Перед лицом любви
Шрифт:
– Нет, со мной все в порядке. Спасибо. – Сдунув прилипшую к губам прядь волос, она бросила взгляд на присевшего рядом на корточки мужчину. И почувствовала, что сейчас покраснеет и начнет заикаться, как школьница.
Он улыбнулся. И, несмотря на то, что весь его вид: уверенность в себе, одежда, непринужденность – все свидетельствовало о потомственном богатстве и аристократизме, не говоря уж об искушенности, которую она научилась в свое время распознавать, он не был парнем с обложки журнала.
Нет, от парней с обложки журнала отделаться легче всего.
У этого же мужчины пшеничного цвета пряди были зачесаны назад, но не
Он, очевидно, часто улыбался.
Нос с горбинкой свидетельствовал о том, что по крайней мере однажды он был у него сломан, но это сделало его и без того мужественный образ еще колоритнее. Он был крупнее ее последнего возлюбленного, но это было так давно, что Дэни, собственно говоря, уже и не могла припомнить, приходилось ли ей тянуться на цыпочках, чтобы поцеловать его. Чтобы поцеловать этого парня, ей наверняка пришлось бы тянуться на носочках вверх, хотя как-то смешно даже думать об этом.
– Со мной все в порядке, – повторила Дэни, надеясь, что многократное повторение фразы магически все уладит. – Правда, лучше не бывает. – Ну вот! Теперь она выставила себя конченой идиоткой.
Господи, нервничая, она всегда несла вздор.
Он с улыбкой взял ее за локоть. У него была крупная ладонь, теплая и сильная, впрочем, как и все остальное в нем. Ему пришлось нагнуться, потому что рост у него был далеко за метр восемьдесят. Отметив это, Дэни не могла не отметить и все остальное. Телосложение – под стать росту, атлетическое, не накачанное на тренажерах, в общем, такое, что при других обстоятельствах, она захлебнулась бы в восторге.
Но она и так уже в достаточной мере оконфузилась, не хватало только завизжать по-поросячьи, так что она потупила взгляд, чтобы не смотреть ему в глаза. Это должно было помочь, если бы в результате взгляд Дэни не наткнулся на пугающе выпирающее из его брюк мужское достоинство.
Он непринужденно, одним мягким движением поставил ее на ноги и продолжал поддерживать, отчего в ней начали просыпаться давным-давно позабытые ощущения. Что ж, он был привлекательным, но в то же время удивительно, чрезвычайно… мужественным.
И будто для пущей убедительности он заглянул ей в лицо, и, о Боже, эти проницательные темно-золотистые глаза проникали в самую ее душу и, похоже, могли видеть ее насквозь.
Если это так, то она серьезно влипла.
Вокруг них, в украшенном веточками омелы зале, веселилась и шумела толпа праздных гуляк. Ей никогда не нравились подобные сборища. Дэни скорее согласилась бы на визит к стоматологу в какой-нибудь захудалой клинике, чем наряжаться и любезничать с этими богатыми пустозвонами, но она уже использовала эту отговорку в прошлый раз.
Поэтому она и оказалась здесь и опиралась на руку человека, принадлежавшего к этому весьма распущенному, по ее мнению, обществу. Она едва доставала до его плеча, из-за чего ей приходилось тянуться вверх, с трудом балансируя на одном каблуке.
Мужчина улыбнулся. Одет он был с лоском – в великолепно скроенные черные брюки и гармонировавшую с цветом его глаз мягкую рубашку цвета виски, которые явно были сшиты на заказ под его высокую мускулистую фигуру.
Они
– Давайте подыщем вам место, где вы смогли бы присесть, – сказал он. – В такой хороший вечер не хочется никуда спешить.
Дэни показалось, что он вообще не очень тороплив. В его поведении чувствовались непринужденность и расслабленность.
«Какой все-таки красавец!»
– Со мной все в порядке, спасибо.
– Хотите что-нибудь выпить?
После чего он, вероятно, постарается как можно скорее исчезнуть. Дэни знала, что с его стороны в этом нет ничего личного. Просто она не та женщина, которая могла бы надолго удержать такого мужчину, как он, хотя у нее возникло мимолетное желание, по крайней мере, один раз ухитриться повести себя подобно матери и поддаться чувственному порыву.
А больше всего ей хотелось хоть на мгновение оказаться с ним под веткой омелы… [1]
– Почему вы не веселитесь вместе со всеми? Не пьете, не танцуете или?.. – Дэни запнулась, по привычке подбирая подходящую обтекаемую формулировку. – Не используете по максимуму шанс с омелой?
В его глазах заплясали веселые искорки.
– Вероятно, мне просто не с кем использовать этот шанс. – Повернув голову, он взглянул на веселившуюся толпу, и Дэни незаметно для него шлепнула себя рукой по лбу. «Не используете по максимуму шанс с омелой?» Неужели она так и сказала?
1
Согласно обычаю, оказавшаяся под веткой омелы пара целуется. – Здесь и далее примеч. пер.
Когда он снова повернул к ней голову, она заставила себя улыбнуться.
– Так как насчет того, чтобы выпить что-нибудь?
– Да, спасибо. Все равно что, – ответила она, отпуская его.
Пусть очаровательный незнакомец уходит, она выкинет его из головы. Сама же в любом случае останется и пустится во все тяжкие, даже если потом будет очень плохо. Дэни ненавидела все сборища, которые мать устраивала в свою честь. Сегодняшний прием Сандра устроила, чтобы отпраздновать свое последнее приобретение – четвертое или пятое? – в общем, очередного жениха, и настояла на том, чтобы дочь непременно побывала на этом мероприятии.
Что ж, вот она, Дэни, присутствует здесь, хотя могла бы праздновать где-нибудь собственный успех, поскольку сегодня, наконец, получила долгожданное повышение и превратилась из простого специалиста по уходу за млекопитающими в главного. Браво, Дэни! Но ее праздничной коробке мороженого придется подождать. Итак, очаровательный незнакомец отправился в бар за напитком для нее, а она, припадая на одну ногу, пересекла зал, чтобы предстать перед взыскательным взором матери.
Здание было новым – сплошь сталь и стекло, одна стена состояла из окон с видом на предангарную площадку с выстроившимися в ряд реактивными самолетами стоимостью в миллионы долларов каждый. Кроме того, из окон открывался потрясающий вид на вырисовывавшиеся на горизонте вечерние огни Лос-Анджелеса. Это место принадлежало компании «Скай-Хай эйр», предлагавшей роскошное чартерное авиаобслуживание баснословно богатым клиентам, а ее мать теперь стала действительно сказочно богатой. Разительное отличие от стоянки для жилых автоприцепов, где им приходилось прозябать в начале самостоятельного жизненного пути матери.