Перед свадьбой

Джексон Джуди

Первым порывом Райана было заставить Бекки выслушать его, понять его побуждения, примерами из собственного прошлого доказать, что он прав. Затем он разглядел в ее глазах мрачную решимость и понял, что она не станет слушать, не примет его объяснений. Он должен уступить, иначе потеряет ее навсегда. Но как же согласиться на такое?

А как не согласиться? Бекки не станет его женой, если прямо здесь и сейчас не услышит его обещания. Райан обогнул стол и остановился перед ней.

— Я постараюсь, — сказал он.

Мрачное выражение исчезло

из глаз Бекки, и уголок ее рта дрогнул в настороженной улыбке. Поняв, что она смягчилась, Райан протянул руки и крепко обнял любимую.

— Ты должен не просто постараться. В следующий раз, когда тебе вздумается сделать подарок, его вернут. Это будет мучительно и для тебя и для того, кого ты решишь одарить.

— Что, если я сначала спрошу твоего разрешения? Ты позволишь мне иногда покупать подарки тебе и детям?

Бекки обхватила ладонями его бедра и легко поцеловала в губы.

— Хорошо. Но только сначала попроси разрешения.

Райан вернул ей этот легкий поцелуй, но страсти, дремавшей в них обоих, понадобились лишь считанные секунды, чтобы вспыхнуть жарким огнем. Они так прочно забыли, где находятся, что оба вздрогнули, услышав телефонный звонок. Не в силах выпустить Бекки из объятий, Райан попятился вместе с ней и дотянулся до телефонной трубки.

— Алло! Какая линия? Спасибо, Холли. Подожди минутку, ладно? — Райан опустил трубку и вновь поцеловал Бекки. — Клиент, любовь моя.

— Ничего страшного. Мне все равно нужно успеть вернуться домой до прихода детей из школы. Увидимся за ужином. — Бекки направилась к выходу и, обернувшись у двери, помахала Райану рукой.

Он уже собирался нажать на кнопку коммутатора, когда дверь распахнулась и вошла Холли.

— Я решила, прежде чем ты уйдешь с головой в дела, сообщить тебе то, что передал по факсу частный детектив. Эрик Хансен все еще в Лас-Вегасе. Детектив связался с ним и вручил твое послание. По мнению агентства, у него теперь вряд ли найдется время, чтобы досаждать Бекки. Он вот-вот женится на очень богатой и властной женщине, которая старше его на пятнадцать лет.

Райан рухнул в кресло с такой силой, что оно откачнулось к стене.

— О Господи! Совсем вылетело из головы. Если б только Бекки узнала…

Он заставит Холли поклясться в неразглашении тайны и подождет до свадьбы. Только тогда он расскажет Бекки, что отыскал Эрика и все уладил. Быть может, к тому времени ему удастся найти способ изложить ей суть дела так, чтобы она снова не вышла из себя.

Райан обмяк в кресле, сосредоточенно глядя на карандаш, который вертел над блокнотом. Был поздний вечер четверга. Подошел к концу последний день ярмарки. Пять часов назад Райан вернулся в здание фирмы, отправил по домам сотрудников и велел не появляться на работе до понедельника. Потом он рухнул в кресло и так и сидел с тех пор.

Поражение.

Не можешь смириться, Маклеод? — мысленно обратился он к себе. Никого не заинтересовала его новая остроумная программа. Никого!

Плод

творчества юного гения из университета с Восточного побережья заставил компьютерную индустрию совершить гигантский прыжок в будущее. Все, кто был на ярмарке, приобретали новые технологии с большой осторожностью, и в этом Райан не мог их винить.

Черт возьми! Когда-то ведь и он был юным гением, пугавшим до судорог заправил бизнеса. Куда подевался этот юнец? Погоня за прибылью обошлась ему гораздо дороже, чем он представлял до сих пор.

А теперь будет стоить ему лучшей в мире женщины, единственной женщины, которую он когда-либо любил.

С какими глазами он скажет Бекки, что потерпел поражение? Для новой, легкой жизни, которую он обещал Бекки, нужны деньги. А откуда их взять? В понедельник утром он должен сообщить инвесторам о результатах ярмарки. Они будут разочарованы.

— Ты еще здесь?

Карандаш замер. В дверях кабинета стояла Холли — уже в пальто, черные волосы тщательно прикрыты шелковым шарфом, на котором изображены веселые котята и щенята.

— Где же мне еще быть? А ты-то почему еще здесь? Я ведь уже давно отпустил всех по домам. Включая и тебя.

— Отправляйся домой. Ты так устал, что выглядишь впятеро старше, чем неделю назад. Завтра тебе станет легче.

— Нет, не станет. Мне тридцать шесть, а я выжат досуха. Бесполезная рухлядь.

— Отправляйся домой, а еще лучше к Бекки. Поцелуй ее пару раз и сразу почувствуешь себя моложе. Уж это я тебе гарантирую.

— Не могу. Пускай еще один день мне будет казаться, что она моя. Если я увижу ее сегодня, мне придется сказать, что все кончено. Подожду до завтра.

— Да о чем ты говоришь? — удивилась Холли.

— Я разорен. — Райан снова принялся вертеть карандаш. — Конченый человек.

— Чепуха! — воскликнула Холли.

— Ну почти. Бекки нужен муж, который сможет содержать ее и детей. Дать ей надежность, которую она заслужила. Из-за прыщавого юнца у меня теперь едва достанет средств, чтобы прокормить только себя и Дани.

— По-моему, ты преувеличиваешь. Согласна, это удар. Но мы и прежде не раз терпели поражение и все равно оставались на плаву. Даже если тебе придется затянуть пояс потуже, ты ведь далеко не бедный человек. Продашь пентхауз и эту свою шикарную машину. Этих денег хватит, чтобы содержать вас всех целый год, да еще и на фирму останется.

— Иди домой, Холли. Я не намерен обсуждать с тобой свое решение. Я устал. И ты устала. Иди домой.

— Ты совершаешь чудовищную ошибку. Бекки любит тебя, а не твои деньги!

— Иди домой, я сказал! — В голосе Райана прозвенел гнев. Он вскочил, шмякнув карандаш о стол. — Я не нуждаюсь в том, чтобы критиковали мои решения!

— Еще как нуждаешься. Ты ведешь себя, словно испорченный щенок.

— Холли, — Райан подошел к дивану, — оставь меня одного.

Он вынул одну из подушек, которые составляли спинку дивана, и положил ее на низкий подлокотник.