Перед бурей

Неперелетная

– Что-нибудь хочешь?
– насильник переключает тему, - Не думаю, что сидеть весь день без дела в комнате весело, - добавляет он с легкой улыбкой.

В моей голове зарождается идея, возможно, сумасшедшая, немного глупая, но вселяющая надежду.

– Краски и кисти, - говорю, и на губах начинает играть улыбка, - мои, - выделив это слово, - краски и кисти.

Парень щурится, немного недоумевая.

– Ты проверяешь меня?
– его ухмылка становится шире, - Меня не поймают, Вив, - он встает с кровати, - даже не надейся на это. Кисти будут вечером, -

насильник начинает открывать дверь, - больше ничего не нужно?

Я смотрю на открытую дверь с тоской в глазах, чувствуя себя птицей, запертой в клетке и отчаянно пытающейся вырваться на свободу. Но постепенно, с каждым новым днем, это желание заглушалось, терялось, тлело, словно ощущало свою невозможность. Парень ловит мой взгляд.

– Этого я дать тебе не могу, - сухо произнеся, он закрывает за собой дверь, оставляя меня одну.

Запрокинув голову, лежу на кровати, рассматривая потолок и ощущая спокойствие в его отсутствие. Ночью снились кошмары, и в итоге поспать не удалось. Боль была настолько сильной, что не давала мне провалиться в сон, а его дыхание заставляло покрываться мурашками страха каждый раз, как парень начинал, казалось, просыпаться.

Вставив наушники и включив плеер снова, закрываю глаза, слегка сворачиваясь калачиком, не желая подходить к зеркалу и рассматривать свою бледную, слабую и беззащитную копию.

***

Все вокруг покрыто туманом, словно в полумраке. Свежий воздух наполняет кислородом легкие, наконец-то давая дышать полной грудью. Оглядываясь, не замечаю ничего, кроме стволов деревьев густого леса. Поднимая глаза вверх, не вижу даже звезд, закрываемых бесконечно большими макушками деревьев.

Услышав звук, похожий на хруст сломанной ветки, оглядываюсь, чувствуя, как сердцебиение подскочило в разы, а из-за кустов раздается рычание.

Волк.

Сглотнув, думаю, что он не заметит меня, но хруст снова зазвучал в голове, и, развернувшись на пятках, я бегу прочь, слыша тяжелое дыхание зверя и его быстрые шаги. Все ближе и ближе, настолько, что я почти чувствую его клыки, не разбирая дороги в тумане и лишь виляя между деревьев, стараясь вовремя успеть заметить новое дерево на пути, ветку, пень и прочие преграды.

Но я падаю, словно проваливаясь в огромную яму, прикрывая глаза и чувствуя, как приземляюсь на холодную, гладкую поверхность. Боль не ощущается, и, открыв глаза, я натыкаюсь на белоснежную плитку.

Осторожно поднимаю взгляд наверх, увидев перед собой кресло, стол. Кабинет отца.

Встаю, отряхиваясь и замечая, что Кристиан Грей стоит ко мне спиной, разглядывая город через огромное стеклянное окно во всю стену.

– Ты не сможешь вечно прятаться здесь, Вивиан, - произносит он строго, не поворачиваясь ко мне, оставаясь лишь силуэтом, образом, сохранившимся в памяти, - ты должна принять все это и перестать считать происходящее кошмаром из твоей головы.

– Я не могу, - шепчу еле слышно, поджав губы, чувствуя гнев отца, его раздражение, подавляемое маской безразличия.

– Иначе ты не выживешь, - его голос становится другим, и, медленно поворачиваясь, тело отца изменяется,

становясь крупнее, моложе и мощнее.

Волосы становятся светлее, и я делаю шаг назад, вновь проваливаясь в пустоту, и едва успевая поймать хищный взгляд светлых глаз своего похитителя.

Я резко распахиваю глаза, не видя ничего. Пальцы скользят вверх-вниз, нащупывая теплое одеяло, и, сфокусировав взгляд через несколько секунд, я вижу его в дальнем углу комнаты.

– Ты хорошо спала, пока тебе не приснился кошмар, - сухо, словно говоря отчет, произносит насильник, вставая и подходя ближе.

– Ты укрыл меня одеялом? – недоверчиво спрашиваю, продолжая греться.

– В этом есть что-то странное? – парень хмурится.

– Нет, - я качаю головой, хотя думаю совершенно иначе, - ты добыл кисти? – переключая тему и оглядываясь.

На мой вопрос не требуется ответа, так как все предметы, необходимые для творчества, лежат на столе, в том числе и холсты.

– Холсты купил сам, - поспешно говорит похититель, - остальное твое.

Я, укрывшись одеялом, медленно встаю, осторожно шагая к столу и разглядывая кисти и краски. Это действительно мои вещи.

– Тебя не заметили? – недоверчиво спрашиваю, взяв одну из кисточек и начав крутить ее пальцами.

Парень мотает головой, заставляя меня лишь сильнее удивляться.

– Но как?

Его хитрая, кривая улыбка становится единственным ответом на мой вопрос.

– Я проголодался, - парень встает, подходя ко мне, и, догадываясь, о каком виде голода идет речь, я поспешно делаю шаг назад, выставляя перед собой, как бы глупо это ни звучало, кисть.

– Брось, Вив, твоя волшебная палочка от меня не спасет, - он смеется, и я чувствую себя крайне глупо, почти готовая сгореть со стыда, - и, несмотря на то, что мне нравится твой подход, я говорю про нормальную пищу. Ты хочешь есть?

Смутившись, киваю, опуская взгляд, и парень, ловко взяв за бедра, перекидывает меня через плечо, выходя из комнаты и спускаясь на кухню. Он сам сажает меня на дальний от своего привычного места стул, и я удивленно провожаю парня взглядом, открывающего холодильник и достающего продукты.

– Я чувствую, как ты смотришь на меня, Вив, - парень произносит эти слова, явно скрывая улыбку, - мне поиграть мышцами спины?

Я хочу закатить глаза, чувствуя, что, как ни странно, улыбка мелькает и на моих губах.

– Может, тебе помочь? – спрашиваю я, сама от себя не ожидая этого вопроса.

Ты должна смириться с этим, Вивиан. Хотя бы внешне перестав бороться с ним за свою свободу.

Парень поворачивается ко мне, удивленно поднимая бровь.

– Нет, не стоит, - он вновь возвращается к готовке, разогревая ужин, - я должен извиниться.

И теперь приходит моя очередь скрывать свое удивление, хотя, уверена, челюсть отпадает от произнесенных слов.

– У меня возникли, кхм, - парень заминается, поворачиваясь ко мне и поставив тарелку с овощами на стол, - сложности на работе. Я не должен был срываться на тебе, - он мельком окидывает меня взглядом, а затем возвращается к плите.