Перед лицом
Шрифт:
— Я сегодня не ел. Вы, наверное, тоже?
— Верно. Я ещё не успела поесть.
— Давайте тогда сходим, поедим. Неподалёку есть столовая. Через пять минут будем уже там.
— Хорошо, — согласилась девушка и мы отправились в ближайшую столовую.
Придя в нужное место, мы уселись за одним из столиков и заказали по порции пищевого продукта. Ожидая, мы смотрели друг на друга. Спустя несколько минут, нам принесли заказ, и мы принялись за ритуал потребления человеческого топлива.
За десять минут мы поели и вышли из здания столовой. Всё прошло быстро.
— Мне
— Хорошо. Хорошо вам добратся.
Понятия не имею почему я это сказал.
— Спасибо, — ответила она.
И всё. На этом мы с ней разошлись. Я отправился к себе домой, она к себе.
Щелчок раз, щелчок два и дверь в квартиру распахнута. Зайдя внутрь, я снял обувь, разделся, сходил в душ и лёг в постель. Ничего не забыл. Все сегодняшние ритуалы выполнены успешно.
Я снова лежал и думал о всяком перед сном. Плохая привычка. Голова казалась тяжёлой. Находясь в раздумьях, я вспомнил, что вновь пропустил вечерние новости. Всё же один ритуал я пропустил. Ладно, ничего страшного в этом нет. Новости я могу вновь посмотреть утром по пути на работу.
Мои действия становятся всё более необдуманными и неправильными. Ни о чём хорошем это явно не говорит. Неужели я становлюсь таким же, как и вандалы из новостей? Я начинаю выходить из строя? Я поломанная делать в системе… Нет, это не так. Со мной всё нормально. Я исправный. Всё со мной хорошо. Всё со мной хорошо… Всё со мной… Хорошо…
4
Утро. По звону будильника я встаю с кровати и иду в душ. Выйдя оттуда, я возвращаюсь в комнату чтобы одеться. После этого я выхожу из квартиры и запираю её на два оборота. Где-то я это уже видел.
Идя на работу, я запоздало вспомнил, что не смотрел вчерашние новости. К счастью я не ушёл далеко и поэтому вернулся назад к витрине с телевизором. Новости вещали:
«Напомним о вчерашнем скандале, произошедшем в восемь часов вечера. Так и не пойманная группа вандалов ворвались на завод по производству электрооборудования. Механизмам завода был нанесён серьёзный ущерб, заставивший менять всю ветвь системы. Данные действия привели к необходимости включить красный режим. Все граждане будут проверятся органами власти. Люди, с замеченным девиантным поведением будут немедленно отправлены на утилизацию. Любое содействие или поддерживание вандалов, будет наказываться утилизацией лица, причастного к этому.»
Ситуация становится всё более серьёзной. Вандалы наносят вред системе и ведь даже неизвестно зачем. В чём суть их действий? Неужто так сложно подчинятся правилам?
Вспомнив, что мне нужно на работу, я ускорил свой шаг. Через семь минут я уже открывал кофейню.
Настенные часы показывают ровно девять и я, готовый к своему рабочему дню, стою за стойкой и жду своих клиентов, чтобы выполнить свою работу. Именно для этого я и существо, верно? ВЕРНО?
Вновь из моей черепной коробки доносятся мысли, быть которых там не должно. Я должен их игнорировать. Я нормальный. Я НОРМАЛЬНЫЙ.
С прихода первого посетителя, всё возвращается в норму, и я принимаюсь за выполнение своей задачи. Я начинаю обслуживать
Охранник 17990, только что заказавший у меня чашечку кофе, лежал на полу. Вот он только что стоял передо мной, а теперь рухнул на землю. Такого у нас ещё никогда не было. И он даже не встаёт. Он не совершает ни малейшего движения. Что с ним такое?
На это сразу отреагировал господин Инспектор, сидящий за одним из столиков в кофейне:
— Хэй, вы чего здесь разлеглись? — расспрашивал Инспектор охранника громким голосом и слегка пинал спящего ногой. — Живо встаньте!
Господин Инспектор продолжал пинать охранника 17990, но тот ни в какую не вставал с полу. Ни пальцем не шевелил. Через минуту, после пинков и возмутительных криков, Инспектор нагнулся к спящему поближе, видимо, чтобы рассмотреть его.
— Он сломан, — высказался Инспектор, — окончательно.
Его слова ввели меня в ступор. Что? Он сломался? Он полностью не рабочий? Такого никогда не происходило у меня на работе и что с этим делать я не знал. Я просто смотрел на охранника 17990. Его не исправить? Это ведь значит, что его отправят на утилизацию.
Господин Инспектор вышел из кофейни, видимо сообщить о произошедшем представителям правоохранительных органов. Через минут десять приехал фургон. Из него вышло двое рабочих, зашли в кофейню и вновь осмотрели тело. Видимо всё верно — он и правда сломан. Эти двое схватили тело — один за ноги, другой за подмышки, и потащили его в фургон. После этого они не возвращались. После этого ничто не напоминало о том, что здесь произошло. Словно этого и не было. Просто один человек испортился и его отвезли на переработку. Это нормально. Нормально ведь, да?
Мысли об этом схватывали меня, но я сопротивлялся и в итоге просто вернулся к своей работе. Я вспомнил, что я так и не сделал ему кофе… Должен ли я его сделать? С одной стороны, я обязан обслуживать каждого клиента. С другой, его уже нет, и он не сможет выпить этот кофе. Столкновение. Мне нужно сделать выбор. Подчинится ли правилам системы или поступить рационально? А решение сделать охраннику 17990 кофе будет являться подчинением системе или же чем-то другим? Чёрт. Вновь вопросы. Хватит! Я должен вернутся к работе. Подумаю об этом позже.
Уже наступил обед — пик, когда количество посетителей наибольшее. Я обслуживаю людей одного за другим. Выполняю свою работу. Всё хорошо. Один посетитель за другим подходит ко мне и делает заказ.
— Один кофе, пожалуйста, — говорит знакомый голос. Офисная рабочая под номером 10031987.
Она решила прийти сюда в обед, чтобы точно не опоздать. Я сделал ей кофе, и она уселась за одним из столиков. Я же принялся дальше обслуживать посетителей. Выполняя работу, я одним глазком приглядывал за ней. Девушка спокойно попивала кофе.