтсбридж в Кенсингтон.
– Включайте, – приказал Браун.
Оператор нажал кнопку. Экран не реагировал.
– Включайте каждые тридцать секунд, пока мы его не засечем, – сказал Браун. – Чак, начинайте курсировать вокруг Кенсингтона.
Моксон свернул на Кромвель-роуд, затем на юг по Глостер-роуд по направлению к Олд-Бромптон-роуд. Наконец антенна установила контакт.
– Он сзади нас. Двигается на север, – сказал коллега Моксона. Расстояние – миля с четвертью.
Через тридцать секунд Моксон мчался обратно, через Кромвель-роуд направляясь на север по Эгзибишен-роуд к Гайд парку.
– Прямо по курсу. Едет на север, – сообщил оператор.
– Передайте ребятам в синем, что мы его засекли, – приказал Браун.
Моксон сообщил об этом по радио в посольство, и на середине Эджвер-роуд машина полиции пристроилась к ним в хвост. На заднем сиденье вместе с Брауном были Коллинз и Сеймур.
– Надо было знать заранее, – сокрушался Коллинз. – Нужно было заметить расхождение во времени.
– Какое расхождение?
– Вы помните суматоху на въезде к Уинфилд-Хаус три недели тому назад? Куинн выехал на пятнадцать минут раньше меня, а приехал в Кенсингтон на три минуты раньше. Никто не может ездить в часы пик быстрее лондонского таксиста. Он где-то останавливался и делал приготовления.
– Он не мог планировать все это три недели тому назад, – возразил Сеймур. – Он не знал, как сложатся дела.
– А ему и не нужно было знать. Вы же читали его досье, он воевал достаточно долго, чтобы знать о запасных позициях в случае неудачи.
– Он свернул прямо на Сент-Джонс-Вуд, – сказал оператор.
Полицейская машина поравнялась с ними. Окно водителя было опущено.
– Он едет прямо на север, – сказал Моксон, указав на Финчли-роуд.
К двум машинам присоединилась еще одна полицейская машина, и все поехали на север через Суисс-Коттедж, Хендон и Милл-Хилл. Расстояние уменьшилось до трехсот ярдов и они смотрели вперед, пытаясь увидеть высокого человека без шлема на маленьком мотоцикле.
Они проехали через Милл-Хилл-серкес всего в сотне ярдов от источника сигнала вверх по склону Файв Уэйз Корнер. Тогда они поняли, что Куинн, вероятно, сменил средство передвижения. Они обогнали двух мотоциклистов, не издававших никаких сигналов, два мощных мотоцикла обогнали их, но искомый источник сигнала продолжал неуклонно двигаться впереди них.