Перед свадьбой
Шрифт:
Райан небрежно сбросил пиджак, сшитый на заказ у портного, укрыл им Майка и лишь тогда выпрямился. Быть может, тонкая ткань хоть немного согреет мальчика. Затем медленно поднял руки и снял галстук.
— Как тебя зовут? — спросил он, расстегивая массивные серебряные запонки. Бросив их на землю рядом с галстуком, он засучил рукава, обнажив мускулистые предплечья.
— А тебе зачем? — Вожак качнулся вперед, намереваясь чиркнуть ножом по ребрам Райана.
Тот легко увернулся, и лезвие прошло меньше чем в дюйме от его
— Нужно, приятель. — Пальцы Райана проворно расстегнули пять верхних пуговиц дорогой рубашки, чтобы облегающий покрой не мешал ему двигаться. Дул ледяной ветер, но Райана согревала ярость. — Я всегда предпочитаю знать имя своего противника. Чтобы упростить работу коронеру и полиции.
Хладнокровные приготовления и явное бесстрашие Райана озадачили белобрысого. Он перестал раскачиваться и неохотно отступил на шаг. Потом окинул быстрым взглядом зрителей, ухмыльнулся и шагнул вперед.
Райан мрачно усмехнулся. Отлично. Паршивец сообразил, что схватка окажется не такой легкой, как он ожидал. Даже малая толика его сомнения сработает в пользу Райана.
— Да пойдем отсюда, Браски, — сказал один из зрителей. — На что нам сдался этот щенок?
— Заткнись! — Браски заплясал и, сделав выпад влево, попытался воткнуть нож в бок Райана.
— Ах вот оно что! Молодой человек, которому нравится курить на захламленных чердаках!
Райан увернулся, стараясь держаться между Майком и его мучителем. От ножа он ушел легко, но кожаные подошвы заскользили по грязи, и он пропустил удар кулаком в левый глаз. Райан сбросил туфли ручной работы и, оставшись в одних носках, легко отскочил, чуть согнув колени и поджав пальцы ног, чтобы сохранить равновесие.
Не отводя взгляда от ножа, он краем глаза заметил, что в толпе началось движение: те, кто постарше, торопились без лишнего шума удалиться. На пустыре остались лишь самые закаленные члены шайки. Сомнительное, но все же утешение.
— Считаешь, что ты крутой? — Райан насмешливо улыбнулся, стараясь разозлить противника до такой степени, чтобы тот потерял осторожность.
Разъяренный насмешкой, тот бросился в атаку и ткнул Райана в бок. Райан отпрыгнул, но споткнулся о камешек и качнулся, на миг потеряв равновесие. Лезвие полоснуло его по лицу.
Райан ощутил жгучую боль. Он недоверчиво коснулся щеки и с удивлением уставился на окровавленные пальцы. Старею, сказал он себе. Неужели у него не хватит сил устоять против мерзавца до прибытия полиции?
— Видал, старикашка? Лучше сдавайся сразу. Если как следует попросишь прощения, я тебя, может, и прощу. — Число зрителей изрядно сократилось, но оставшиеся завопили, подбодряя гнусно ухмыляющегося вожака. — А может, и не прощу.
С последним словом Браски выбросил вперед руку и направил нож в живот Райана. Тот отпрыгнул, и Браски бросился следом, стараясь достать противника кулаком свободной руки.
Райану удалось избегнуть наихудших выпадов,
Браски попятился, прижимая одну руку к животу, а другой вытирая кровь, которая хлынула из носа.
Удовлетворенный удачной атакой, Райан, тем не менее, чувствовал, что устает. Дыхание его неровно вырывалось сквозь стиснутые зубы, легкие жгло от каждого вздоха. Порез на лице болел все сильнее, по спине тек пот, и движения Райана становились все медленнее.
Сколько еще он сможет продержаться? Когда наконец прибудет полиция?
Браски пнул его в коленную чашечку, и Райан зашатался, но удержался на ногах, вытирая с лица кровь и пот. Вновь они настороженно закружили вокруг друг друга… и тут Райан уловил слабый звук сирен.
Он скрипнул зубами и мрачно ухмыльнулся. Браски бросился на него, вытянув руку с ножом. Райан перехватил эту руку за запястье, рывком притянул Браски к себе и крутанул, заломив руку с ножом ему за спину.
— Значит, старикашка?
Браски в ответ разразился руганью.
Райан крепко стискивал его руку до тех пор, пока нож не выскользнул из ослабевших пальцев.
— Лучше отпусти меня, — бросил Браски через плечо, когда вой сирен стал ближе. — Сейчас мои ребята устроят тебе веселенькую жизнь. А Майка я все равно достану и его мамочку тоже… ух, дождаться не могу, когда ее отделаю!
Стиснув зубы, Райан рванул руку Браски вверх. С рассчитанной злостью. Визг белобрысого потонул в завывании сирен — полицейские машины с двух сторон подъезжали к пустырю.
— Ты мне руку сломал, скотина! Я тебя по судам затаскаю!
— Самооборона. Ни один суд в стране не накажет меня за то, что я тебя разоружил. Не дождешься.
Браски вперемешку изрыгал угрозы и стоны.
— Слушай, ты, мешок с дерьмом, я забыл больше уловок, чем ты сможешь выучить за всю свою поганую жизнь. — Райан опустил голову к самому уху Браски. — Если ты близко подойдешь к моей жене и детям, я сам найду тебя и с громадным удовольствием переломаю тебе все кости, одну за другой. Даже если не смогу доказать твоей причастности. Не думаю, что жизнь калеки придется тебе по душе.
Он выпустил уже беспомощную руку, и Браски вновь завизжал.
— Что до твоих ребят, то вряд ли мне стоит их опасаться. Оглянись вокруг. Ты остался один, приятель.
Райан швырнул Браски на землю, и тот так и остался лежать бесформенной грудой. Повернувшись к нему спиной, Райан побрел к Майку, не обращая внимания на полицейских, которые уже окружили удиравших членов банды и по одному загоняли их в фургон. Райан опустился на колени рядом с мальчиком, которого объявил своим сыном. Дрожащей рукой он коснулся его пепельно-бледного лица.